Чтение онлайн

Пилу приблизился к Дафне и прошептал:

– У нас проблемы!

Тон его голоса намекал, что проблемы проистекают не от него, совершенно точно не от него, что лично он против любых проблем, особенно тех, которые случаются в непосредственной близости от Пилу. После случая с песней про Мигай он немного побаивался Дафну. Она явно была могущественной колдуньей.

– Какие проблемы? – спросила она, озираясь.

Ответ ей не понадобился – она заметила Атабу, стоявшего рядом с весьма свирепым выражением на лице. Как сказал бы Куки, тут явно только что прозвучали кое-какие слова.

Лицо жреца напоминало отбитый зад (снова Куки), он бросил на Дафну сердитый взгляд, а потом фыркнул и отвернулся к морю.

В этот момент море вспучилось, и из воды на белый песок вышел Мило. На плече он нёс божий якорь.

– Что здесь происходит? – требовательно спросила Дафна.

Никто не ответил. Все смотрели на Мило.

– Я же предупреждал! Я запретил вам вытаскивать его на берег! – закричал Атаба. – Я жрец Воды!

Мило наградил Атабу долгим тяжёлым взглядом и продолжил свой путь. Мускулы перекатывались под его кожей, словно кокосовые орехи. Дафна услышала, как под его шагами хрустят ракушки. Мило подошел к другим божьим якорям и со стоном опустил свою ношу на землю. Белый куб зарылся в песок.

На берегу лежали уже четыре якоря. "Это же неправильно, да? – гадала Дафна. – Их было три, и один потерялся. Откуда же взялись ещё два?"

Большой человек потянулся и с хрустом суставов расправил спину. Потом повернулся к людям и медленно, внушительно, взвешивая каждое слово, сказал:

– Если кто-нибудь тронет эти камни, будет иметь дело со мной.

– Тот, что ты принёс, изготовлен демоном! – выкрикнул Атаба.

Он посмотрел на толпу в поисках поддержки, но не встретил одобрения. По мнению Дафны, люди не хотели принимать чью-то сторону в этом споре. Им просто не нравились крики. Всё и без того было достаточно плохо.

– Демон, - прогрохотал Мило. – Вижу, тебе по душе это слово. "Демоном" ты называл Мау. Но он спас тебя от акулы, так? И ты сам сказал, что камни сделали люди. Ты так сказал! Я слышал!

– Не все камни! Только некоторые! – попятившись, заспорил Атаба. – Только некоторые!

– Ты не сказал "некоторые"! – быстро возразил Мило. – Он не говорил "некоторые" – повторил Мило для толпы. – Он говорил, спасая свою душу, и ни разу не произнёс слова "некоторые"! У меня отличный слух и никаких "некоторых" я не слышал!

– Да какая разница, что он сказал! – вмешалась Дафна. Она повернулась к какой-то женщине. – Принеси кусок ткани для Мау! Он холоден, словно лёд!

– Мау спас Атабу от акулы, - подтвердил Пилу.

– Ложь! Никакой опасности не… - начал жрец, но замолк, услышав рычание Мило.

– О, если бы вы видели! – быстро сказал Пилу, с широко распахнутыми глазами и распростёртыми руками повернувшись к толпе. – Это была самая огромная акула из всех, что я встречал! Длиной с целый дом! У неё были зубы, огромные, словно, словно… словно огромные зубы! Когда она бросилась на нас, то подняла волны, которые чуть не потопили каноэ!

Дафна моргнула и краем глаза посмотрела на толпу. Глаза людей были широко распахнуты, как у Пилу. У всех от изумления отвисли челюсти.

– А Мау просто ждал, - продолжал Пилу.- Он не повернулся и не поплыл прочь! Он смотрел акуле прямо в глаза и ничуть не боялся! Он даже помахал акуле, акуле с зубами словно мачете, акуле с зубами словно иглы, просто помахал ей, чтобы привлечь её к себе! Он звал её к себе! Да, так и было! Я был в воде и всё видел! Он ждал её! А акула плыла всё быстрее! Неслась, словно копьё! Всё быстрее и быстрее!

Кто-то из слушателей начал тихо подвывать от ужаса.

– А потом я увидел чудо! – продолжал Пилу, его глаза сияли. – Самое чудесное чудо из чудес! Никогда мне не увидеть больше такого, доживи я хоть до ста лет! Когда акула бросилась на него, когда акула с огромными зубами подплыла к нему, когда акула величиной с дом пронзила воду, словно острый нож, Мау… он описался!

Во внезапно наступившей абсолютной тишине стало слышно, как маленькие волны с тихим шорохом лижут песок.

Женщина, которая принесла из дома кусок ткани, чуть не споткнулась о Дафну, потому что не могла отвести глаз от Пилу.

"О, спасибо тебе, Пилу, - горько подумала Дафна, когда магия рассказа внезапно исчезла. – Ты ведь так чудесно выступил, ты держал их сердца в своей руке, и вот ты всё испортил…"

– И в этот момент я увидел, - прошептал Пилу, понизив голос и обводя взглядом толпу, чтобы заглянуть в глаза каждому. – В этот момент я узнал. В этот самый момент я понял. Он никакой не демон! Он не бог и не герой. Нет. Он лишь человек! Напуганный человек! Такой же, как вы и я! Но кто из нас, несмотря на страх, смог бы спокойно поджидать ужасную акулу с огромными зубами? Он смог! Я видел! И когда акула была уже совсем близко, он презрительно прикрикнул на неё! Он крикнул так: Да! На! Ха! Па!

– Да! На! Ха! Па! – словно во сне повторили за ним несколько человек.

– И акула повернулась и бежала от него. Акула испугалась его. Акула уплыла, и мы были спасены. Я был там, и я всё видел.

Дафна осознала, что её ладони вспотели от страха. Она ощутила, как мимо пронеслась серая тень. Заглянула в её ужасные глаза. Могла бы нарисовать огромные зубы. Она словно была там. Словно сама видела. Голос Пилу показал ей эту картину.

Она вспомнила мистера Гриффита из Нонконформистской церкви. Его однажды пригласили прочесть проповедь в их приходе. Он так кричал, что заплевал всю кафедру, но священник был настолько переполнен Господом, что его энтузиазм распространился повсюду.

Он проповедовал так, словно сжимал в руках пламенеющий меч. С крыши начали падать летучие мыши. Орган зазвучал сам по себе. В церковном фонтанчике заплескалась вода. В общем, совсем не похоже на проповеди преподобного Флеблоу-Поундапа, который торопливо бормотал слова проповеди, поглядывая на прислоненный к кафедре сачок и морилку для насекомых.