Чтение онлайн

Я его не знала, но он не мог быть братом Зака. Он совершенно не был похож на Зака, который был выше меня, но не намного. Этот парень был действительно высоким и мускулистым, как те мужчины, зарабатывающие на жизнь, таская тяжести.

Он был одет в кожаный жилет с нашивками поверх старой футболки и джинсы, на которых были темные пятна машинного масла или солидола, или чего-то еще. Полупустая упаковка пива болталась в руке. Его волосы были короткими и темными. Почти как у военных. В губе был пирсинг, еще два кольца в левом ухе и одно в правом, как у пирата. В брови тоже был пирсинг. Черты его лица были красивыми, но никто не назвал бы его привлекательным. На ногах были большие черные ботинки, а из кармана низко по бедру свисала цепь. Одна рука была полностью покрыта татуировками. На второй был череп со скрещенными за ним клинками.

Мужчина остановился в дверном проеме и оглядел нас, медленно качая головой.

— Я же сказал тебе, что сделаю, если вломишься в мою квартиру снова, — спокойно сказал он.

Зак дернулся, и его лицо побледнело. Все его тело — за одним лишь понятным исключением — застыло. Я почувствовала, что это исключение выскользнуло из меня вместе с какой-то жидкостью, и поняла, что мы даже не озадачились подстелить полотенце или что-нибудь другое.

Фу-у-у.

Но разве я могла предположить, что нам понадобится полотенце?

— Черт, — голос Зака сорвался на писк, — Ругер, я могу объяснить…

— Даже, бл*дь, не начинай, — сказал Ругер, проходя в комнату.

Он захлопнул за собой дверь и подошел к дивану. Я пыталась спрятать голову за грудью Зака, пристыжённая и сбитая с толку больше, чем когда-либо в жизни.

Цветы. Просить их было бы слишком?

— Боже милостивый, сколько ей? Двенадцать? — спросил Ругер, пнув диван.

Диван вздрогнул подо мной, а Зак сел, слезая с моего тела. Я взвизгнула и вскинула руки, стараясь прикрыться от взгляда его брата.

Черт. ЧЕРТ.

Потом все стало еще хуже.

Этот брат — Ругер, каким бы странным не было его имя — смотрел прямо на меня, когда перегнулся через мое тело, схватил смятое покрывало в ногах и кинул его мне на бедра.

Я простонала и, кажется, умерла внутри себя. Мои ноги все еще были широко разведены, а юбка высоко задрана на талии. Он видел все. Все. Это должен был быть самый романтичный вечер в моей жизни, а сейчас я хотела только пойти домой и расплакаться.

— Я иду в душ, а к тому времени, как закончу, вас здесь быть не должно, — смотря в лицо Зака, заявил Ругер. Мой парень вздрогнул. — И держись на хрен подальше от моей квартиры.

Сказав это, он пошел по коридору в ванную, и сильно хлопнул дверью. Секунды спустя я услышала, как включился душ. Зак подпрыгнул, бормоча:

— Мудак. Какой же он мудак.

— Это твой брат?

— Да. Он придурок.

Я села и расправила рубашку. Слава Богу, я не сняла ее. Зак любил трогать мою грудь, но, начав в этот раз, мы продвигались довольно быстро. Я попыталась встать на ноги, все еще завернутая в покрывало, и поправить юбку. Понятия не имею, куда делись мои трусики, но, окинув комнату быстрым взглядом, я их не нашла. Я проверила на диване, пошарила в подушках, ища их. Не нашла, зато угодила рукой в отвратительное влажное пятно, оставшееся после нас.

Я чувствовала себя такой шлюхой.

— Бл*дь! — завопил Зак сзади.

Моя голова взметнулась вверх — неужели все может быть еще хуже?

— Мать твою, я, бл*дь, не могу в это поверить!

— Что случилось?

— Презерватив порвался, — его глаза были широко открыты. — Чертов презерватив порвался. Это, наверное, худший вечер в моей жизни. Лучше бы тебе не залететь.

В легких будто похолодел воздух. Наверное, все еще может быть хуже.

Зак держал передо мной порванную резинку. А я уставилась на эту жуткую вещицу, до конца не веря в свое невезение.

— Ты что-нибудь сделал не так? — прошептала я.

Он пожал плечами, но не ответил.

— Скорее всего, все будет в порядке, — сказала я после другой длинной паузы. — Ну, у меня только закончились месячные. Нельзя забеременеть так быстро после месячных, так ведь?

— Ну да, наверное, — ответил он, краснея и отводя глаза. — Я не особо обращал внимание на эту ерунду на уроках. То есть, я всегда использовал презерватив. Всегда. И он никогда не рвался, никогда…

У меня перехватило дыхание, а на глаза навернулись горячие слезы.

— Ты сказал, что у тебя это было только раз, — тихо уточнила я.

Он вздрогнул.

— Я никогда не занимался этим с тем, кого любил, — ответил он, бросая порванную резинку и беря меня за руку.

Я попыталась отстраниться. Я чувствовала отвращение от того, что было у него на пальцах, но затем он крепко схватил меня и заключил в объятия. Я растаяла.

— Эй, все будет хорошо, — пробормотал он, потирая мою спину, пока я сопела в его футболку. — Все буде в порядке. Мы будем в порядке. И мне жаль, что я не был честен с тобой. Я боялся, что ты не будешь со мной встречаться, если узнаешь, каким глупым я был раньше. Мне все равно на других девчонок, и так будет всегда. Я всего лишь хочу быть с тобой.

— Ладно, — сказала я, взяв себя в руки.

Он не должен был лгать, но, по крайней мере, он в этом признался. Зрелые пары проходят через серьезные испытания все время, верно?

— Эм, наверное, нам нужно убираться отсюда. Твой брат выглядел довольно рассерженным. Я думала, он дал тебе ключ?

— У моей мачехи есть запасной ключ, — ответил он, пожимая плечами. — Я взял его. Его не должно было быть в городе. Захвати пиццу.

— Может, оставим немного твоему брату?

— Пошел он. И он — сын моей мачехи. Мы даже не родные.

Ла-а-адно.

Я отыскала туфли и надела их, взяла свою сумку и пиццу. Я по-прежнему не имела понятия, где мои трусики, но именно тогда я услышала, как затих душ.

Нам нужно было уходить.

Зак некоторое время пялился на дверь ванной, затем подмигнул мне и схватил полупустую упаковку пива.

— Пошли, — сказал он, беря меня за руку и подталкивая к двери.

— Ты украдешь у него пиво? — спросила я, чувствуя небольшое раздражение. — Серьезно?

— Пошел он, — Зак сузил глаза и посмотрел на меня. — Он — полный придурок, думает, что он лучше, чем кто-либо другой. Он и его тупой чертов мотоклуб. Все они — кретины и бандиты, и он тоже. Скорее всего, он украл это где-то раньше. А ведь он может купить гораздо больше в любое время, не то, что мы. Мы отнесем пиво к Кимбер. Ее родители в Мексике.