Чтение онлайн

Лежа в постели, я гладила свой натянутый, как барабан, живот, подпевая музыке. Это была старинная мелодия, которую очень любила моя мать. Я не хотела садиться за один стол с ее убийцей.

После полуночи я проснулась от того, что в мою комнату вошел Искан. В руке он держал зажженную лампу, которую поставил на стол рядом с моей кроватью. Я приподнялась на подушках, но он не обратил на меня никакого внимания.

– Вот оно что, – он поморщился. – И запах. Все как сказала Лехан. Ты совсем перестала заботиться о себе? Помни, что ты мать моего будущего сына.

– Ему неважно, как я выгляжу, – ответила я.

Искан фыркнул, но потом подошел к постели. Остановился и стал смотреть на меня своими пристальными темными глазами.

– С ребенком все хорошо?

Я нехотя кивнула.

– Скоро пора ему родиться?

– Думаю, да. Ты не позволяешь мне поговорить с опытной женщиной, у которой я могла бы спросить совета, но явно уже скоро.

– Да-да, тебе нужна повитуха. Это надо устроить.

Он произнес это без всякого интереса, словно упоминая еще одну вещь, о которой надо позаботится ради безопасности наследника. Он потянулся, как кот.

– В моих жилах течет сила Анджи. Как мне не хватало воды источника! Как я скучал по его силе и видениям. Слишком много было всего, о чем следовало подумать в Ареко и при дворе. Анджи пришлось подождать. Но теперь мой час настал, Кабира.

Он улыбнулся и сел на край кровати. Он имел в виду меня? И испуганно обхватила руками живот.

– Теперь у меня много союзников, – продолжал он. – Много тех, в чьих интересах мое возвышение и приход к власти. Пора мне стать визирем.

– А как же твой отец? – спросила я, вспомнив седого доброжелательного мужчину, присутствовавшего на свадьбе.

– Он стар, – Искан широко улыбнулся. – Предполагаю, что его смерть уже близка. Можно даже сказать, что я видел ее.

Он засмеялся своей шутке, а у меня перехватило дыхание. Он говорил о самом страшном уаки – убийстве отца. Заметив, что я все поняла, он кивнул мне, словно мы оба знали какую-то приятную тайну.

– Нужно лишь дождаться, пока уаки Анджи станет сильнее всего. Тогда я напьюсь из источника и навещу своего отца, а на следующий день его найдут мертвым, и никто не подумает ничего другого, кроме как пришел черед старику отправляться на покой.

Он ухмыльнулся.

– Конечно же, я видел его настоящую смерть. Ты себе не представляешь, как далеко в будущем она находится! Этот старик долговечен, как черепаха. Мне придется потрудиться, чтобы приблизить его смерть.

Сложив руки за головой, он лениво прислонился к столбу в изголовье кровати. Свет лампы отражался в его блестящих волосах и начищенных пуговицах. Молодой человек, не знающий забот, привыкший получать все, что пожелает.

– Когда же я стану визирем, начнется моя настоящая работа. Я стану самым могущественным человеком во всей Каренокои. Могущественнее, чем кто-либо может себе представить. Влиятельнее самого правителя.

Только теперь он заметил, что я обхватила живот руками, словно пытаясь защитить его. Заметив мою позу, он состроил недовольную гримасу.

– Не льсти самой себе. Зачем мне возиться с тобой теперь, когда ты выполнила свой долг?

Соскочив с постели, он вышел из комнаты так же неожиданно, как и появился, оставив мне лампу, запах вина и дубленой кожи. Я поспешно погасила лампу, не желая даже видеть то место на постели, где он сидел, смятое им одеяло, ямку, образовавшуюся под его тяжестью. Я спряталась в подушках. Постепенно биение моего сердца успокоилось. Меня больше не волновало, чем он занят, как и то, останусь я в живых или умру. Однако я все равно боялась его. Более того, в глубине души мне было стыдно. Я стыдилась того, что теперь он смотрит на меня с отвращением – тот, чей взгляд заставлял меня почувствовать себя самой красивой девушкой во всей стране Каренокои.

Окно мое стояло нараспашку, через него я могла слышать, как фыркают лошади в конюшне. Среди бархатной ночи квакали лягушки. Где-то стрекотала цикада. Я отдалась этим ночным звукам, несущим покой.

И тут до меня донесся иной звук, слишком хорошо мне знакомый. Звук, который издавал он. Он донесся из соседней комнаты. Из комнаты Лехан. Я рывком села – и вот он зазвучал снова. Глубокий стон наслаждения. Он взял ее! Мою сестру – он изнасиловал ее, в это просто невозможно поверить, это нельзя допустить, я должна что-то сделать, должна спасти ее! Оглядевшись вокруг в поисках оружия и не найдя ничего подходящего, я выскочила из комнаты, с пустыми руками, тяжелевшая от ребенка в животе. Что-то я должна предпринять. Закричать, позвать слуг. Брать сестру своей жены – это уаки, это считается инцестом.

Но у двери в комнату Лехан я услышала новый звук. Стон. Тяжелое дыхание. Ее звуки. Не звуки борьбы или страха. Звуки страсти, каких сама я никогда не издавала. Она наслаждалась. Она хотела этого.

Я прижала к губам кулак, чтобы сдержать рвавшийся наружу крик. Медленно отступила назад в свою комнату, а в ушах у меня все еще звенел стон наслаждения Лехан.

После этого я слышала Лехан и Искана почти каждую ночь. Даже в ту ночь, когда рожала своего первого сына. Утром, когда я промучилась уже много часов, Искан позвал повитуху. Все закончилось только следующей ночью. И вот Корин лежал у моей груди, и среди полного изнеможения я ощущала первое зернышко счастья. Он был весь мой, прекрасный маленький мальчик с длинными темными ресницами и нахмуренными бровками. Несмотря на долгие и тяжелые роды, он был целехонек и здоров. Его маленькие мягкие ручки, его глаза…

Нет, я не могу об этом писать.

Десять дней позволил мне Искан пробыть с Корином. Десять кратких дней я держала его на руках, кормила своим молоком, вдыхала его запах, была для него всем. На десятый день Искан поселил в наш дом свою мать и кормилицу, чтобы заботиться о Корине. Своими руками Искан вырвал у меня из рук мальчика, и об этом я тоже не могу больше писать. Но я никогда не забуду свою первую настоящую встречу с его матерью, Изани – как она взяла моего сына на руки и держала его так, будто он принадлежал ей, будто родился на свет из ее тела, и как она с гордостью заявила сыну: она будет воспитывать внука так, чтобы он стал в точности как его отец. В мою сторону она даже не посмотрела.

Через несколько дней после того, как у меня отняли Корина, ко мне пришла Лехан. Все это время я не покидала своей комнаты: Искан запер дверь за Изани, когда она унесла Корина. Все это время ко мне заходили служанки, опорожняли мой ночной сосуд и приносили мне еду, к которой я не притрагивалась. Остановившись в дверях, сестра долго смотрела на меня. Я сидела, скрючившись, у стены. Большую часть своего времени я проводила там. Постель стала той постелью, где я дала жизнь Корину. В ней я больше не могла лежать. На Лехан я даже не обратила внимания, пока она не заговорила.