Чтение онлайн

Алена откинулась на спинку кресла и потерла занывший висок. Дело принимало недобрый оборот.

– То есть, ты полагаешь, что Орешников был убит, а несчастный случай есть не что иное, как грамотная имитация?

Отец сидел в своем рабочем кресле и задумчиво крутил в руках золотой «Паркер», отделанный бриллиантами.

Кроме него, в кабинете присутствовал Виталий Федорович, как всегда, молчаливый и незаметный, словно погруженный в свои мысли. При этом старому генералу спецслужб не составит труда воспроизвести их разговор дословно и через месяц просто по памяти. И сейчас он слушал очень внимательно, ведь под подозрение попадали его люди.

– Это не просто грамотная имитация, папа! – Алена покачала головой. – Это очень дорогостоящая и профессиональная имитация. Наверное, можно проникнуть в напичканное охранниками и всякими тревожными системами здание незаметно, – она бросила на генерала вопросительный взгляд, – вроде бы такие спецы существуют?

– Это возможно в принципе, – кивнул Виктор Федорович, – но маловероятно на деле. Однако я предпочитаю рассматривать все варианты, как этот, так и возможность вовлечения в убийство кого-то из моих людей.

– Так вот, – продолжила Алена, – допустим, кто-то мог незаметно проникнуть в здание, почистить компьютер Стасика, а также унести с собой термос и кружку. – Она принялась загибать пальцы, подсчитывая свои аргументы. – Допустим, кто-то мог как-то испортить машину Стасика и устроить аварию. Допустим даже, что кто-то мог подделать заключение судмедэксперта о полном отсутствии следов кофе в желудке и крови погибшего, хотя лично я уже слабо представляю, как именно ему это удалось. Но сделать все сразу одному человеку просто не под силу. К тому же заключение патологоанатома мало просто подделать, надо было еще оперативно санкционировать само вскрытие. Никому не нужный Стасик Орешников не звезда бомонда и не сын политика. У него даже родственников нет. Такие, как он, в морги поступают десятками ежедневно. И несчастный случай один в один, как с Шамоевым. Я уверена, что Стасика убили. И убили его из-за того нелепого заговора, который он бросился расследовать со своим таинственным Гуру.

– Не такой уж он и нелепый, раз из-за него убивают людей, да еще столь изощренно, – нахмурился отец. – Что скажешь, Виталий Федорович? – Он посмотрел на генерала.

Начальник службы безопасности Холдинга несколько мгновений обдумывал ситуацию, после чего ответил:

– Дело непростое. Не приходится сомневаться, что налицо работа высокопрофессиональной организации, располагающей серьезными средствами и не менее серьезными связями. Даже странно, что они до сих пор не отловили этого Гуру, видимо, тот тоже не просто мальчик с улицы, – неторопливо излагал генерал. – Наиболее вероятно, что они имеют своих людей в здании, скорее всего, в моей службе. Но просто прийти и поступить на работу в нашу службу безопасности невозможно. Мы принимаем только бывших сотрудников правоохранительных органов и только по рекомендациям. Поэтому я предполагаю подкуп, как наиболее простой вариант. Хотя нельзя полностью исключать и такой вероятности, что агент или агенты были внедрены к нам заблаговременно именно с целью предотвращения подобных расследований на самых начальных стадиях. Все-таки «Ай-Эм-Джи» не какая-то бульварная конторка, а медиалидер страны. Если данная организация настолько сильна, как мы сейчас предполагаем, они вполне могут себе это позволить.

После таких умозаключений Рогожин помрачнел еще сильнее, но ничего не сказал.

