Чтение онлайн

— Нихрена себе! — восклицает друг, — ты точно привезла меня по нужному адресу?

— О, ты ещё не видел покладистого Картера, — смеюсь я, вышагивая в дому.

— Да, это будет полный трэш, — подхватывает мой смех Эван, а я нажимаю кнопку дверного звонка, который эхом разносит внутри знак того, что пожаловали гости.

Слышу топот ног и не одних, понимая, что сейчас нас могут снести с ног. Мэйс и Мэди до странности коммуникативные. К новым людям они относятся радостно и открыто, принимая любого с распростёртыми объятиями. Дверь распахивается, и на пороге, как и ожидалось, появляется Лизи, следом в её ноги врезает Мэйс, заключая одну в кольцо своих рук, за ними вышагивает Джаред, на плече которого, свисая, хохочет Мэди.

— Да ладно! — ошарашено восклицает Лизи, — Тайкер!

— Его брат близнец, — улыбается Эван, раскидывая руки в стороны, которые тут же принимает подруга.

— У тебя сдвиг по фазе, — хихикает она, — у тебя сестра близнец.

Оставляя Лизи в своих объятиях, Эван протягивает ладонь Джареду, который тоже улыбается, принимая его рукопожатие.

— Охренеть, сразу двое, — смеётся Эван, рассматривая потомство Джареда и Лизи, — Картер, ты знатно попотел.

Лизи толкает его локтем под дых, бурча что-то напоминающее: «Заткнись, тут же дети», на что Джаред закатывает глаза. Мэди и Мэйс слышали слова похуже, и самое смешное, что узнали их не от Джареда, и сейчас парочка глаз с интересом рассматривают нового гостя в их доме. Уверена, они мысленно могут что-то затевать, если обладают подобной телепатический связью между друг другом.

— Ты каким боком тут? — обращается Джаред, запуская нас в дом и попутно взъерошивая мои волосы на макушке, из-за чего я пихаю его и фыркаю, пытаясь успокоить магнит на своей голове.

— Дела образовались, — кивает Эван.

На заднем дворе, подруга уже успела образовать небольшую поляну в виде ужина, который очень кстати, ведь всё, что я съела в кафе — провалилось в чёрную дыру, словно вовсе прошло мимо моего желудка. Салат сразу отправляется на тарелку передо мной, как только занимаю место за столом. И я не пытаюсь вникнуть в разговор между друзьями, потому что в голове раздаётся хруст огурцов. Я не сразу понимаю, что обращаются ко мне. Три пары глаз смотрят на меня, и в этот раз приходится перестать жевать.

— Что?

— Ты завтра работаешь? — выгибает бровь Джаред.

— Ну, конечно, — киваю я, — а что?

— Ничего.

— Картер, что за загадки? — бурчу я, — на этот раз я не поведусь на ваше садись в машину, даже не думайте.

Джаред усмехается, а Лизи тихо хихикает, накручивая шоколадные локоны Мэди на палец. Перевожу внимание и вижу, как любопытно и оценивающе скользит взгляд Мэйса по Эвану, который с ответным вызовом рассматривает человечка, на коленях Джареда. Одному Богу известно, что эта парочка зачинщиков может устроить.

— Прекратите так пялиться на меня, как будто я должна что-то сказать, — выдыхаю я, — что не так?

— Ничего, — улыбается Джаред, из-за чего я выгибаю бровь. Том ведь не пересказал наш диалог? Или я что-то не знаю?

— Ты ведёшь себя ещё странней, чем прежде, Картер.

— Я такой загадочный, — смеётся он, а я закатываю глаза, переводя взгляд на Лизи.

— До сих пор не понимаю, почему он, Майерс.

— Картер, — смеётся подруга, а я снова закатываю глаза и сморщиваю нос.

— Картер.

Как бы Эван не пытался убавить тон голоса, до меня всё равно доносится его вопрос к Джареду, где Том и как он. Сердце вновь обливается кровью, и тот диалог начинает, как по звонку, прокручиваться в голове. Кажется, что я не создаю и шороха, чтобы не упустить ничего того, что может ответить Джаред. Я — мазохистка, я почти в этом уверена. Джаред говорит о бейсболе, в который Том вновь вернулся, о работе, с которой ушёл, он говорит буквально обо всём, кроме его личной жизни, и это лишь выводит меня из себя. Не знаю, зачем хочу услышать хоть что-то, но я ведь идиотка. Я и сама не понимаю, как вновь ухожу в себя, а локоть сотрясает чья-то рука, по которой скользит мой взгляд.

— Ау, — улыбается Эван.

— Ау, — выдавливаю ответную улыбку я.

— Походу, дело действительно дерьмо.

— В плане?

— Где счастливая Алекс?

— Я и так счастливая, посмотри на меня. У меня есть работа, которая мне нравится, есть друзья, которых я люблю.

— Да, это почти всё, что нужно, — иронично парирует Джаред.

— Это и есть всё, что нужно для счастья. Моё счастье, как и любого человека, не должно зависеть от кого-то другого.

Мэди и Мэйс, хмурясь, сползают с ног родителей и бегут к качелям, понимая, что ничего веселого дальше не последует. Что ж, я бы и сама с удовольствием побежала с ними. И не откладываю это затею, поднимаясь с кресла.

— Куда собралась? — усмехается Джаред.

— Задницу отсидела, — ёрничаю я.

— Сделаем вид, что ты не сбегаешь от разговора.

— Я не сбегаю, дайте мне побыть в вертикальном положении, я сидела на кресле весь день, — вру я, ища поддержку в глазах Лизи, которая тоже смотрит на меня с презрением. Она тоже объединилась с ними.

— Алекс, я не знаю, что произошло, но хреново каждый раз бежать. Ничего хорошо, — выдыхает Эван.

— Когда вы успели сменить тему и вновь начать промывать мне мозги?

— Кажется, только что, — смеётся он, — мы же твои друзья, кто ещё будет с тобой?

— В том то и дело, я хочу побыть одна, но все думают, что мне вдруг нужна поддержка, как будто я инвалид. Я жива, счастлива и здорова, я серьёзно. Давайте прекратим сводить нас, как каких-то животных для продолжения рода, чтобы они не искоренились с лица земли.

За столом повисает тишина, лишь шум машин и лепетания Мэди и Мэйса на качелях нарушают её покой. Три пары глаз смотрят на меня, и одни тёмно карие, принадлежащие Джареду, через минуту, устремляются в сторону.

— Ты будешь чувствовать себя живой до тех пор, пока будешь чувствовать боль, — говорит он, из-за чего каждый вскидывает брови, но на губах Лизи играет тень улыбки.

В непонимании таращусь на Джареда, а он на жену. В последнее время меня жутко раздражает подобная резкая смена настроений и разговоров.

— Я устала, что все обсуждают мою жизнь и как мне поступить правильно. Простите, но это действительно так.

— Может, потому что все хотят, чтобы ты была счастлива? — продолжает он, пока Лизи и Эван молча следят за диалогом.