Чтение онлайн

Первыми нас встретили пастушьи собаки. Огромные, косматые, бело-рыжие, они сгрудились в стаю, утробным рычанием предупреждая Чаню: не делай глупостей, чужак.

— Нужны вы мне, блохастые, — небрежно бросил наш герой, демонстративно их не замечая. Потом торговцы лошадьми увидели потенциальных покупателей. Они гурьбой бросились нам навстречу. Каждый тянул в сторону своего загона, обещал, что у него — самые красивые, самые быстрые, самые выносливые кони.

У меня и в самом деле разбежались глаза. Каких коней здесь только не было! Серебристо-голубые рысаки из Лайдолая, мохноногие норрантские тяжеловозы и, конечно, скаковые умопомрачительных мастей: серые с алой попоной, оранжевые с голубым, черные с золотом, белоснежные в лиловых яблоках. Была и бело-красная кобылка, точно такая, как моя Помми. Сэф предложил купить ее, но я отказалась. Я ведь решила, что вернусь за Помми. А зачем мне две одинаковые лошади? В конце концов, я остановилась на невысоком жеребчике с маленькой умной мордой. Он был скромного густо-лилового цвета, но с ослепительно-оранжевыми пятнами на груди и на лбу. Принцу Денис подвел белоснежного скакуна. Он был поистине достоин короля!

Дальше нам предстояло расстаться. Я, Нолколеда, Денис и Сэф вместе скакали в Вэллайд. Миллальфцы и люди Мегедэля, кто верхом, кто на телеге, разъезжались разными дорогами. Лесант ехал отдельно, с Баром и Мегедэлем Амадасом. На случай, если в городе ждут «самозванца», короля решено было переодеть в женское платье. Пожалуй, это стало для храброго мальчишки самым тяжелым испытанием. Из него получилась прелестная златокудрая барышня, но никто из нас не решился сказать ему комплимент.

Торговцы пустили нас в свой шатер переодеться. Я быстро вытряхнула из мешка все лучшее, что смогла найти в Кровэле: бархат, атлас, перья, кружева... Через час, простившись с остальными, наша четверка первой отправилась в путь.

Кони не скакали, а летели над степью — здесь, в Лаверэле, это была не просто метафора. Чаня от них не отставал. Звонкая музыка копыт опьяняла. Ветер развевал белоснежные перья на моем берете. В голове крутилось: «Нас четверо, еще пока мы вместе...» Корс за корсом мы приближались к столице.

Вот закончилась степь, потянулись крестьянские поля, на которых шла страда. Нам пришлось сбавить скорость, лавируя между телегами, груженными яблоками, помидорами, репой, бочками с молодым вином. Затерявшись в этом изобилии, мы въехали на южную окраину Вэллайда.

Здесь мы разделились. Нолколеда, спешившись и вверив нам судьбу своего коня, отправилась во дворец, а мы тихими улочками добрались до трактира «Вкус золота». Сюда Бар должен был привести Лесанта. Заказав обед, бросив на стол береты и перчатки, мы погрузились в напряженное ожидание, чутко прислушиваясь к разговорам вокруг.

Обычно в этом трактире собирался после работы мастеровой люд — недорого перекусить и пропустить кружечку-другую «Кислятины». Вот и сейчас за соседним столиком, подозрительно косясь на троих дворян, вполголоса беседовали двое усталых ремесленников.

— В городе многие об этом шепчутся. Единорог ушел прямо из королевских конюшен, и никто не смог его остановить, — говорил один.

— Это значит, наступают совсем плохие времена, — качал головой другой.

Булыжная мостовая поблескивала в зеленых лучах Модита. Звук шагов гулко разносился по ночному городу. Кое-где тускло горели фонари.

Вот дружно протопала по соседней улице городская стража. Затаив дыхание, мы спрятались за углом. Одной рукой я поглаживала эфес шпаги, другой прижимала к себе Лесанта, и стук его сердца взволнованно отдавался в моей груди.

— Пошли, — одними губами скомандовал Денис. Мы пересекли улицу, быстро минрвали еще один проулок и вышли к площади Лесанта Первого. Юный король благоговейно смотрел на конную статую своего прославленного предка — наверное, просил у него поддержки. Вдруг чья-то тень отделилась от фонарного столба и направилась к нам. Бар!

— Все чисто, — сообщил он. — Нолколеда ждет.

— Ну, да поможет нам великий Шан, — прошептал Денис.

Мы дружно скрестили руки в ритуальном жесте.

Благополучно миновав площадь, мы оказались перед черным ходом во дворец. Этой дверью пользовалась только прислуга. Бар зашел первым. Мы услышали какую-то возню, сдавленный хрип, потом мой бывший слуга махнул нам рукой из-за портьеры:

— Проходите.

Переступив через тело бесчувственного стражника, мы свернули в маленький коридор. Откуда-то явственно запахло мылом и горячим паром.

— Никогда не был здесь, — шепотом признался Лесант. — Это прачечная?

Да, это была прачечная. Мы распахнули дверь и очутились в большом помещении, освещенном люстрой — деревянным кругом с множеством свечей. Еще недавно, несмотря на позднее время, здесь кипела работа. Чугунные утюги грелись на огне, в котлах бурлила вода. Но прачки в странных позах дремали на скамейках. Некоторые по- прежнему сжимали в руках перекрученное белье или кусок мыла.

Только одна из прачек, в которой мы с трудом узнали Нолколеду, выбежала нам навстречу. Ее маленький чепчик сбился набок, юбка была подоткнута до колен.

— Все в порядке? — взволнованно спросила Леда. — У меня тоже. Они спят. Пойдемте, ваше величество. Я приготовила вам зеленые одежды.

Часть 6

ВОЗВРАЩЕНИЕ В ЛАВЕРЭЛЬ

Хоть мы навек незримыми цепями

Прикованы к нездешним берегам,

Но и в цепях должны свершить мы сами

Тот круг, что боги очертили нам.

Вл. Соловьев

1. Битва при Нивальде

Две луны — зловещий Модит и светлая Матин — смотрели в дворцовые окна. Их лучи отражались в зеркалах и черном лаке мебели, блестели на бронзовых дверных ручках, на шелковых обоях. Его величество король Мэжэр Первый сидел в своем кабинете. Дел было много. Нужно было просмотреть список министров и выбрать тех, кому можно поручить составление текстов новых законов и воззваний к народу. И нужно было подумать, что делать с остальными, несогласными и сомневающимися...

До чего же все-таки приятно быть королем! Когда он был канцлером, на его долю доставались одни только хлопоты по управлению государством. Настало время вкусить роскоши, почестей и сладкой мести. Можно себе представить, как трепещут сейчас родственники Энриэля! И правильно делают — не все им глумиться над несчастным бастардом. Он, Мэжэр, вдоволь упьется унижениями своих врагов. И его могущественные союзники помогут ему в этом. Главное, чтобы они не обманули, не забыли наделить Мэжэра достаточной властью. И тогда...