Чтение онлайн

– Но только так мы действительно держались и имели шанс на выживание. С каждым днём мы всё больше это понимали. Мы скрипели зубами, но вытаскивали друг друга. Неужели этот апокалипсис случился, чтобы мы поняли, что дороже друг друга у нас никого никогда не было? Что какие-то мелочи развели нас по разным берегам?

– И когда до тебя дошло, что ты снова любишь его? – поинтересовалась я.

– Когда он умер, - кратко ответила собеседница, опустив взгляд. – Всё бы отдала за знание, что он тоже понял, что любит меня.

В комнате повисла тишина, было слышно только дыхание спасшего меня доктора. Моё дыхание всегда было тихим и еле уловимым, я дышала медленно, а моя грудная клетка почти не изменяла своего положения.

Я ещё раз взглянула на доктора. С первых минут нашей встречи она предстала просто испуганной, не знающей что делать. А сейчас её разбитость я, казалось, ощущаю на собственной шкуре, чувствуя на себе все её душевные раны и боль одиночества, которое уже невозможно ничем залатать или спрятать за присутствием другого человека.

Мало ли, сколько артистов блуждает по этой покрытой кровью земле. Но я бы не смогла сказать ей это, глядя в глаза, забыв про починенную ей руку. Потому что я ощущала то же самое.

Она потеряла мужа, незаменимость которого осознала в самый последний момент. Какой бессовестный сарказм судьбы столкнул меня с тем, что в тот же самый последний момент я осознала, что люблю Дэрила. Теперь его тоже нет рядом. И Марти…который был для меня всем. Я бы тоже многим пожертвовала за знание, что я для Диксона – не пустое место, о существовании которого ему будет напоминать лишь маленький мальчик, отдалённо чертами лица напоминающий меня.

– Мы станем напарниками. Я вытащу тебя отсюда, - решительно сказала я, стараясь придать своему взгляду запал бодрости.

У меня не совсем получалось казаться сильнее, чем я есть. Но нам обеим нужна была надежда и необходимы были конкретные действия, которые помогут нам обрести покой в этом мире, найдя требуемое. Конечно, уже ничто не вернёт ей мужа, но апокалипсис не значит, что она не сможет приобрести нечто другое. Мы сможем сделать это вместе…

– Правда? – заикаясь, спросила она.

– Мы выберемся.

– Ты веришь в это?

– Да. А как же иначе?

– Ты просто слишком недавно пережила потерю…

– Считаешь, я вскоре начну думать иначе?

– Когда окажешься в тупике, - взгляд женщины не озарился искоркой, которую я хотела ей передать, хотя и сама была без сил.

Она смотрела на меня в упор, но как-то исподлобья, скептически. Она просила помощи, но уже не верила, что я смогу ей её предоставить. Возможно, все, что ей было нужно – чтобы её выслушали…

За окном из-за горизонта показались отблески малинового рассвета, на небе появились лучики красного утреннего солнца. Я бы с радостью заснула прямо здесь, каждый момент, когда я закрывала глаза, казался блаженным и приятно расслабляющим. Но упрямый мозг знал, что у меня ещё есть дела.

– Я гляну, может, в машине есть сухой паёк. У военных всё предусмотрено, - обратилась я к докторше. – Тебе надо поесть.

Женщина отстраненно кивнула, провожая меня взглядом.

– И…спасибо за руку, - оглянувшись, я улыбнулась ей.

Открыв дверь наружу, я наткнулась на пистолет, что был безжалостно вытолкнут мною наружу в первые минуты знакомства с модам доктор. Подняв оружие, я заткнула его за пояс, не желая делать такой благодатный подарок первому прохожему. Возвращать пистолет женщине мне тоже не хотелось, и тому было множество причин.

До машины было каких-то дерьмовых четыре метра, но даже их пришлось преодолеть, идя сквозь завесу из нескольких ходячих, которые, только услышав звук захлопнувшейся двери, тут же поплелись ко мне. Зима давала мне бесценные шансы, уберегая мою аляскинскую задницу от новых укусов. Может, стоит уехать на северный полюс и беззаботно жить там?

Забравшись в бронированную машину, я облегчённо вздохнула, почувствовав, как падаю в относительно тёплые объятья безопасности.

– Военные часто отъезжали на вылазки. У них всегда должны быть с собою припасы, - шептала я сама себе, обыскивая машину.

Есть! Под задним сиденьем какой-то чемоданчик.

В нём педантично аккуратно выложены стопочкой тюбики с быстрой и долго хранящейся едой, так называемый сухпаёк. Как раз то, что мне нужно!

С гордой, но усталой улыбкой я взглянула на рассвет. Сегодня наше с ней путешествие начнётся…Мы поедим, отдохнём и пустимся в путь, обыскивая все попутные до Джорджии города.

Совсем недавно я считала свои последние секунды, а теперь я жива, мои пальцы снова двигаются, несмотря на то, что для этого нужно приложить божественные усилия, у меня есть транспорт и еда. Не самое время для того, чтобы верить в бога, но эти обстоятельства дают повод принять во внимание, что он вполне может существовать…

Бодро выскочив из машины, я направилась обратно в медицинский центр. Я ведь даже не узнала её имени…

Тишина. Слышно только, как подошвы моих ботинок осторожно касаются плиточного запылённого пола помещения. Я ритмично захожу в комнату, где докторша зашивала мне руку, и где свершился наш разговор.

Кейс с едой вылетает из моей слабой зашитой руки. Картина, врезавшаяся мне в глаза, казалась мне жестокой шуткой. Я боялась поднять взгляд, чтобы снова увидеть это. Кейс раскрылся от удара, а тюбики валялись на испачканном следами покрытии. Тишина. Только скрип лампы от медленного покачивания тела, висящего на жёсткой верёвке.