Чтение онлайн

– Не думаю… Кошкой она вполне согласна называться… Всё в ней кошачье: и повадки, и фамилия…

– Кошкина что ли?

– Верно, – Кошкина… И имя у неё кошачье, и отчество… Так ведь, Екатерина Васильевна?

Катя, бесшумно проскользнув мимо Алексея, мимоходом ухватила со стола банан и оказалась на чёрном кожаном стуле около компьютера. Отвечать она явно не собиралась.

– Имя-то почему «кошачье»? – не понял Борис.

– Потому, что «Катёнок», – пояснил Алексей. – Кстати, я как-то по глупости своей решил Тимке память восстанавливать, как Чак Норрис в сериале про рэйнджеров… Зря я это сделал…

– Поединок что ли с ним устроил?

– Ну да… на свою голову… Не знал – куда деваться от него… А вот Катя – с этой задачей справилась великолепно, как, впрочем, справляется со всем, за что берётся. Кстати, заметил, как мастерски она банан вскрыла? Ну, прямо, как будто воспитывалась на той же ветке, на которой эти бананы росли.

Катя как раз доела банан и, по достоинству оценив шутку Алексея, запустила в него кожурой.

Поймав и выкинув кожуру, Алексей продолжил рассказ:

– Она помогла Тимофею вспомнить его тренерскую работу; даже смогла развеселить его своей боевой стойкой – как у кота из мультфильма про Шрэка; хотя, в основном – использовала Тимоху в качестве «живой макивары»: довольно долго его колотила… Не представляю себе, как он это выдержал… Удары у Кати достаточно хорошо поставлены; а кисти и стопы у неё маленькие, прямо как у потомственной аристократки. Сильные удары малой площадью довольно болезненны.

Катя тем временем уже обложилась учебниками и тетрадями, включила компьютер и, перехватив взгляд Алексея, указала ему на чайник. Алексей кивнул в ответ, а потом спросил:

– Может, ещё что-нибудь кроме чая?.. Есть вино и сок.

– Что отмечаем?

– Да вот… Борис уезжал надолго, а теперь вернулся.

– Ладно, наливай; только мне надо бы ещё и учёбой немного заняться… А музыку какую-нибудь включить? – Катя собралась-было найти музыку в компьютере.

– Да ну её… Не надо… К тому же, гитара имеется.

Борис тут же снял гитару со стены и начал перебирать струны. Узнав мелодию, Катя сначала закачалась в такт, а затем пропела:

– Вы есть-то собираетесь? – перебил Алексей. – Кстати, и чайник уже вскипел.

Катя подставила чашку и вновь повернулась к компьютеру.

– А мне, пожалуйста, ещё вон оттуда, – Борис указал на бутылку.

Налив чай и вино, а потом выпив вместе с Борисом, Алексей достал откуда-то статуэтку кошки и жестом предложил Борису сравнить её с Катей. Борис слегка улыбнулся и кивнул.

– Похожи, похожи, – прокомментировала Катя, не поворачиваясь.

– Ты же не оглядывалась! – удивился Алексей.

– Да, но я знаю, где стоит статуэтка.

– Внимательная: всё видит, всё помнит… Эту статуэтку она мне и принесла… В компьютере – тоже полно кошек и в телефоне… да, и Багира ещё.

– Из «Маугли»?

– Нет, из «Морских дьяволов».

– Волч, хватит о кошках, – попросила Катя, – не отвлекай меня… Сосредоточиться не могу.

Алексей убрал статуэтку, налил ещё вина и, когда Борис потянулся за рюмкой, стащил у него гитару со словами:

– Ну вот, прозевал, – буду теперь тебе «нервы выматывать».

Алексей отпил из рюмки и попытался что-то сыграть, однако вскоре остановился и задумался, потом взглянул на Бориса и уже уверенно заиграл вновь и запел:

– Всю песню исковеркал, – прокомментировал Борис. – У Вячеслава Бобкова она совсем по-другому звучит.

– Под себя не могу не переделать; хотя, Вячеслав Бобков для меня, пожалуй, – на втором месте после Высоцкого.

– Для меня – тоже… Спасибо, Лёха… Песня-то – со смыслом.

Алексей поставил гитару и, долив в рюмки вина, сказал:

– Ну, за свободу, за свободу в самом правильном понимании этого слова.

Катя резко повернулась и подставила свою рюмку.

– Тоже свободолюбивая, как и большинство кошек; не может такой тост пропустить.

– Что ты к ней всё цепляешься?.. Как она тебя терпит?

– Сам удивляюсь… Вообще-то, сердится иногда. Как-то сообщение ей послал на телефон: «Кис-кис-кис!» Она пришла на зов, но с порога на меня с кулаками накинулась; да и потом ещё долго шипела и в прямом, и в переносном смысле.

– Вот я тебе завтра на тренировке-то припомню, припомню, – проговорила неспеша Катя, отыскивая одновременно что-то на мониторе.

– А мы, я так понял, в клуб ведь завтра? – Алексей вопросительно посмотрел на Бориса.

– Да хотелось бы.

– В «Кимэ»?.. Фу! – фыркнула Катя. – Не нравится мне там. Вы как хотите, а я – к Тимохе; у него реально с пользой можно позаниматься.

– У неё там, просто, три подруги есть, – сообщил Алексей, махнув рукой в сторону Кати.

– Ладно, ладно, – Катя едва заметно улыбнулась, выключила компьютер и начала собирать свои вещи. – Ухожу я от вас.

Проводив к выходу Катю, Алексей вернулся, достал с полки несколько фотографий и протянул их Борису.

– Узнаёшь?.. В «травме» лежат.

– Те ублюдки с вокзала?

– Они, – подтвердил Алексей. – Снял тайком на телефон, когда со студентами в стационар ходил… Возьми-ка себе эти снимки на всякий случай.

– Да, да… Однако, ими ведь кто-то руководит.

– А кто у нас городом командует?

– Злобин Леонид Олегович… Кто же этого не знает?.. При чём тут он?

– Брось!.. Мэр Новошураленска – «марионетка». Его хоть в народе и называют: «господин Зло», но самое большое зло исходит не от него…

– Помню я, как его проклинали, когда он, едва «избравшись», укатил в Германию на лечение за казённый счёт…