Чтение онлайн

Вадим вспомнил Акима и согласился, что сожрут, особенно, если таким образом, как Аким, вместе держаться… Ему захотелось проучить Акима, взять с собой и пустить вперёд. Он хитрый, всё равно выживет, как пить дать.

— А почему вы меня НЕдобрым молодцом зовёте?

— Ах, прости, так тебя Елизар стал величать. Говорит, добрый молодец- то косая сажень в плечах, а ты, уж прости, больно худ, хоть и высок, и в плечах узок, а когда надо, дерёшься наравне с любым добрым молодцом. Вот и вышло у него не «добрый» молодец. То блажь его, научишься саблей махать, да пику кидать, плечи сами собою раздадутся. А покамест о том глупо речи вести, жил ты до этого неспешно, да за спиною батюшки своего. А теперь вот нужда тебя принесла к нам, наберёшь ещё своего. Ладно, иди к Серафиму, а потом к кузнецу, ты свою епитимью выполнил.

Вадим кивнул и, перекрестившись, чтобы, значит, не выделяться, вышел из церкви. Серафима в келье он не застал, не оказалось его и в библиотечной комнате. Нашёлся он только за церковью, где делал что-то, непонятное для Вадима.

— Я принёс вишнёвую смолу для чернил.

Серафим вздрогнул и повернулся к Вадиму.

— Что?

— Я говорю, что принёс смолы для чернил.

— А! Это! Давай!

Вадим достал мешочек со смолой и протянул Серафиму, тот взял его молча, не глядя.

— Ты ничего не хочешь мне сказать, Серафим? — Вадим немного разозлился.

— А?! Я?! Нет. Ступай, ступай, — словно отгоняя муху, отмахнулся Серафим и погрузился в раскладывание странной фигуры, похожей на перевёрнутую книзу пирамиду. Вадим пожал плечами, мало ли какие причуды у этого странного малого. Забрал смолу и ладно.

Развернувшись, Вадим отправился к кузнецу и не видел, что Серафим обернулся ему вслед и прошептал.

— Как же ты справился с мертвяками, и что они собой представляют? Ммм, надо понять, надо понять. А купец тот тогда на рынке другое балагурил, совсем другое. И сказ про то мне непонятен, надо ещё раз в книгу тайную глянуть, вспоможет она мне.

Словно в лихорадке, Серафим повторял эту фразу, собирая из щепочек и веточек непонятную конструкцию, но всего этого Вадим уже не видел и не слышал. Он неспешно направился к кузнецу, который, как обычно, возился в кузне. Кузнец поднял глаза, заметил Вадима и, прекратив работать, обратился к нему.

— Вот ты где!

Вадим кивнул и пожал плечами. Мол, а где мне ещё быть?

— Меня прислал настоятель работать с тобой, Елизар.

— То верно, разговор был о том. А вообще, я хотел тебя поблагодарить, что ты вернулся. Это поступок уже не отрока, а воина. Повезло тебе, что мертвяки да бесноватые нам попались, если бы среди них оказался хоть один живой шляхтич, располовинил тебя одним ударом. Да и даже не заметил того. Страшно умелые они бойцы… Неумеха ты ещё, всё на азарте и страхе сделал, но точен и решителен, то нас и спасло. А мертвяки другими оказались, страшными. Ты хоть помнишь что?

— Сначала немного, а потом ничего, — честно признался Вадим.

— Я догадался, — кивнул кузнец и скрылся в глубине кузни. — Вот твой кистень, я его доработал по твоей руке, должен стать удобнее.

Вадим взял в руку давешний кистень. Действительно, гирька на конце цепи стала гораздо послушнее. Может, и он сможет когда-нибудь стать солдатом удачи и на равных сражаться с тем же шляхтичем. А лучше сразу стать боярином.

— Нет, домой, домой, — мелькнула у него паническая мысль, отчего заныли ноги в новых лаптях. На хрен все эти средневековые изыски, на хрен. Только домой!

