Чтение онлайн

— Знаю, знаю, — сказала Сюзанна, подаваясь вперед. — Но вы считаете, что сейчас в мире все должно быть иначе. — Она замолчала и пристально посмотрела ему в глаза. — По сути, я считаю, что вы больше оскорблены тем, что кто-то осмелился нарушить ваши стандарты, а не тем, что погибли отдельные личности.

Вэнс тоже посмотрел ей в глаза — его взгляд был тяжел.

— Это не так, — сказал он. — Она затронула личную тему, и это его разозлило. Внутри у Вэнса все кипело, но он не подал вида. — На самом деле это не имеет значения, — сказал он. — Я все равно буду продолжать.

— Думаю, вы не понимаете, что может случиться, — прервала его Сюзанна. — Почему вы считаете, что сможете сделать то, чего не сможет полиция?

— Не знаю, черт возьми, — признал Вэнс. — Вы правы, я не коп. Я…

— Вы тщеславный человек, — снова прервала его собеседница. — Какое огромноедолжно быть эго, чтобы верить, будто у вас есть шанс выжить в подобной переделке, уж не говоря о том, чтобы добиться своего.

— Вы говорите так, словно пытаетесь меня переубедить.

— Я считаю, что вы должны предоставить дело тем, кто в этом разбирается. Похоже, вы не подумали, что может с вами произойти в обратном случае.

— Без толку выдумывать, что может произойти в какой-либо ситуации, — сказал Вэнс. — Если бы вы представили, что может случиться с вами на шоссе, вы никогда бы не сели в машину. Если как следует вообразить, что может произойти в жизни, единственным разумным решением было бы прострелить себе голову.

Она сочувственно покачала головой. Маловероятно, но он умен и талантлив. У этого человека может получиться то, что не удастся профессионалу, — хотя бы потому, что он не знает, куда лезть нельзя.

Катер снизил обороты. Они приближались к пирсу Белладжио, дело шло к обеду, и черепичные крыши старинных зданий горели на солнце ярко-розовым светом. Над деревней возвышалась башня церкви с синевато-зеленым медным полукруглым куполом, похожим на ермолку. Капитан дал задний ход и аккуратно поставил катер кормой к пирсу. Справа, в уличном кафе под навесом, оплетенным бугенвиллией, официанты собирали со столиков пустую посуду. На другом конце причала три священника привязывали свою двадцатипятифутовую лодку, накренив ее так, чтобы подвесной мотор вышел из воды.

Когда Сюзанна и Вэнс сошли с катера, был уже почти полдень, и они оказались в толпе туристов; рядом роились детишки.

Белладжио когда-то был престижным курортом, излюбленным местом отдыха богатых англичан. Но ему не была дарована красивая старость, и теперь он напоминал обрюзгшую, безвкусно одетую матрону. Отличные ristorantesстали мрачными забегаловками. Причудливые улицы, некогда блестевшие алмазами и драгоценными камнями, теперь были уставлены ларьками с дешевыми безделушками. Изысканность сохранилась лишь в богатых частных поместьях. Белладжио стал «ловушкой для туристов» и удобным торговым складом для людей, которые жили или отдыхали на своих виллах.

Вэнс взял Сюзанну за локоть, и они, свернув от рядов уличных торговцев итальянской бижутерией и сувенирами, сделанными в Китае, направились к узкой крутой лестнице на вершину холма. Лестница, изгибаясь, проходила по старой части Белладжио, мимо маленьких магазинов и ресторанов, а также мимо ворот частных резиденций, на нижних этажах которых располагались конторы.

Они поднимались выше, и гомон туристского роя угасал. Вэнс начал рассказывать Сюзанне о том, как был куплен Кодекс Каицци.

— Бернард Саутворт — поверенный семьи Каицци, — объяснял он. — Все переговоры по продаже Кодекса проходили через него. Граф Каицци появился только во время передачи Кодекса — это произошло в библиотеке замка Каицци, на самой вершине холма, за городом.

— Тот огромный белый палаццо, который мы видели по пути?

— Да. Оттуда открывается вид на все три части озера. Выглядит восхитительно. Просто невероятно.

— Не похоже, что Саутворт — итальянская фамилия, — заметила Сюзанна.

Вдруг появился рассыльный, груженный коробами с оплетенными бутылями «кьянти», укрытыми сеном, — он медленно спускался по лестнице. Чтобы дать ему пройти, Сюзанна с Вэнсом зашли в крохотную мастерскую, где, по всей видимости, чинили электрические приборы. Там Вэнс краем глаза заметил двух священников, объяснявших, насколько важно починить их устройство побыстрее, в тот же день. Казалось, что хозяин лавки в ужасе.

Доставщик «кьянти» быстро обошел их, и Вэнс с Сюзанной двинулись дальше. Журналистка мягко спросила:

— Слышали, как говорил этот бедняга? Он был ужасно перепуган.

— Иногда верующие ведут себя так при священниках.

— Нет, — покачала головой женщина, — ему было по-настоящему страшно. Это не просто уважение или что-то еще.

— Наверное, они из монастыря, — сказал Вэнс. — Он тут неподалеку. Люди верят, что они поедают младенцев или еще что. Кажется, это пережиток инквизиции. Не стоит об этом думать.

Они дошли до маленькой аккуратной двери с начищенной до блеска гравированной медной табличкой: «Бернард Саутворт II, эсквайр».

— Ах да, — сказал Эриксон, вспомнив предыдущий вопрос Сюзанны. — Саутворт — англичанин, приехал сюда очень давно, полюбил Белладжио и остался. — Вэнс протянул руку к блестящему медному молотку и резко постучал четыре раза. Дверь темного красного дерева распахнулась, и перед ними появилась пышная женщина, судя по униформе — домработница.

— Синьора Саутворта, per favore, — попросил Вэнс.

— Momento. — Женщина закрыла дверь и через минуту вернулась. — В данный момент синьор Саутворт крайне занят. Вы можете прийти завтра?