Чтение онлайн

Со стороны входа в ночной клуб нарастали крики. Кто-то без перерыва просил вызвать скорую помощь.

— Твою же мать, — тихо выругался я, доставая половинку сотового телефона, который лежал в нагрудном кармане куртки. — Совсем новый был… И что теперь с тобой делать?

На меня как-то неожиданно навалилась усталость, и я уселся на землю, чтобы не свалиться. «Что-то переборщил утром с тренировкой», — пришла мысль. Провёл дрожащей рукой по щеке, посмотрел на пальцы и снова поморщился, увидев пару красных разводов.

Москва, особняк Наумовых, полночь

Пётр Сергеевич собирался отходить ко сну, когда зазвонил сотовый телефон, лежащий на тумбочке. Сидя на кровати он потянулся за ним, посмотрел на номер, нажал кнопку приёма.

— Да, Виталий, слушаю тебя.

— У нас ЧП, — раздался в трубке серьёзный голос главы службы безопасности. — Сегодня Кирилл с Алексеем в клубе Райзен гуляли вместе с девушками. Вы должны быть в курсе. Так вот, какие-то отморозки приставали к Марии Филипповой, Алексей вступился. Драки как таковой не случилось и обошлось без жертв, но через пару часов, когда Кирилл решил отвезти Наталью домой, на стоянке их ждала Пятая Тень.

— Кто? — Пётр Сергеевич сразу понял о ком идёт речь, но не поверил, что такой человек появился из-за какой-то драки в клубе. Сон сразу отступил. — Что с детьми?

— Пятая Тень, — всё тем же тоном повторил Виталий Конев. — С детьми всё в порядке. С ними был Матчин Кузьма. Кирилл с Натальей уехали и уже дома. Кузьма остался решать проблему. Как итог восемь убитых, шесть раненых. У входа в клуб толпа молодёжи стояла и многих довольно сильно посекло. Сейчас там полиция работает, они забрали тело Пятой Тени. Кузьму мы вывезли, он сейчас в нашей клинике. Ничего страшного, порезы, но сильное истощение.

— Ты сейчас где?

— В клинике. С охраной решу и поеду к клубу. Нужно записи с камер забрать. Полиция всё изъяла, но нам копию успели сделать.

— Хорошо. Держи меня в курсе.

— Если ничего особого не случится, доложу утром.

Пётр Сергеевич нажал кнопку отбоя, посмотрел задумчиво на телефон и вдавил иконку быстрого дозвона. Прошло не меньше десяти гудков, прежде чем в трубке появился голос Кирилла.

— Да отец? Я в душе был.

— Ты сейчас где? — строго спросил Пётр.

— Дома, — сказал Кирилл и, зная манеру отца, требовавшего как можно более полного и развёрнутого ответа, добавил. — У мамы, вместе с Ташей. Она, кстати, уже спит.

— Рассказывай, что произошло в клубе. По порядку. И не части.

В то же самое время, Наталья, о которой вспоминали взрослые, лежала под одеялом в своей комнате, глядя на экран планшета. В молодёжном мессенджере уже начали появляться видеоролики и даже прямые трансляции с площадки перед клубом. Несколько машин полиции, десяток карет скорой помощи и много, очень много крови. Девушка, которая вела трансляцию и умудрилась подобраться ближе всех к оцеплению, рассказывала, что видела убитых. Она говорила, что пролетело что-то большое и острое, отрубая руки и буквально разрубив какого-то парня на две половинки. А потом эта штука срезала часть двери в клуб и пробила крышу.

Проснулся. Открыв глаза, увидел незнакомый белый потолок с длинной лампой по центру. Потребовалось несколько секунд, чтобы вспомнить, что произошло накануне. Прислушался к себе. Силы постепенно восстанавливались, но накрыло чувство слабости, отчего не хотелось шевелиться. Подняв руку, коснулся щеки, заклеенной пластырем. Находился я в одноместной небольшой палате и проспал не меньше половины дня. Разбудил меня разговор из коридора. Чувствовалось присутствие незнакомого мастера, а вот голос, напротив, легко узнаваемый. Полежав пару минут, я нажал кнопку на пульте, поднимая спинку кровати. Негромко заработал моторчик. Дверь в палату сразу же открылась, показывая любопытное лицо Таши. Она улыбнулась, скользнув внутрь и тихо прикрыла за собой дверь. Продемонстрировала плетёную корзинку.

— Завтрак, — сказала она. — Точнее, обед. Я сама готовила, тебе понравится.

Я едва сдержал улыбку. Последний раз мне вот так готовили обед в старшей школе.

— Только при одном условии, что ты сама пробовала то, что приготовила, — сказал я.

— Конечно, пробовала, — не поняла она мой скепсис. — И мама пробовала. Похвалила.

Она передвинула стул поближе к кровати, поставила на него корзинку, заглянула внутрь.

— Ах он гад! Кирилл! Стащил бутерброды с сёмгой, самые вкусные! Я тебе колесо спущу!

— Чай есть? — спросил я, рассмеявшись, представив парня, жующего бутерброды, облокотившись на дорогую машину. Потребовалось немного усилий, чтобы опустить специальную стойку для обеда. Как-то неудобно она находилась слева от кровати, а правая рука у меня до сих пор была зажата в пластиковый фиксатор.

— Чай есть. С облепихой, — Таша вытащила из корзинки небольшой термос, ловко скрутила крышку, налив туда янтарного цвета напиток. — Сладкий. Сахар нужен для быстрейшего восстановления сил.

— У тебя только бутерброды? — я действительно чувствовал, что изрядно проголодался. Восстанавливая силу, тело буквально требовало калории, и чем больше, тем лучше.

Таша посмотрела на меня так, словно я её недооцениваю. Выложила на стойку два пластиковых контейнера.

— Пирог с мясом и томатный суп. Ложка, вилка, нож. Приятного аппетита. А, ещё салфетки.

Я недоверчиво посмотрел на густой красный суп. Надеюсь, не выйдет так же, как в старшей школе. После того случая к подобным подаркам я отношусь с большой осторожностью. Вооружившись ложкой, попробовал. Необычно, но на удивление вкусно. Чувствовалось присутствие сыра и чего-то пряного. Да и чай с облепихой был хорош. Таша же довольно улыбалась, видя мою реакцию.

Я успел съесть половину, когда в коридоре раздался ещё один знакомый голос и в палату вошла Таисия.

— Оставила, называется, на часик, — она упёрла руки в бока, посмотрела сурово.

— Привет, привет. А я тут супчик томатный кушаю.

— Кто эта… тётя? — спросила Таша немного недовольным голосом, под которым подразумевалось: «кто посмел нарушить мою идиллию?»

— Эта красавица и умница — моя супруга, подлил я немного лести.

— А кто эта милая девочка? — улыбнувшись, спросила Тася, проходя к койке с другой стороны, захватив по пути второй стул. — Принесла тебе куклу поиграть? О, пирог!