Чтение онлайн

Пододвинув клавиатуру, помощник Волколака набрал крохотное объявление на сайте моделистов:

— Ищу на обмен модель фрегата «Паллада» в хорошем состоянии, масштаб 1:144.

Если бы бумажка не изменилась, состояние было бы отмечено как «удовлетворительное». Проверка завершена. Клиент обнаружен.

Анджей прочел сообщение вечером, когда разбирал насыпавшуюся школьную почту, проглядывал разного рода форумы по нужным темам и печатал чертежи украшений кормы испанского галеона. Была у него мысль что-то похожее в новую модель добавить. Свободная сборка — украшай, как душа пожелает. Перечитав еще раз про «Палладу», начал листать дальше. Отметил пару сообщений о продаже редких сборных комплектов, рекламу о будущей выставке в конце января и закрыл компьютер. Неожиданно навалилась усталость. Ну что же, вот он и на финишной прямой. Теперь остается лишь получить сигнал о готовности со стороны боевиков и можно звать Драбицына в расставленную ловушку. Все фигуры на доске, пора разыгрывать эндшпиль.

В то же самое время в соседнем доме князь Голицын с недоумением разглядывал каракули на мятом листке бумаги.

— И как это понимать, Аристарх? В переводе с твоего птичьего на человеческий? Без все этих «согласно среднестатистическим и волнам Гаршвица».

— Это следует понимать, как отсутствие каких-либо доказательств активной подрывной работы фигуранта.

Когда у лучшего аналитика клана было паршивое настроение, он изъяснялся исключительно канцеляризмами.

— И?

— Я не могу на основе предоставленной информации сделать прогноз о возможном психологическом срыве или попытке как-либо участвовать в противоправной и прочей деятельности, которая может пойти нам во вред.

— Значит, Анджей не представляет для нас угрозы?

— Я этого не говорил.

Худой высокий мужчина поправил тонкую оправу очков, которые носил больше для поддержания имиджа ботаника. После чего отобрал бумажку, достал синий химический карандаш и подчеркнул несколько слов в последнем предложении. Вернув свой доклад обратно, откинулся на спинку кресла и побарабанил пальцами по мягким подлокотникам.

— Дело в том, Лев Васильевич, что парень закрылся. Абсолютно. Если еще месяц назад в его поведении проскальзывали какие-то нотки реальной личности, то сейчас я вижу перед собой манекен. Такое впечатление, что у него в башке щелкнул тумблер и Потоцкий теперь движется по наезженным рельсам. Четко по заложенной программе. Одни и те же действия утром, в обед и вечером. Вариации лишь в рамках выбранного образа.

— И?

— Если бы систему наблюдения ставил кто-то со стороны, я бы сказал, что он ее вскрыл и теперь играет на публику. Либо вы его как-то спугнули в госпитале, дав повод насторожиться… Опять же, если мы говорим о возможном враждебном агенте под прикрытием.

Князь скомкал листок и бросил в мусорную корзину:

— Да какой он агент, черт все бы подрал! Медики однозначно заявили, что у бедолаги удалось достичь стабильной ремиссии и в январе надеются продолжить курс поддерживающей терапии. Учитывая, что как раз к Новому году подъедет мой знакомый для глубокого зондирования, то я бы хотел получить более развернутый ответ по этому вопросу. Стоит ли нам снова отправить Анджея в госпиталь или пока дома оставить?

— Дома, — тут же ответил Аристарх. — Все же уровень безопасности у нас на порядок выше. Парень не сможет удрать отсюда, если у него окончательно крышу снесет.

— Именно. Снесет… Я уж было порадовался, что молодой граф постоял одной ногой на краешке могилы и начал выкарабкиваться, а тут ты с этой писулькой… Агент, игра на публику… Ему одиннадцать лет. Тесты это подтвердили. Осталось лишь с мутным польским хвостом разобраться, после чего можно с докладом на самый верх… Так что, давай ты лучше составишь на ближайшие дни списочек для наших ухорезов. Может, с кем пообщаться надо. Что по разным инстанциям запросить. Что покопать в оставшихся документах со времени смерти отца Анджея и деда. Должна ведь быть ниточка, должна… Может быть, я даже на поклон к Драбицыну схожу. Потому что вполне возможно, что лежит у них в закромах какой-то материал о той дурной атаке на поместье.

