Найти себя [СИ]

— Там хариф и Тарос, — в дверь просунулось взволнованное лицо Саи, — с браслетами.

— Зови, — приказала моряна и оглянулась на ученицу, — готова?

— Всегда готова! — дурашливо козырнул Костик, веселясь от души.

Все же странные они какие-то! Отлично знают, что ритуал не настоящий, а волнуются как взаправду.

Вон и Тарос, несущий в руках внушительный и старинный даже на вид ларец, просто неправдоподобно серьезен. Тина никогда его таким не видела, даже, кажется руки немного трясутся.

Да и хариф выглядит очень впечатляюще. Приодет и причесан так празднично, словно уже ритуал проводить собрался.

Костик исподтишка оглянулся на моряну, спросить, чего это они?! Тут же получил в ответ успокаивающий кивок и следом — строгий взгляд, призывающий не отвлекаться от важного дела.

— Атина, — торжественно произнес хариф, — готова ли ты принять от Энтароса ле Сизилли брачный браслет?

Костик еще старался справиться с шоком и не слишком таращить глаза, а моряна уже отвечала своим звучным голосом:

— Моя приемная дочь Констанатина Запольская готова принять брачный браслет Энтароса ле Сизилли.

Во, съели?! Получите, фашисты, гранату! — развеселился Костик, глядя, как теперь уже Тарос с харифом пытаются подобрать отвисшие челюсти.

— С какой стати она твоя дочь? — наконец смог выговорить Пруганд.

— Я сегодня утром вернула ее к жизни, отдав свою энергию, а у моего народа это равноценно обмену кровью, — не моргнув, сообщила моряна, — и люди, спасенные таким образом от смерти, признаются родственниками.

Черт побери, как удобно-то, когда никто в целом мире не может проверить, действительно есть у твоего народа такой закон, или нет! — Восхитился Костик и сделал себе зарубочку на память, воспользоваться при случае этим методом.

— Прекрасно, — помрачнев, пробормотал хариф, — выбирайте, госпожа Констанатина Запольская.

Тарос открыл крышку и вынул первый браслет. Костик проникся с первого взгляда. Очень дорогая и явно эксклюзивная вещица. Шириной не больше пяти сантиметров, из изящно переплетающихся полосок серебра и золота, с тончайшей гравировкой и тремя крупными алмазами, вставленными в сердцевинки серебряных цветов.

Почти все Костикины одноклассницы, в последние три года увлеченно обсуждавшие на переменах, а иногда и на уроках всевозможные драгоценности и хваставшиеся колечками и сережками, при виде этого браслета растеклись бы глупо хлопающей глазками лужицей.

А он только усмехнулся и спросил:

— Это все?

— Вот, — Тарос достал второй браслет.

Темное, старинное золото, тяжелое даже на вид, застывшее причудливыми завитками массивного браслета с двумя вишневыми альмандинами в окружении мелких брилиантиков вполне удовлетворило бы самую привередливую девушку. Вот только Костик был девушкой только внешне, поэтому на тяжелый браслет глянул лишь мельком. А потом вопросительно уставился на квартерона.

На этот раз тот вздохнул явно с облегчением и показал очередную драгоценность.

Узкий браслет белого золота, с гладкой, как зеркало поверхностью был непостижимым образом пропущен сквозь плоские бусины выточенные из цельных драгоценных камней. Они были разные по величине и толщине и при каждом повороте украшения посылали во все стороны пучки разноцветных лучиков.

Очень интересная игрушка, Костик с удовольствием покрутил бы такую в руках в свободное время, но носить постоянно?! Да ни за что!

— Энтарос, — глядя, как жених с сожалением опускает браслет на стол и тянется в шкатулку за другим, решила внести рационализаторское предложение Атина, — а ты не мог бы выложить сразу все свои запасы? Быстрее покончили бы с этой процедурой, а?!

Квартерон несчастно оглянулся на сурово поджавшего губы харифа, вздохнул и начал раскладывать по столу всевозможные браслеты.

Десятка два, если не больше.

— Ох, ёлки, — следя за этим процессом, ошеломленно выдохнул Костик, — ну ты все-таки и козел, Тарос!

— Почему? — внезапно обиделся тот, — что я снова сделал не так?!

— Ты настолько увлекся процессом впаривания мне своего металлома, что забыл про меня лично! — зло рявкнула Атина, — а я, между прочим, еле на ногах стою!

— Ну и взяла бы первый браслет… — невольно выдал свою мечту квартерон.

— Вот посмотрю всю коллекцию, тогда и выберу, — отрезала Тина, — и вообще предлагаю всем сесть. День был тяжелым, а еще наряжаться и ритуал… если не хотите конечно, чтоб я там и свалилась.

Последние слова она договорила, уже сидя на торопливо подставленном квартероном кресле.

— Вообще-то не положено, — явно лишь для вида пробурчал хариф, опускаясь на стул, — но мы же не станем никому рассказывать.

— Золотые слова, босс… — Костик запнулся, увидев в руках Тароса что-то особенное, — дай-ка посмотреть!

Пальцы квартерона дрогнули, когда он передавал девушке очень необычный браслет. Первым мастером, державшим в руках этот металл, был явно не ювелир, а кузнец. Широкий, как щиток, составленный из заходящих одна за другую тонких пластинок синеватой стали, браслет не имел ни одного камня или украшения. И тем не менее поражал лаконичностью и завершенностью формы.

— Вот этот, — уверенно произнес Костик, отдавая браслет назад.

— А ты не хочешь сначала узнать, что он символизирует? — осторожно поинтересовалась моряна.

— Фиктивный брак, и ничего больше, — резковато отрезала девушка, и не думая беспокоиться о чувствах жениха.

Если нужно по сто раз в день напоминать квартерону про главное условие их брака, чтобы он не начинал разводить розовые сопли, Костик будет напоминать сто один раз.

Чтоб с гарантией.

— Браслет выбран! — торжественно провозгласил хариф, принимая из рук Тароса ритуальное украшение и бережно укладывая его в маленькую шкатулочку, — жених будет ждать Констанатину через два часа в столовой. Одевальщицы уже ждут невесту в коридоре.