Напарник чародея
Шрифт:
Уэлк выглядел несчастным: его ждала жена.
— Внимание!
Все вытянулись. Капитан увидел, что Грейс тоже встала смирно, и перевел дыхание.
— Джентльмены, — сказал он спокойно, — на сей раз я воспользуюсь правом старшинства. Мисс Малдун, не окажете ли мне честь пообедать со мной сегодня вечером?
— О, да, капитан! — лицо женщины засветилось неземным очарованием, она взяла капитана под руку и вышла со своим кавалером под звезды. Они с Донафом смотрели только друг на друга. Вайсер постоял у выхода, поглядел им вслед и уныло проворчал:
— Ребята, открою вам секрет, наша девчушка влюблена в нашего капитана по уши. Я это знал и раньше. Но на него-то почему так сейчас подействовало?
— Может, потому, что он раньше не сознавал, что она женщина, — сказал Род.
Вайсер повернулся к нему, сузив глаза.
— Будешь говорить, только когда к тебе обращаются, мистер! Если Грейс разобьет себе сердце, ты за это ответишь!
На мгновение Роду показалось, что Вайсер не будет дожидаться, пока у нее наступит разочарование в душке-капитане. Он уже приготовился к драке, решив на этот раз не уступать. И смог только сказать:
— Ей это было необходимо.
— Это так, — Род увидел, что Вайсер не собирается махать кулаками и постепенно остывает. — Мне следовало бы возненавидеть тебя, но я не могу, — он долго разглядывал Рода, потом медленно кивнул. — И ты тоже, парень?
Род глотнул и кивнул.
Рука Вайсера взметнулась — хлопнула Рода по плечу и повернула к ручке люка.
— Пошли, уборщик, напьемся.
И они напились. Вдребезги.
Он проснулся от звуков пения, жалобно захрипел, попытался зарыть голову под подушку, но ее безжалостно убрали.
— О, Род, как было чудесно!
Род едва сумел распялить налившиеся кровью глаза. На его койке сидело воплощение женской красоты, а он был не в состоянии ни восторгаться, ни потрогать, ни предпринять еще что-нибудь.
— Всю ночь, Род! Он провел всю ночь, и со мной одной! Не отправил меня назад на корабль!
— Я счастлив, — простонал Род.
— Сначала обед, потом танцы! Потом мы пошли в ночной клуб, и к нам подошел цыган и играл на виброскрипке — только для нас!
Род хотел попросить женщину говорить потише, но не решился, боясь, что это ее обидит.
— Потом был другой клуб, и еще один, и я надеялась, что он не станет ко мне приставать, потому что не знала, сумею ли сопротивляться, но он не приставал.
Хвала небу за это маленькое чудо. Лично Род желал бы, чтобы корабль перестал так раскачиваться.
Но потом вспомнил, что это не парусник, а космический корабль, и волны бьются только в его желудке.
— Никаких других женщин! Никаких блондинок! Никаких брюнеток! Только я! — Малдун завертелась в пируэте. У Рода перехватило дыхание и закружилась голова.
— Мы выпили, но немного. Нам это было необходимо. Позавтракали в «Пастише» и прогулялись по бульвару Зевак. Я никогда раньше не понимала, как прекрасны астероиды, ты знаешь, они похожи вальсирующие звезды! И он остановился перед церковью, единственной церковью на Церере, и попросил меня выйти за него замуж!
Род промолчал, слишком потрясенный, чтобы произнести хотя бы один членораздельный звук.
— Конечно, я сказала «да». Мне даже думать не пришлось: в мечтах я это уже говорила множество раз! Я сказала «да», и он ввел меня в церковь, и мы пригласили священника, и он велел нам взяться за руки, а на обратном пути мы заглянули в ювелирную лавку, и вот оно!
Она сунула под нос Роду маленький ледник. Тот вытаращил глаза на айсберг и тонкое золотое колечко под ним. Внутри у него все перевернулось, внутренности опустились. Но он сумел прошептать:
— Наилучшие пожелания, новобрачная!
— Спасибо, дорогой! Я всем этим счастьем обязана тебе! — Малдун обняла его, быстро, но крепко поцеловала и сказала: — Я никогда не забуду, что ты сделал для меня, — наклонила голову, неожиданно застеснявшись, и выдохнула: — А теперь я должна идти. Меня ждет муж.
И она исчезла в вихре мономолекулярного шелка и тафты.
Род застонал, перевернулся и свесил голову к ведру, стоявшему рядом с койкой.
— Фесс, что я наделал?
— Ты сделал хорошую женщину счастливой, Род.
— Но я не этого хотел!
— А чего ты хотел?
— Ох... не знаю... Но она должна была каким-то образом понять, что по-настоящему люблю ее только я, и прийти ко мне!
— Ты заслужил ее вечную благодарность, Род. Она теперь твой друг на всю жизнь.
— Но я совсем не это имел в виду...
Глава одиннадцатая
Внезапно в зале прозвучал низкий стон.
Дети мгновенно вскочили, волосы у них встали дыбом. Гвен выпрямилась и вопросительно взглянула на супруга.
— О, нет! — простонал Род. — Опять?
— Это дух другого типа, папа.
— Мне все равно: нам нужно выспаться! — Род перевернулся, сел и посмотрел на Магнуса. — Кого ты разбудил на этот раз?
— Я никого не будил, папа, — голос Магнуса дрогнул. — Или если и разбудил, то невольно, во сне.
— Это все, что ему было нужно, — Род держал голову руками. — Мы живем в битком набитом призраками замке, и наш сын пробуждает духов даже во сне, — он повернулся лицом к лицу с призраком. — Кто ты такой, чтобы являться ночью и пугать мою семью до смерти?
Стон сменился связной речью:
— Молю прощения, благородный рыцарь. Если бы у меня был другой способ, я бы не стал пугать молодежь.
— Мог бы застать меня одного, предающегося где-нибудь размышлениям.
— Не мог, потому что только твой сын дает мне возможность появиться.