Наймит
Шрифт:
– Мне так жаль, что я не смогу приехать зимой, – сказала Реджи его невестка. – Надо ведь побывать у наших родственников в Ирландии; мы так часто им отказывали. Просто стыдно! В следующий раз у тебя никого не будет из этих женщин?
– Никого, кроме миссис Пентерби, – скромно заметил Реджи.
– Миссис Пентерби! Но, Реджи, ты же не настолько глуп, чтобы снова приглашать эту женщину! Как и в этот раз, она восстановит против себя всех женщин. Что это за тайные узы, которыми она держит тебя?
– Она незаменима, – ответил Реджи. – И служит центром всеобщего притяжения.
– Она… как ты сказал? – открыла от изумления рот его невестка.
– Я специально внедрил ее среди гостей, чтобы она принимала все попытки затеять ссору, которые в противном случае распространились бы среди женщин во всех направлениях. Мне не нужны были советы и предупреждения многочисленных друзей, я и сам предвидел, что мы не сможем и полгода поддерживать тесные дружеские отношения без того, чтобы кто-то с кем-то не повздорил. Вот я и решил, что лучше будет ограничить распространение этого процесса и не дать ему развиваться. Я, разумеется, рассказал ей обо всем. О вас она не имела ни малейшего представления, и, поскольку вам даже неизвестно ее настоящее имя, она вовсе не возражала, чтобы ее для пользы дела возненавидели.
– То есть ты хочешь сказать, что она все это время была в курсе происходящего?
– Конечно. Знали о том, что происходит, еще двое мужчин, и поэтому, совершив нечто особенно возмутительное, она могла вместе с нами посмеяться за кулисами. И она действительно хорошо провела время. Видишь ли, она некоторым образом связана родственными узами с довольно беспокойным семейством, и в жизни ей часто приходилось примирять других. Можешь представить, как она была рада тому обстоятельству, что теперь может отвести душу и наговорить живущим под одной крышей женщинам кучу дерзостей – и все это во имя мира.
– Ты, наверное, самый ужасный человек на свете, – сказала Реджи его невестка.
У нее были весомые причины так говорить, ибо она больше всех ненавидела миссис Пентерби. Невозможно подсчитать, сколько раз эта женщина вызывала ее на ссору.