Найденыш
Шрифт:
Они забрались в колесницу. Наставница села боком, чтобы раны не соприкасались со спинкой кресла.
– У него случился удар, – пояснила ведьма Марту. – К сожалению, встречающаяся болезнь… У сервов и только что родивших женщин. Когда им приходится расставаться с детьми…
– Я знаю… – кивнул найденыш, сочувственно глядя на изуродованную спину несчастной девицы. – Вот только сообразил не сразу…
И лишь тогда ведьма поняла, что произошло с уборщиком на самом деле. Ее словно громом поразило. К счастью, присутствие наставницы избавило девушку от необходимости отвечать. Иначе бы Март услышал, как стучат у нее зубы… Тем не менее она отвернулась, глянула назад. Мертвое тело, сопровождаемое сочувственными взглядами гужевых, грузили в какую-то повозку. Приехали домой. Айри смазала пострадавшей раны и отпустила ее на все четыре стороны. Потом отправились обедать.
– Почему ты все время молчишь? – спросил Март. – Я опять вел себя неверно?.. Но ведь еще мгновение, и он убил бы ее.
– Это не давало тебе права убивать его. Происходившее вообще нас не касалось, в таких случаях разбираются воительницы и наставницы. Мы не можем быть судьями. К тому же наставница сама виновата. Она била серва не в наказание, а ради удовольствия. Кодекс разрешает нам ментальное насилие только для обеспечения собственной безопасности.
У Марта внезапно вздулись желваки на скулах.
– Да идите вы к Иблису со своим Кодексом! – с бешенством сказал он. – Я не ведьма, меня он не касается. А мужч… самец не имеет права поднимать руку на женщину.
До Айри дошло, что он ждал от нее одобрения. Увы, он так ничего и не понял…
Завершилась трапеза в молчании. Март дулся, и Айри радовалась, что между нею и самцом образовалась такая трещина. Тем проще будет завтра говорить Повелительнице правду…
После обеда время еле плелось. Самец лежал на кровати и смотрел либо в окно, либо в потолок. Айри тоже не знала, куда себя деть. Казалось, до ужина прошла неделя.
В трапезной к ней подошла Дейзи:
– Утром, сразу после завтрака, вы оба едете к Повелительнице.
«Слава Нуаде! – обрадовалась Айри. – Завтра всем моим сомнениям придет конец!..»
Но самое интересное, что рад был и Март. Казалось, его совершенно не страшит предстоящая Аудиенция. Возможно, он не до конца понимал, к чему может привести завтрашний день. А может, в этом была его очередная странность…
Спать легли, как и вчера, в одной комнате, но в остальном эта ночь ничем не была похожа на предыдущую.
Во дворец они поехали вместе с Дейзи.
Айри специально надела короткую юбочку. Во-первых, надо учиться бороться с собой. А во-вторых, все должны видеть, что она уже считает себя столичной ведьмой.
Март был совершенно спокоен. Девушка же нервничала. Она снова не знала, как поступить. Принятое вчера решение уже не казалось бесспорным. В конце концов, самец не знал Кодекса ведьм, и его насилие над сервами было вполне объяснимо. Ведь в первом случае его побудила неверием сама Айри. И уборщика он убил по понятным любой ведьме соображениям. Самец не должен нападать на женщину ни при каких обстоятельствах. Да, ведьмы никогда не вмешиваются в подобные конфликты, но Март ведь и не был ведьмой. И не Знал Кодекса!..
Вернул юную ведьму к действительности голос Дейзи:
– Большинство наставниц не наказывают сервов беспричинно. Но встречаются и такие… Одна из наших ведьм занималась этой проблемой. Она утверждает, что излишней жестокостью отличаются женщины, склонные к подчиненному положению перед самцами. Их тайные желания находятся в постоянном конфликте с общепринятыми нормами. Рано или поздно это приводит к срывам, которые проявляются в излишней жестокости по отношению к самцам. Это такой же душевный разлад, как у только что родивших женщин, вынужденных расставаться со своим ребенком.
У Айри отвисла челюсть: наставница общалась с Мартом, как с равным. Такого попросту не могло быть. Разве лишь не по собственной воле…
Айри причуялась. И тут же обнаружила ментальное воздействие, которое оказывал на несчастную женщину самец.
Это было уже слишком. Одно дело – насилие над сервами, но наставница… Айри зажгла в мозгу звездочку и попыталась слиться с телом Дейзи. Может, удастся таким образом освободить сестру от чужого воздействия. Ничего не получилось – она промахнулась.
– Перестань, – сказала Айри. – Оставь ее в покое! Немедленно!
– Пожалуйста!
Ментальное воздействие усилилось. Дейзи привалилась к стенке колесницы, закрыла глаза, задышала редко и мирно.
– Тебе не кажется, что для идеального мира у вас слишком много склонных к душевному разладу? – Март смотрел теперь на Айри, и спокойствия в его глазах больше не было. – Сервы, не желающие подвергаться унижениям… Роженицы, у которых отбирают детей… Не склонные к руководству наставницы… Помешанные на сексе воительницы… Производители, способные на большее, чем быть только механизмами для оплодотворения… А в чем заключается душевный разлад у вашей касты?
«Ложь для юной ведьмы – дорога опасная», – вспомнила Айри слова мамы Гиневир. И погасила звездочку.
– У нас не бывает душевного разлада!
– Зачем же в таком случае ты ходишь то в штанах, то в юбке?
Айри молчала. Он все видел и все понимал, этот самец, занесенный сюда невесть из каких краев.
В то, что он слуга здешней Повелительницы, Айри больше не верила. Скорее уж он перенесся из-за океана и является слугой той, о ком здесь никогда и не слышали… А может, он серв, принадлежащий самой Нуаде?!
– Жить в идеальном мире проще всего, – продолжал Март, – но это еще никому и никогда не удавалось. Главное твое достоинство, Айрис, в том, что ты умеешь думать. Ну так думай же! – В голосе самца появилась ярость. – Не верь никому! Ни маме Гиневир, ни Хозяйке Бейр, ни Повелительнице…
– А тебе?
– Мне? – Он осекся. – И мне тоже не верь… До поры до времени… – Он отвернулся.
Айри выглянула в окно. Дороги она не запомнила, но, кажется, до дворца оставалось уже не так далеко.