– Судя по тому, как они виртуозно обыграли ситуацию с несчастным случаем и вскрытием, – продолжал генерал, – своих людей они имеют не только у нас. Мы, конечно, можем воспользоваться нашими возможностями и предпринять определенные меры, например, на основании ваших, Алена Викторовна, показаний, добиться эксгумации тела и проведения повторной экспертизы. Но одних только ваших слов будет маловато. Без существенных доказательств дело пойдет не так быстро, как хотелось бы, и наши враги наверняка отреагируют на угрозу. Завербованных кротов можно отозвать, положить на дно, или, в крайнем случае, зачистить, тело из могилы выкрасть, контакты в государственных структурах предупредить, чтоб замели следы...

Он отрицательно качнул головой:

– Нет, так мы ничего не добьемся, только спугнем их. Тут надо действовать грамотно. С кем еще вы говорили об этом, Алена Викторовна?

– Ни с кем, – ответила Алена, – а смысл? Рассказывать молоденькому мальчику, третий месяц работающему в милиции, о таинственно пропавшем термосе?

– Хорошо, – одобрил генерал, – надо сохранить все это в тайне. Особенно сейчас, в первые дни после гибели Станислава Орешникова. Несомненно, что противная нам сторона в настоящее время тщательно следит за обстановкой, анализируя степень успеха проведенной операции. И мы должны дать им иллюзию, что все прошло чисто, пусть они решат, что их существование по-прежнему остается нами незамеченным, и ослабят бдительность. Мы же, в свою очередь, должны собрать достаточную доказательную базу для того, чтобы иметь возможность действовать решительно и быстро. Нам необходимо получить конкретные факты, ведь мы толком ничего не знаем о том, что за интересы у этой организации. Чего именно они добиваются?

– Что-то связанное с генетикой, – пожала плечами Алена, – какие-то операции с генно-модифицированными организмами. Стасик все порывался похвастаться своим грандиозным расследованием, но не успел, торопился на сеанс связи со своим Гуру...

– А вот это уже зацепка, – отметил генерал, – нам стоило бы связаться с Гуру. Он мог бы многое прояснить.

– Я еще вчера написала ему письмо, – поморщилась Алена, – но ответа до сих пор нет.

– Это было опрометчиво! – нахмурился Виталий Федорович. – Стоило сперва посоветоваться со мной или с Виктором Александровичем! Вы можете попасть в поле зрения их агентов.

– Не думаю, – отмахнулась Алена, – и так ясно, что эти самые агенты прошляпили тот факт, что Стасик в ту ночь работал с моего компьютера. Иначе его бы тоже почистили или испортили, если б не смогли взломать пароль. А Гуру этот явно не лыком шит, почтовые ящики меняет регулярно, честно говоря, я вообще не уверена, что он ответит. Может, того адреса уже не существует. – Она протянула генералу небольшой канцелярский стикер. – Вот, я записала для вас его адрес на всякий случай.

– Хорошо, я проверю его по своим каналам. – Виталий Федорович спрятал бумажку в карман. – А что именно вы написали в письме, Алена Викторовна?

– Да ничего особенного, в общем-то, – ответила Алена, – я подумала, что раз он такой продвинутый сетевой конспиратор, то наверняка следит за новостями в интернете, а значит, скорее всего, уже знает или скоро узнает о гибели Стасика. Я написала ему, кто я, что про него мне рассказывал Орешников и что Стасик погиб в результате несчастного случая. Что я изучила подробности и считаю аварию подстроенной. Что возмущена и собираюсь вывести всех на чистую воду, благо возможности для того у меня есть. Ну и предложила ему связаться со мной, если он захочет мне помочь. Вот и все.

– Что ж, это приемлемо, – согласился генерал, – и все же, на будущее, Алена Викторовна, постарайтесь сразу известить меня об этом Гуру, если он вдруг выйдет на связь.

Алена согласилась, и генерал, заявив о необходимости проведения тщательного и негласного внутреннего расследования в службе безопасности, оставил их с Рогожиным наедине. Она еще минут двадцать болтала с отцом о делах, недавнем посольском приеме и прочих мелочах, после чего он уехал на какую-то важную встречу, и Алена вернулась в офис.