Чтение онлайн

— То есть могут быть не сами авайны, а их ближайшие родственники, все-таки каждый мир накладывает свои нюансы на все расы, — продолжил он. — Но общее все равно у единых рас во всех мирах сохраняется. И сможете ли вы договориться в случае чего с этими остроухими гордяками… кхе, воинами, которые с презрением относятся ко всем прочим, младшим, как они считают, народам?

Лернавай покосился на притихшую Элиану, но что она могла сказать?

Что она сегодня сама впервые узнала, что в ее мире черт знает что творится? И она сама не знает, верить ли Михаилу. Эйры — менталисты? Вот пусть сами его на правдивость проверяют. А у нее уже, кажется, мозг глючит от перегрузки.

"Кстати, а черти в моем мире на самом деле есть?" — всплыла какая-то посторонняя мысль, но девушка ее сразу же озвучила.

— "Черти"? Есть, конечно, — подтвердил Михаил. — Низшие из демоновского царства, к сожалению, достаточно обширного по видам. С ними тоже наши студенты на практике встречаются. И "вампиры" есть. Хочешь, я тебя с парочкой познакомлю? Один из них талантливейший "фармацевт", м-м, зельевар, по-вашему? А второй — не поверишь! — шеф-повар в ресторане с тремя звездами "Мишлен".

Элиана покачала головой. Не то отказываясь от такой чести, как знакомство с вампирами, не то пытаясь утрясти невероятные новости в гудящей голове.

— Наверное, молодежь уже утомилась? — сказал вдруг Михаил. — Может, отпустим их и тогда всерьез поговорим? Есть еще кое-какие вопросы из срочных к обсуждению.

Раймонд Дариан Лернавай

Раймонд смотрел, как Элиана в сопровождении Тезера, Гуарта и вернувшегося Майнарда покидала гостиную. Не нужно быть менталистом, чтобы видеть, насколько девушка шокирована. Даже не столько теми цветными, невероятно детальными портретами людей, сколько новостями, что в ее мире тоже есть и магия, и ракасы. И из-за тех картинок она сильно расстроилась.

"Чем этот человек думал, когда принес Йэлене изображение ее же собственных проводов? — не понимал Раймонд. — Зачем сделал ей больно? Да и портреты ее родных — они ведь тоже доставили боль девушке, даже эмпатом не нужно быть".

Странные портреты людей, на которых те были как живые, и показывающие их в движении, даже полуотвернутыми, и в повседневных делах, поразили Раймонда. На парадные портреты их мира были вовсе не похожи.

Но больше всего его сбивало с толку поведение "другого человека". Чего тот в итоге добивался?

Хочет забрать Йэлену с собой, как говорит? При этом зачем-то показал, что в своем мире она умерла, и родные простились с ней? Это же какая глупость! Как и рассказ о том, что дома ее опять ждут ракасы, только их мира, о котором сама девушка даже не знала? Но этот чужак совершенно не выглядит глупым. Значит, он понимает, что делает? И что именно он делает?

Иномиряне все такие странные? Как они, вообще, мыслят? Хотя можно было и самому догадаться об их чудачествах — и на примере самой Йэлены, и зная правила ее родины, где женщины, как она говорила, имеют абсолютно такие же права, что и мужчины!

Или этот человек, Михаил, который сразу представился и убрал свою показную шутливость, стоило Йэлене уйти, на самом деле хочет, чтобы она здесь осталась? Раз пугал ее своими ракасами и работой? Поэтому он именно так поступает: чтобы девушка сама отказалась возвращаться? Ведь семья с ней уже простилась, что ей там делать.

А зачем иномирянам нужно, чтобы их же девушка осталась здесь? Собираются через нее что-то выведывать? Чтобы она шпионила для них потом в Осебрутаже? Только они не знают, что она не будет… Она ведь не будет шпионить для них? И нет, вытрясти из нее хоть какие-то сведения им было бы проще уже у себя, а они… Как Михаил сказал: чтобы она стала их торговым представителем? Для закупки трав и чего-то еще, что нужно им, и в чем может разбираться Йэлен и раз уж она здесь много что знает.

"Они наверняка захотят использовать ее связи с гевайн! Земли гевайн гораздо обширнее, чем человеческие! — сообразил Лернавай. — Через нее они хотят выйти на шитеров, голинов и двергов? У одних сила, у других капиталы и мастерские. Ох, а верталы и так только с ней общаются! Нет, нужно, чтобы общение с гевайн у иномирян шло только через нас! Я и сам могу поговорить с Ларками и Норби, и остальными. А Йэлен… Она должна остаться! И пусть чужаки как можно меньше с ней общаются! А то вдруг все-таки уговорят уехать".

Последняя мысль была самой неприятной.

Но Артам уже яростно спорил о чем-то с Михаилом и пришлось сосредоточиться, чтобы вновь вернуться в строй и решать очередную проблему, подкинутую… ракасовым сближением их миров!

Спустя несколько часов Раймонд заканчивал свой отчет о встрече с чужаком на личной встрече с Его Величеством, где кроме них был также генерал Эмирит. Артаму пришлось вернуться к невесте, которую, как и гостей, он и так покинул на неприлично длительное время.

"А я на нашей с Хелен помолвке даже не думал о своей невесте, — скрипнул зубами от разочаровывающих теперь воспоминаний Раймонд, пока король обсуждал с генералом его краткий доклад. — Кроме тех моментов, когда к ней то авайн, то котронец проявляли внимание. М-м, хоть одна помолвка, на которую попадает эта иномирянка, может обойтись без происшествий? Или она всегда притягивает к себе… Как говорил Ари? Что ее внутренний свет в любом случае притягивает? Хм, значит, она действительно… ведьма? Знать бы еще толком, что это означает".

— Раймонд, ты слышал мой вопрос? О чем ты так сильно задумался? — голос короля выдернул его из мыслей, обволакивающих и отвлекающих.

Было уже поздно, за окном давно стемнело, день оказался невероятно насыщенным, голова гудела от навалившихся новостей, но поспать сегодня вряд ли получится. Раймонд дернул головой, расправил плечи и негромко пробурчал извинения.

— Судя по его улыбке, задумался он о чем-то приятном, — усмехнулся Оргуч. — Дело молодое, это нам с вами, Ваше Величество, скучные политические дела важнее, нежели… весна.