Найденыш
Шрифт:
Когда голод был утолен, Бина спросила:
– Зачем ты хотела меня видеть? Айри оторвалась от миски:
– Я нашла на краю Безмерной трясины самца. По форме отростка – явный серв, но уж слишком необычный на вид, да и одежда на нем не наша. Вот я и подумала… Может, он беглый, из Гнезда. Или из Столицы.
«Или из слуг бомбардиров»,– добавила она мысленно. Но тогда он не беглый…
Бина застыла, уронив руки на колени и тупо уставившись в угол. Айри отвела глаза: во время связи с Хозяйкой Матери выглядят ужасно глупо – точь-в-точь бычки, когда кормление закончено, а голод еще не утих… Лумма продолжала неторопливо жевать.
– Расскажи, как он выглядит,– ожила наконец Бина.
Айри принялась рассказывать. Бина кивала головой, но глаза ее все еще казались остекленелыми, из чего девушка сделала вывод, что Старшая Матерь по-прежнему находится на связи с Хозяйкой. Видимо, та проявила к случившемуся немалый интерес… Когда рассказ был закончен, Бина опять застыла. Потом, оттаяв, сказала:
– Пусть найденыш остается у тебя, пока не вылечишь ногу. Долго это?
– Два дня, не больше – я давно уже научилась лечить вывихи. Да и с переломом бы справилась…
– Хорошо, хорошо,– оборвала ее Старшая Матерь. Через два дня я пришлю колесницу, и твоего найденыша отвезут в Гнездо Бейр. Хозяйка желает его видеть.
Айри почтительно склонила голову, но возразила:
– Я бы хотела лично доставить самца к Хозяйке. Есть несколько сообщений, вам недоступных. Мама Гиневир не раз говорила, что рано или поздно настанет время, когда Айри придется добиваться уважения со стороны Матерей. Похоже, вот оно настало – так почему не воспользоваться моментом?.. Предстать перед Хозяйкой лично – дорогого стоит…
Лоб Старшей Матери прорезали морщины недовольства, однако Бина сдержалась: ученица ведьмы подчиняется лишь Хозяйке да самой ведьме. А желание Айрис оказаться в Гнезде понятно – получить Аудиенцию у Хозяйки мечтают все. В том числе и юные ведьмы. Не всегда же они будут молодыми, надо и о карьере думать…
– Ладно, поживем-увидим.– Бина возвела глаза к потолку, словно пыталась напрячь память: по-видимому, возвращение в обычное состояние давалось ей с трудом. Что-то я еще хотела тебе сказать…
– Про Гиневир,– подала голос Лумма. Бина кивнула:
– Ах да… Гиневир на ферме больше нет. Хозяйка вчера забрала ее к себе. Она теперь будет старшиной ведьм в Гнезде.
Айри подумала, что Старшей Матери и в самом деле пора в Счастливый Край, раз у нее такое из головы вылетает.
– Следовательно, ты теперь полноправная ведьма,– продолжала Бина.– За здоровьем бычков придется следить. Ну и остальные обитатели фермы будут обращаться к тебе.
Это была новость так новость! В сердце Айри хлынул восторг, но девушка не позволила ему вырваться наружу. Не к лицу ведьме проявлять чувства в разговоре с руководительницей!..
– Полагаю, Гиневир обучила тебя всему?..– Во взгляде Бины сквозило одобрение – ей понравилась выдержка новой работницы.
– Конечно, досточтимая Матерь!..– Айри показалось, что глава фермы сомневается в ее знаниях. Или почти всему. Я хорошая ведьма. И уже не раз занималась врачеванием.
– Да, знаю… Вот завтра утром и приступай. Есть вопросы?
– Есть. Что мне делать с вещами мамы…– Она запнулась. Что мне делать с вещами Гиневир?
– Можешь оставить себе. Бина встала, давая понять, что разговор закончен. Желаю удачи.
– Буду стараться, досточтимая Матерь!
И только выйдя из дома, она до конца осознала, что все заботы мамы Гиневир теперь стали ее, Айри, заботами. Сбор лекарственных трав. Изготовление мазей и настоек. Врачевание заболевших бычков, сервов, наставниц, воительниц, Матерей. И множество прочих мелких хлопот… Однако понимание этого вовсе не наполнило душу безграничной тяжестью. «Что ж, все когда-то приступают к самостоятельной работе. Начинала мама Гиневир, начну и я…»
Айри подозвала колесницу и велела старшине отвезти ее к питомнику молодняка. Серв, похоже, уже узнал об изменении статуса бывшей младшей ведьмы – во всяком случае, слушал ее с подобострастием и готовностью выполнить любой приказ в мгновение ока. Айри не смогла сдержать самодовольной усмешки. Сервы все и всегда узнают о своих хозяйках вовремя. И даже раньше времени…
Улица вновь привела Айри на площадь. Колесницы с выросшими бычками до сих пор не тронулись с места. Причина задержки тут же стала понятна: из казармы воительниц, поддернув штаны, выскочил широкоплечий старшина гужевых. Следом, пристегивая к поясу ножны, с довольной улыбкой вышла чернокожая Скима, воительница шести с половиной футов росту. Рубашка у нее оказалась развязанной, и хорошо был виден шрам на месте правой груди.
Айри фыркнула. Все-таки воительницы – недочеловеки. Как, впрочем, и наставницы… Готовы походя отдаться любому серву. Наверное, и бычкам бы отдавались, если б у тех отростки могли твердеть. А с другой стороны, и дополнительная польза есть – от такого совокупления не только самцы рождаются. Кто знает, не была ли и сама Айри зачата в момент такого вот неожиданного прилива страсти? Нет, вряд ли.
Завязав рубашку, Скима поднялась в ближайшую колесницу; ее недавний любовник занял место возле правой оглобли. Колеса заскрипели, и очередная партия бычков покатила к столу Хозяйки.
Айри проводила кавалькаду осуждающим взглядом и вернулась к своим новым заботам.
Первым делом надо будет тщательно осмотреть прибывших на ферму малолеток. Иногда после оскопления раны сильно воспаляются. Таким требуется лечение. Совсем негодных тут же надо отбраковать… Потом написать на солнечных часах время, когда она будет принимать заболевших. Позаботиться, чтобы на дни сбора трав предоставляли помощника – у нее-то ученицы нет. И не скоро появится – до двадцати пяти лет еще работать и работать.
Девушка глянула на опускающееся за лес солнце и поняла, что уже вечер. Да, сегодня, конечно, времени не осталось, а вот завтра… Впрочем, появиться в питомнике все равно надо, хотя бы ненадолго – пусть наставницы и сервы сразу почувствуют хозяйскую руку новой ведьмы.
Когда колесница остановилась, Айри подозвала старшину:
– Отправляйтесь отдыхать! Я сама доберусь до дому.
Серв едва сдержал радостную улыбку. Его чувства были понятны: тащиться в темноте по лесной дороге – невелико удовольствие, даже под защитой волка. Волк – тоже смертоносец. Кто знает, что у него на уме!..