Шрифт:
Глава 1. Глаз дракона
Спустился вечер. С Запада Руанского леса набегали тучи. Такие густые, затягивающие всё вокруг, что через несколько минут в лесу стало темно, как ночью. Вдалеке слышались зловещие крики воронов. Раскаты грома проносились по лесу, заставляя зверей прятаться глубже в норы. Ветер, который несколько минут назад поигрывал опавшими листьями, достиг такой силы, что почти вырывал молодые деревья из земли. Тучи стали хозяевами неба. Не было ни единого просвета, через который можно разглядеть заходившее солнце. В лесу стало настолько темно, что было трудно рассмотреть даже дерево, растущее недалеко. Невольному наблюдателю могло показаться, что жизнь в лесу остановилась, но это было не так…
В кронах деревьев Руанского леса располагались жилища или хутреи, как их называли сами обитатели — лесные эльфы. Напряжённость и беспокойство природы проникло и сюда, сейчас ни один представитель древней расы не спал. В одном из крупнейших хутреев разгорелся спор между Файелом — искуснейшим и опытным снайпером, и его избранницей [1] — Бьют, провидицей эльфийского рода:
— Бьют, пойми, природа Руанского леса никогда не поддавалась хаосу! Что-то происходит, лес — в опасности, я чувствую это…
1
Избранник(ца) (у эльфов) — спутник(ца), выбранный(ая) для жизни.
— А мне казалось, что из нас двоих, я обладаю даром предвидения, — усмехнулась Бьют.
— Хватит! Ты прекрасно знаешь, что происходит. Уже два восхода подряд ты периодически уходишь в себя. Каждый раз, когда я пытаюсь расспросить тебя, узнать хоть что-то о том, что тебя мучает, ты ускользаешь от ответа!
В это время со второго этажа раздался детский плач. Похоже, что беспокойство родителей передалось и их ребёнку, который до этого тихо спал в колыбели, не обращая внимания на шум.
Бьют, не ответив Файелу, поспешила наверх. Тяжело вздохнув, он выглянул в окно. Недалеко блеснула молния, уйдя в землю. По крыше забарабанили капли дождя.
— Скорее бы всё это закончилось, — подумал он и опустился в небольшое кресло.
Обстановка хутрея не была скромной — положение семьи вполне позволяло. На стенах висело множество картин, большую часть которых составляли портреты. Одну из стен украшала коллекция оружия: клинки, находящиеся в превосходной форме, луки, а также множество самых разнообразных колчанов со стрелами. Хозяин ухаживал за коллекцией и разбирался во всех видах оружия. В центре стоял большой деревянный стол, вокруг которого располагались резные кресла — эту комнату обычно использовали для приёма гостей.
Плач наверху затих, и уже через несколько минут Бьют спускалась по лестнице:
— Он уснул. Похоже, его нисколько не беспокоит шум за окном, в отличие от отца, — она слегка улыбнулась.
— Бьют! Ты снова ускользаешь от ответа. Что тебя так беспокоит? Что происходит с природой?
— Да нет… Ничего особенного…
— Ничего особенного? — Файел вскочил с кресла. — Послушай, странное поведение природы наверняка волнует не только меня. Завтра к тебе придут жители леса и потребуют объяснений…
По выражению лица Бьют было понятно, что внутри неё происходит борьба, она тщательно раздумывала — следует ли ей сейчас всё рассказать. Вдруг неожиданно резко даже для самой себя, она ответила:
— Завтра для жителей Руанского леса может не наступить.
— Что? — снайпера охватило смятение, но он быстро взял себя в руки. — Что ты говоришь?
— Хорошо, я объясню тебе. Пожалуй, это нужно было сделать раньше. Сегодня в полночь лес атакуют, — в хутрее повисло напряженное молчание, как будто каждый ждал слова от своего избранника.
— Кто атакует? — наконец прервал тишину Файел. — Почему ты раньше этого не говорила? До полночи осталось 2–3 часа. О, благородный Симорг…
— Файел, сядь и выслушай меня, — властно сказала Бьют. — Два восхода назад, ночью мне приснился сон, а, как ты знаешь, мои вещие сны никогда ещё меня не подводили. В этом сне все Руанские эльфы двигались по равнине, — её голос дрогнул. — Я несла нашего сына на руках. Поначалу сон не предвещал ничего плохого. Но ты что-то увидел вдали и приказал всем остановиться. Через секунду нас ослепила яркая вспышка. Я проснулась в холодном поту, ощущая пустоту внутри, которая прошла только к утру.
Бьют замолчала, по всей видимости ожидая ответа Файела. Но он не произнёс ни слова. Тогда она продолжила:
— Я весь день думала об этом сне, а на следующую ночь меня вновь посетило сновидение. Мне снилось, что Руанский лес охвачен огнём, гремит гром, сверкают молнии, хутреи разграблены, а возле одного из них я увидела труп индула, убитого разрядом молнии. В лесу не было ни единой живой души, ни единого эльфа.
— И что? — прервал её Файел. — Я не понимаю, почему ты не рассказала об этом мне раньше, если считаешь, что это так важно?
Бьют подошла к нему. Крепко обняв, она заговорила тихим и спокойным голосом:
— Файел, любимый, ты должен меня понять. Я долго думала, что означают эти сны, — она замолчала. Он не стал ничего говорить, а просто ждал. Бьют продолжила. — Обдумав всё, я поняла: жители Руанского леса покинули уютные хутреи. Так как знали о нападении и знали — смерть неминуема. Многие хотели сражаться, но разум подсказывал им, что нужно спасать семьи. Они отправились в путь, но куда? Они ещё не знали. Лишь бы подальше от опасности, подальше от своей Родины. А потом… Потом они увидели яркую вспышку… И всё закончилось, — Бьют замолчала.
Файел размышлял вслух над её словами:
— Но… Неужели после вспышки все погибли? Как мог свет, пусть даже очень яркий, убить несколько сотен эльфов? — с недоумением спросил он.
— Я не знаю, не знаю! — перешла на плач Бьют. — Ты не понимаешь, как это тяжело — видеть и чувствовать смерть родных и близких.
Бьют рыдала, уткнувшись в плечо избранника:
— Успокойся, я всё понимаю. Понимаю, как это тяжело, и что ты пережила, но объясни мне: почему, почему ты не рассказала мне об этом сразу?