Чтение онлайн

— Где ты? — с отчаянием прошептал он, стиснув окровавленные пальцы. — Где? — он вздрогнул от вибрации мобильного телефона в кармане. Сердце лихорадочно забилось в груди. Дрожащими пальцами Илья вытащил телефон с надеждой увидеть на дисплее всего одно имя и выругался. Звонили из ресторана. Отвечать он не стал. Ему сейчас не до работы. Ему вообще ни до чего, кроме Ани. Все мысли были только о ней и о том, что могло случиться. — Где ты, Анюта? — повторил он громче, словно она могла его слышать. — Что с тобой? Что произошло?

Но ответов на эти вопросы не было ни у него, ни у проснувшихся улиц, ни у самого Господа, взирающего на него молчаливым Спасом-на-крови. И Илье ничего не оставалось, как верить в лучшее. Верить, несмотря на страшные картинки, которые неустанно подкидывало его воспалённое воображение. От искалеченной Ани, обвешенной трубками капельниц и проводами приборов, до её бездыханного тела, брошенного в подворотне…

И даже тот факт, что Илья в первую очередь обзвонил все больницы и морги, не давал передышку от жутких мыслей…

— И долго ты собираешься здесь прохлаждаться? — насмешливый мужской голос отвлёк Илью от мрачных размышлений. Он обернулся и посмотрел на говорившего. Им был невысокий коренастый мужчина в белой футболке, джинсах и чёрных кожаных перчатках. Артём Крутов, старинный приятель Ильи, которого тот вызвонил в первый же вечер после исчезновения Ани и который следующим утром сидел на кухне и допрашивал Илью с профессионализмом следователя.

Привалившись к дверному косяку, Артём пил горячий кофе из большой кружки. Илья чувствовал горьковатый запах миндаля и видел тонкую струйку пара, поднимающуюся из кружки.

— А у тебя есть другой вариант? — поинтересовался Илья, нахмурившись. Ему самому до чёртиков надоело собственное бездействие. Но что он мог? Мобильник Ани недоступен. В издательстве сказали, что никаких мероприятий до выхода её новой книги пока не планируется. А значит и обязательств на ближайшее время у неё тоже никаких. Гуляй не хочу, пока не придёт срок сдавать рукопись. Через своих знакомых Илья выяснил, что страну Аня не покидала. По крайней мере, под своим именем.

— Есть, — отпив кофе, ответил Артём. — Съездить на работу, отвлечься. Всё равно мы сейчас ничего не можем сделать, только ждать.

— Не могу я! — психанул Илья, вновь ударив по перилам. На костяшках выступили капли крови. — Ни ждать, ни работать. Я с ума схожу, понимаешь?

— Понимаю, — кивнул Артём и подошёл к Илье.

— Я не знаю ни где она, ни что с ней. А с ней беда случилась — я чувствую. А ты ждать предлагаешь, — он усмехнулся. — Чего? Когда найдут её труп?

— Типун тебе на язык, — сплюнул Артём и поставил на пол чашку. — Хотя это было бы лучше, чем маяться от неизвестности.

— Крутов, ты в своём уме? — вспыхнул Илья.

— В своём, — осадил Артём. — И уж поверь, знаю, о чём говорю. Тот факт, что мы не видели её труп, ещё не говорит о том, что она жива. Да ты можешь её вообще не найти никогда. Ты сам-то это понимаешь?

— Я найду. Найду, — упрямо повторил Илья.

— Как? Ты знаешь? У нас же ни одной зацепки.

Илья отрицательно покачал головой. Артём был прав. У них не было ничего, что могло натолкнуть их на мысль, где Аня. Илья уже и сотню раз прокрутил в памяти события того дня накануне исчезновения Ани. Искал что-нибудь необычное. В её поведении, разговоре. И ничего не находил. Не было ничего странного. Проснулись они рано. Выпили кофе. Съездили в ЗАГС, подали заявление. Позавтракали в кафе на Казанской. Потом Илье позвонили из ресторана, и он умчался на работу. С Аней возле книжного магазина на Невском расстались. Часа через два она ему звонила с домашнего, чтобы он знал, что она дома. Вернулся Илья поздно, около одиннадцати, но Ани уже не было. Всё, и больше ничего. Ни звонков, ни встреч. Ни-че-го.

А Артём тогда ухватился за мысль, что Аня вполне могла испугаться обязательств и просто сбежать. Или же до сих пор быть замужем.

— Нет, я видел её паспорт, — возражал тогда Илья. — Ни единого намёка на штамп.

— А должно быть целых два намёка, — язвил Артём. — Штамп о заключении брака и штамп о разводе. Как ты это объяснишь?

Тогда Илья ответил, что она могла поменять паспорт, чтобы ничто не напоминало ей о бывшем муже.

— Или не бывшем, — не отставал Артём. — А ты не допускаешь мысли, что она просто вернулась к мужу? Нагулялась и домой, в тёплое семейное гнёздышко.

— Нет, — отрезал Илья, пресекая дальнейший разговор на эту тему.

Он не допускал такой мысли. Знал, что Аня не могла его бросить. Знал, потому что чувствовал её любовь каждую ночь в своей постели, видел в её глазах каждое утро. Нельзя притвориться счастливой. И Илья не сомневался — Аня не притворялась.

— Ну не могла же она просто испариться, — размышлял Крутов в день своего приезда. — Стрельников, сам подумай. Она явно ушла через парадную. Хоть консьержка и утверждает обратное. Вопрос в другом: сама ли?

— Хочешь сказать, её могли похитить? — Илья напрягся, всмотревшись в задумчивое лицо приятеля. — Глупо, — не дожидаясь ответа, продолжал рассуждать он. — Я не президент и не миллиардер. Брать с меня нечего. Так, парочка ресторанов. Но это настолько хлопотный бизнес, что… — он провёл пятернёй по волосам. — Да и мстить некому. С конкурентами живём мирно, врагов, способных на похищение человека, ещё не нажил. И потом, я думаю, если Аню похитили, то уже выдвинули бы свои требования.

— Прошло мало времени. Хотя в одном ты прав. Похищают с конкретной целью — что-то получить взамен.

— Вот именно. Я скорее поверю, что на неё напали на улице и… — он осёкся. Сглотнул.

— Это точно, — усмехался Артём. — Я тут забрёл по ошибке в один дворик. И хоть я не боязливый и за себя постоять могу, решил вернуться к дороге и…

Артём сделал глубокий вдох.

— Ничего не понимаю, — он хлопнул по обеденному столу. — Никто ничего не видел. Консьержка молчит, как партизанка. Наверное, прилично заплатили. А быть может, кого-то прикрывает. Кого-то хорошо ей знакомого.

— Консьержка? — Илья немного задумался. Консьержке его подъезда было лет пятьдесят и она была одинокой женщиной. Семь лет назад у неё погибла вся семья. Разбились в автокатастрофе. И прикрывать ей некого, как не для кого брать деньги. — Да я в своей жизни не встречал честнее тётки, чем она. Нет, тут что-то другое. Я думаю, она, скорее всего, просто не видела Аню. Отлучилась в тот самый момент, когда она уходила из дома.