Он перевел взгляд на ноги. Хорошо, что ему среди захваченных ценностей досталась ткань, из которой он сделал онучи, и ногам стало немного легче ходить по земле. Эх, а дома он ходил в кроссовках и горя не знал, а здесь… Эх!

— Спасибо! — вслух ответил он кузнецу, отвлёкшись от собственных мыслей. — Спасибо!

— Ещё сделаю, коль понравилось. Ты мне всё-таки жизнь спас и до конца сражался, не испужался и не сбёг, аки заяц трусливый. Нужно тебе ещё одно оружие, но уже не столько от мертвяков, сколько от людей. Да научить тебя им пользоваться. Много там я видел брошенных сабель да копий, но не успел собрать, надо бы вернуться, принести оружие сюда, да и по одежде тех, что там бросили, пошарить. Да ещё, небось, валяются по кустам те, кто не поднялся и кого свои же убили. Разбойнички они, да непростые. Если не золотишко, то серебрушка какая и была при них. Но времени у нас на то не оказалось, да ты и сам в курсе. В общем, идти надо. Вот если посчастливится найти, где они бросили своё добро или не смогли взять с собой, когда в мертвяков обратились, туда идти надо. И схрон свой проверить. А пока мы с собой взяли три сабли, копья свои, да несколько кинжалов. Сулица твоя где-то там так и осталась.

Вадим кивнул. Да, сулицу и он даже не помнил, как потерял.

— Вот и я говорю, — продолжил кузнец, — не умеешь ты с ней обращаться. Она всё равно для тебя, как палка какая. Коров только подгонять ею, да подкалывать их в брюхо. Не пойдёт она тебе, не твоё… Надо оружие новое тебе подбирать. Видел я что-то в схроне нужное, ну или в селе поищем, может и найдём, что по твоей руке, или новое сделаем. Так что, не журись.

Вадим по всегдашней своей привычке пожал плечами и принялся помогать кузнецу, как говорится, меньше слов, да больше дела. Да и дел навалилось много, а языком болтать нужно, как раз, как можно реже. А в работе всегда можно и забыться. Работа она такая, затягивает, руки делают, а голова думает.

— Завтра снова пойдём в село и в схрон оставленный заглянем. Я тут тебе отобрал чего, вот, посмотри. Это котелок, — кузнец показал походный котелок без ручки, но с проушинами под верёвки. — Ложка, огниво, кресало, нож! Всё твоё, да может, обувь тебе справим какую кожаную. Посмотрим. Надо в село пойти, и денег поискать. Готов?

— Готов, — кивнул Вадим.

— Ну, тогда за работу, — и Елизар принялся разжигать очаг.

Утром следующего дня Елизар с Вадимом вышли из ворот Пустыни, направившись в сторону схрона. Их провожал сам настоятель, отец Анисим и ещё несколько обитателей монастыря, в том числе и Серафим. Что забыл здесь Серафим и для чего пришел, неясно, но странный взгляд инока настораживал.

Впрочем, через несколько минут Вадим уже забыл о нём. Впереди лежала пугающая своей пустотой дорога. Что ждало в пути — неизвестно. Вадим с кузнецом медленно и спокойно шли по дороге, пока находились в зоне видимости с колокольни Пустыни.

Но вот очередной поворот заслонил путников высокими деревьями, лес угрожающе придвинулся со всех сторон, замолчали птицы, а на душе сразу стало погано. Солнце внезапно скрылось за облаками, добавив толику хмурости на душе и так не радостным путникам.

Июль 1606 года от Рождества Христова не баловал тёплой погодой, да и вообще ничем хорошим не баловал. Набежавшие издалека тучи спровоцировали затяжной дождь, что тут же стал падать на плечи двух смельчаков. Елизар, правда, только поёжился, а Вадим пожал плечами. Накрапывающий обложной дождь был неприятен, но не смертелен.