— Если бы у СБ были зацепки, они бы к царю уже примчались с просьбой выписать ордер. Нет у них ничего. А то, как себя ведет Потоцкий, можно трактовать как попытку удержаться от распада личности. У людей с обострением психиатрических диагнозов возможно схожее поведение. Когда они механически следуют запомненному шаблону поведения, стараясь таким образом удержаться на грани срыва.

— Вот видишь… Так что давай, думай, анализируй, найди мне этих проклятых пшеков или кто там Анджею слил данные о покушении. Я тебе буду очень благодарен.

Выбравшись из кресла, аналитик помахал беззаботно ладонью и двинулся на выход. Он вообще отличался изрядным пофигизмом при общении с вышестоящим руководством. Потому что знал себе цену и раскрутил для хозяина не одну головоломную проблему. Но, взявшись за ручку двери, притормозил, повернулся в полоборота и закончил беседу, оставив последнее слово за собой:

— Вот только психически больные люди не меняют моторику движений. Вколоченные в подсознание привычки наоборот, ярче проявляются. А у Анджея даже поведенческие паттерны сменились. И если раньше я мог бы его сравнить с рысью, которая сыта и благодушна, то сейчас передо мной домашний кот. Большой пушистый кот, который не сможет выпустить зайцу кишки одним ударом… Но куда тогда подевалась рысь?

Посмотрев на закрывшиеся двери, князь Голицын крайне непечатно выразился, достал из мусорки бумажку и нажал кнопку селектора:

— Ярослава ко мне…

Разглаживая листок, Лев Васильевич мрачно глядел на каракули и шипел под нос:

— Рысь ему подавай… Что я, рожу ее, что ли?.. Но самое паршивое другое. Аристарх, мать его за ногу, ошибается лишь в одном случае из пяти. А это — уже ни в какие ворота не лезет…

Трам-пам-пам… Лоренцо положил телефон на стол и довольно улыбнулся. Наконец-то. Тот самый звонок, ради которого пришлось пролить реки пота. Его ждут в столице Российской Империи. Носитель демона найден, пора на месте начинать подготовку к обряду изгнания. Можно давать отмашку и сегодня же вечером упакованные скрижали под видом дипломатического багажа отправятся в Санкт-Петербург. Трое послушников уже на месте. Теперь дело лишь за парой глубоко внедренных агентов. На них — оборудование выбранной точки и найм мелких головорезов, которые обеспечат силовое прикрытие на пару-тройку часов. В остальном — все идет по плану. Не смотря на все попытки пихать ему палки в колеса. Все идет как должно…

— Бруно, это Лоренцо. Как поживаешь?.. Да… Да… Отлично, рад это слышать… Слушай, что я звоню. Помнишь, просил о небольшом одолжении. Так вот, можешь отправлять посылку. Покупатель оплатил доставку, теперь никаких препятствий нет… Все, спасибо. Уже на месте проконтролирую. Спокойной ночи…

Теперь можно заказывать билеты и вылетать. Поддельные документы уже готовы. Поэтому прибывший с туристическим визитом Лоренцо Герра на один вечер исчезнет, превратившись в совсем другого человека. А на утро появится уже в аэропорту, чтобы оттуда вылететь домой. С победой…

У Севастьяна были на подхвате несколько крепких парней, не обремененных излишками совести. Ничего особенного, так, оказать помощь по мелочи. На стреме постоять. Голову зазевавшемуся свидетелю проломить. Чужую дачу спалить вместе с трупом, который неудачно там образовался. Одним словом — вполне себе бодрые и понимающие люди, не привыкшие задавать лишние вопросы. А то, что в молодости кто-то из них за долю малую с анархистами знался, так дела давно минувшие. Теперь в политику играть опасно, власти с невероятной легкостью разным бомбистам и прочим любителям экстрима свинцовые пилюли прописывают. Быть честным уголовником куда спокойнее. А если учесть, что господин купец платит всегда исправно и дурных советов не дает, то и вообще славно.