Чтение онлайн

Наполеон заявил о своем согласии с условиями Парижского мирного договора 1814 года и своей приверженности принципам мира: «Явив миру зрелище великих страстей, теперь нам не следует знать иного соперничества, кроме состязания в выгодах мира, знать иной борьбы, кроме простой борьбы за счастье людей» {196} .

Это обращение к доброй воле монархов сопровождалось энергичными действиями Коленкура. Представители Австрии и России еще не покинули Париж, и министр иностранных дел уверял их в миролюбии и искренности императора. Коленкур предпринял попытку расколоть коалицию, передав посланцу Александра копию секретного союзного договора, подписанного Францией, Австрией и Великобританией 3 января 1815 года. Этот договор был направлен против России и Пруссии.

Попытки Наполеона и Коленкура провалились: Александр простил предавших его союзников, а посланные французским правительством курьеры были перехвачены на границе. Не имели успеха и миссии тайных посланников Наполеона. Меттерних отказывался вернуть императору его супругу и сына. Коалиция не желала вести никаких переговоров с императором, а тон ее заявлений становился крайне агрессивным, мстительным и надменным. 12 мая было опубликовано новое воззвание, объявлявшее французам об ожидавшем их наказании за приверженность Наполеону: «Сегодня речь идет не о соблюдении Парижского договора, а о том, чтобы переделать его. Союзные державы находятся по отношению к Франции в том же положении, что и 31 марта 1814 года… Воля французского народа, хотя и была со всей очевидностью установлена, ничего не значит и не имеет силы» {197} .

Наполеон потерял единственного союзника на континенте — Мюрата, вернувшегося под его знамена. Неаполитанский король начал наступление в Италии, но был наголову разбит австрийцами при Толентино. Для Наполеона эти события стали тяжелым ударом, а для союзников — дополнительным оправданием агрессии.

В Лионе император объявил о проведении Майского поля. На протяжении многих веков это событие представляло собой массовый сбор для обнародования важных государственных актов и общий смотр армии. В 1815 году Майское поле должно было стать национальным праздником мира, согласия, свободы и воодушевить нацию.

Время торжества приближалось, однако задуманная Наполеоном программа не могла быть выполнена в полном объеме: провести коронацию Марии-Луизы и «нашего дорогого и горячо любимого сына» не представлялось возможным. Главной целью праздничного мероприятия должно было стать утверждение Дополнительного акта, а его план включал гражданскую и военную церемонию.

Праздник возрождения империи не мог быть освящен присутствием римского папы, отношения с которым были давно и непоправимо испорчены. Однако Наполеон нуждался в покровительстве церкви, и поэтому Майское поле должно было начаться с мессы.

На рассвете 1 июня парижане были разбужены залпом сотни пушек. Приглашенные на праздник собирались вокруг Военной школы и Марсова поля. Двести тысяч человек заняли места на широких деревянных трибунах, построенных по случаю. Пятьдесят тысяч военных и национальных гвардейцев заполнили эспланаду. Для Наполеона было приготовлено два трона — один находился перед Военной школой, другой возвышался над Марсовым полем.

Наполеон редко появлялся на публике после своего возвращения, и многие ожидали увидеть легендарного полководца в сером сюртуке и треугольной шляпе. Они были разочарованы появлением совсем другого императора. Наполеон был одет в короткий алый плащ в стиле Генриха III, застегнутый у шеи поверх туники того же цвета. Плащ спускался до самой земли, был подбит горностаем и оторочен золотом. Наряд состоял также из белых коротких атласных штанов, белых шелковых чулок и башмаков в розетках. На голове монарха была черная шляпа, украшенная белыми перьями и бриллиантом. Под стать Наполеону были одеты его братья — имперские принцы Жозеф, Люсьен и Жером.

Зрители шутили и насмехались над героем. Депутаты критиковали наряд императора, в их рядах раздавались гул и осуждающий ропот.

Наполеон выглядел напряженным и озабоченным. Крики «Да здравствует Франция!» и «Да здравствует нация!» звучали громче, чем возгласы «Да здравствует император!» Взгляд Наполеона, в котором не чувствовалось былой энергии и уверенности, встречался со взглядами толпы. Зрители наблюдали человека, будто плывшего по течению и игравшего по чужим правилам. Церемония всем быстро наскучила, хотя это было только начало. Месса, выступление представителя избирателей, затем торжественное оглашение результатов плебисцита по конституции. Наполеон подписал ее текст, и новый закон немедленно вступил в действие.

Император начал говорить, обращаясь ко всем собравшимся. Он сильно напрягал голосовые связки, но большинство аудитории все равно не могло слышать и понимать его речь. Это вызвало еще большее разочарование. Наполеон начал выступление с обещания реформ всех институтов в рамках либеральной конституции, затем призвал к священному единству против внешнего врага. Он говорил, что всем обязан народу Франции и всем пожертвовал ради него, а его трон является залогом независимости нации.

Многие участники и свидетели событий размышляли о возможности отречения императора от престола в пользу сына и при регентстве Марии-Луизы. Мог ли Наполеон красиво уйти и тем самым избежать войны? Он выше всего ставил честь нации и считал, что Францию должен возглавлять французский гражданин. Наполеон отвергал возможность регентства, которое поставило бы страну под иностранное влияние.

Пора было вручать знамена с орлами, и Наполеон вновь обрел уверенность жестов и силу своего неповторимого обаяния. Красивым движением он сбросил плащ со своих плеч и поспешил к эстраде, где находились солдаты. Император протиснулся сквозь толпу любопытных и оказался среди своих храбрецов. Солдаты приветствовали его с бешеным энтузиазмом. Рядом с ним стояли министр внутренних дел со знаменем Национальной гвардии Парижа, военный министр со знаменем первого армейского полка и морской министр со знаменем первого морского корпуса. На ступенях стояли офицеры, державшие знамена армии и Национальной гвардии. Император был вдохновителем, дирижером и исполнителем церемонии раздачи знамен. Он обращался с краткими речами ко всем вызываемым воинским частям и вручал им флаги с императорскими орлами. После каждого вручения знамени он немедленно давал приказ военным музыкантам бить в барабаны. Зрители и военные видели человека, который будто вновь обрел почву под ногами.

«А вы, солдаты императорской гвардии, — обратился он к людям, которые никогда его не предавали, — клянетесь ли вы превзойти самих себя в предстоящей кампании и скорее умереть, нежели допустить, чтобы чужеземцы диктовали вашей родине свои законы?» {198}

Ответом был восторженный многоголосый крик «Клянемся!» Солдаты прошли перед императором церемониальным маршем, и их глаза излучали преданность и отвагу.

Наполеону предстояло пойти на фронт, оставив в Париже враждебную ему палату представителей. Он предпринял попытку выдвинуть Люсьена на пост председателя, но вынужден был снять кандидатуру брата.

2 июня Наполеон утвердил список пэров, а 7-го числа он произнес тронную речь и заявил о начале эпохи конституционной монархии. Император призвал парламентариев к единению. Он обещал, что армия выполнит свой долг, и хотел, чтобы депутаты и пэры также были на высоте положения.

Император все сильнее чувствовал свое одиночество. Рухнули его последние надежды на воссоединение с семьей. Вернувшись к власти, он написал супруге 28 марта:

«Добрая моя Луиза, я — хозяин всей Франции. Народ и армия переполнены энтузиазмом. Так называемый король бежал в Англию. Целыми днями я устраиваю смотры 25-тысячным войскам. Я жду тебя к апрелю» {199} .