Чтение онлайн

1.Введение в обиход охотничьего племени керамики, сухопутных и водных транспортных средств. – Последствия отсутствуют или не являются значимыми.

2.Переход племени к «отсроченному потреблению», создание долговременных запасов продовольствия. – Последствия отсутствуют или не являются значимыми.

3.Использование метеоритного железа для изготовления оружия и орудий труда. – Последствия отсутствуют или не являются значимыми.

4.Военный разгром и подчинение своей власти пришлых племен охотников на крупную дичь, заимствование у них навыков примитивного коневодства. – Последствия отсутствуют или не являются значимыми.

5.Создание укрепленного поселения городского типа. – Последствия отсутствуют или не являются значимыми.

– Что-то я перестал вас понимать, – прервал чтение Куратор. – О ком идет речь?! Вы же сказали, что этот Васильев – представитель интеллектуальной элиты слаборазвитой страны отсталого мира. Он выжил, потому что привычен к нищете, к дикому образу жизни. Конечно, он может освоить керамику, соорудить погреб для мяса, построить лодку и сани. Он может даже наделать ножей из метеоритного железа – ученые примитивных миров довольно универсальны и не чужды практической деятельности. И вдруг: атака на храмовый комплекс, военный разгром каких-то племен, подчинение кого-то своей власти, создание укрепленного поселения! Вы уверены, что действует один и тот же человек?

– Абсолютно. Дело в том, что из интеллектуалов примитивных миров иногда получаются замечательные диктаторы и тираны. Я бы предложил вам ознакомиться с содержанием двух информационных блоков. Первый – событие, которое произошло через несколько месяцев после того, как Васильев оказался в этом мире. Поселок кроманьонцев был атакован отрядом «охотников за головами». Семен присоединился к защитникам. Действовал он довольно эффективно, но в итоге оказался не в состоянии даже добить побежденного противника. Особых комментариев тут не требуется, и вы можете просмотреть информацию в ускоренном времени.

– Что ж, – пожал плечами Куратор пять минут спустя, – нормальная реакция обычного человека. Даже безобиднейший грызун может стать опасным, если его загнать в угол.

– Тогда перейдем ко второму блоку. Это – эпизод из жизни нашего героя семь лет спустя. По мере развития событий мне придется давать пояснения.

…Пологая заснеженная долина. В самом низком месте, где, вероятно, протекает ручей, темнеет несколько куполообразных жилищ. Сквозь дыры в центрах крыш тянутся вверх дымки. Легкий мороз и почти полный штиль. Снег не искрится – небо затянуто высокой ровной облачностью. Вдали на склоне роют копытами снег лохматые низкорослые лошади – голов двадцать. Их охраняют подросток и две собаки. Этот мирный пейзаж является как бы декорацией к действию напряженному и драматичному.

В сотне метров от крайних жилищ выстроились в шеренгу два десятка мужчин. На них меховые штаны и рубахи. За спинами прикреплены длинные сумки, из которых торчат пучки дротиков с кремневыми наконечниками, на левом боку на ременных перевязях висят палицы. Воины прикрываются тяжелыми прямоугольными щитами, в правой руке у каждого метательный крюк – копъеметалка. Выдергивать из-за спин дротики и вкладывать их в металки они умудряются одной рукой. Им противостоит другая шеренга воинов, сходно одетых и вооруженных, только их в полтора раза больше, да еще человек пять сидят на лошадях в тылу и участия в боевых действиях не принимают. Воины в шеренгах стоят, опустившись на колено и полностью прикрывшись щитами. По короткой хриплой команде предводителя они поднимаются, недружно мечут дротики, делают два-три шага вперед и вновь опускаются на колено, загородившись щитами от ответного залпа. Потерь ни с одной стороны пока нет, но расстояние между противниками сокращается. Утыканные дротиками щиты становятся все более тяжелыми.

Куратор брезгливо поморщился и остановил запись:

– Ну, и что это значит? Что может быть интересного в обычной туземной драке? Интересующий нас субъект в ней не участвует.

– Это внутренний конфликт в общности, признавшей верховную власть Семена Васильева, – пояснил советник. – Люди некоего Ксе пытаются отделиться от клана имазров, поскольку недовольны его руководителем по имени Ващуг.

– М-м-м?..

– Колдуна Ващуга несколько лет назад сделал главой имазров наш герой – Семен Николаевич Васильев.

– Кидаясь своими палками, они, по-моему, просто глупостями занимаются!

– У данного народа сражения всегда происходят по одной схеме. Они мечут дротики и сближаются. Чужими, заметьте, не пользуются! Боезапас у всех одинаков, и, когда он кончится, оставшиеся в живых бросят щиты и пойдут врукопашную – их палицы для этого и предназначены. В данном случае ситуация уже близка к развязке, но я бы рекомендовал вам вернуться чуть назад и взглянуть на общий план.

– Хорошо.

…Холмистая заснеженная степь. Кое-где чернеют скальные выходы у оснований склонов или на вершинах холмов, темнеют пятна стад животных, пытающихся извлечь траву из-под снега. Пересекая наискосок долины и водоразделы, к месту сражения довольно быстро приближается вереница собачьих упряжек. Раз, два, три… Одиннадцать штук! Собаки запряжены попарно друг за другом, на каждой нарте, кроме погонщика, два пассажира. Груза очень мало – только оружие. Двигаются они, вероятно, с максимально возможной скоростью. Собачий лай мешается с криками каюров: «Пай-пай! Пай-о-пай!» На подъемах пассажиры спрыгивают с нарт и бегут рядом. Передовую нарту тащат не собаки, а другие животные – они значительно крупнее, светло-серой масти, у них прямые хвосты, никаких звуков на ходу они не издают. На этой нарте лишь один пассажир, он же и погонщик. Правда, он не кричит на животных и, кажется, вообще не управляет движением, а лишь подрабатывает ногами, не давая транспортному средству перевернуться на ухабах.

– Размер анахронизма? – остановил запись Куратор. – Сколько?

– При нормальном развитии событий до появления здесь собачьих упряжек должно пройти, как минимум, 5-7 тысяч местных лет. Однако собака туземцами одомашнена давно, так что приборы не воспринимают данное явление как аномалию творческой активности.

– А эти?

– Это вообще не собаки, а степная разновидность волков. Они не являются ни домашними, ни ручными.

– ???

– Ну, они как бы друзья, что ли… Или союзники. Честно говоря, в их отношениях с Семеном Васильевым я так и не разобрался.

– Достаточно и того, что они существуют! Он способен на такое?!

– Субъект и не на такое способен, – заверил Пум-Вамин. – Смотрите дальше.

…Передовая упряжка оказывается на перегибе склона, с которого открывается вид на поле сражения. Не останавливая движения, предводитель оборачивается, что-то кричит и машет руками. Расстояние между шеренгами бойцов внизу составляет уже не больше десятка метров. Последний «залп» дротиков перед рукопашной. Те, кто отвлекся, увидев упряжки, падают на снег, пачкая его кровью.