Чтение онлайн

Взгляд Маккорда впервые обратился к Сэм, но улыбка, кривившая губы, показалась ей всего лишь вежливой, и только.

— Думаю, Литлтон была права и насчет невинности Ли Мэннинг. Сегодня я сам с ней поговорю, но судя по вчерашнему разговору Литлтон с Валенте, вполне допустимо согласиться, что миссис Мэннинг действительно не имела понятия о том, что ее старый друг Фалько Нипоте на самом деле Майкл Валенте, и узнала обо всем только после смерти мужа.

— Я все еще сомневаюсь, — честно признался Уомэк. Вместо того чтобы нетерпеливо потребовать у Уомэка поверить ему на слово, Маккорд попросил Сэм рассказать о вчерашнем разговоре с Валенте. Та в который раз поразилась его способности держать все под контролем. Он не только прирожденный лидер, но и настоящий, истинный член команды, понимающий, когда остальные не могут двигаться дальше, не имея ни достаточных оснований, ни доказательств.

— Что же, вполне логично, — заметил Шредер, когда Сэм объяснила недоразумение с запиской. И то верно, с чего бы парень стал подписываться «Фалько Нипоте», когда сверху уже напечатано его имя?

— Теперь понятно, почему мы не смогли проследить связь между ним и Ли Мэннинг до убийства, — добавил Маккорд. — Они просто не общались. Если по-прежнему считаете, что она могла узнать его, просмотрите тюремные фото, сделанные, когда его арестовали за убийство. На них у него темная борода. Черт, я сам бы ни за что его не узнал.

Сэм подумала о голосе Валенте, бархатистом, глубоком баритоне, и Маккорд мигом заметил ее замешательство.

— Не согласны? — удивленно спросил он.

— Дело не в этом, — покачала головой Сэм, заводя руки за голову, чтобы потуже застегнуть широкую серебряную заколку, удерживавшую волосы. — Я видела старые снимки в деле Валенте. Единственное, что могла узнать Ли, — это его голос. Просто поразительный… Низкий и какой-то медовый…

Уомэк обрадованно хлопнул себя по колену:

— Так и знал! Говорил же вам — Литлтон неравнодушна к Валенте! Давай, Литлтон, колись, это Валенте назначил тебе свидание? Признавайся, мы никому не скажем, — соврал он, не обращая внимания на стиснутые челюсти Маккорда. — Кому-кому, а уж нам ты довериться можешь.

Сэм едва сдерживалась. Наконец терпение ее лопнуло. С беспомощным презрением глядя на Уомэка, она выпалила:

— Я встречаюсь с матерью и отчимом! И заткнись ты, ради Бога! Сил нет тебя слушать!

— А чем занимается твой отчим? — неожиданно спросил Шредер.

Не замечая, как взгляд Маккорда чуть смягчился при упоминании о «предмете» ее свидания, Сэм потянулась к новенькому блокноту, лежавшему на столе Маккорда, и вынула из сумочки карандаш.

— Он работает на правительство, значит, как и мы, существует на деньги налогоплательщиков.

— Не могли бы мы заняться делом? — осведомился Маккорд уже менее резко, чем несколько минут назад, а Сэм только немного позже сообразила, что он, должно быть, увидел ее наряд и предположил, будто вечером она встречается с другим мужчиной. Ничего не скажешь, настоящий детектив! Вечно ищет какие-то подспудные причины чужих поступков и намерений. Решил, что она разоделась и упомянула о вечеринке с коктейлями только затем, чтобы подразнить его, лишить равновесия и сделать ожидание более мучительным.

Отмахнувшись от тревожных мыслей, она взглянула на доску как раз в тот момент, когда Маккорд показал на первое имя в списке:

— Как насчет Джейн Себринг, второй звезды в пьесе? Она утверждает, будто вернулась домой, легла спать, потом проснулась и смотрела фильм по телевизору. Насколько тщательно вы проверили ее алиби? — спросил он Шредера и Уомэка.

— Ее швейцар подтвердил, что действительно видел ее во второй половине дня, после спектакля, — ответил Уомэк. — Дежурный прокатной службы тоже говорит, что видел ее машину в это время. Но это, однако, не означает, что она не выскользнула из дома, не взяла напрокат автомобиль и не уехала в горы.

— Начинайте проверять компании проката машин, а также квитанции — подтверждения сумм, снятых с ее кредитной карты.

— Будет сделано, — кивнул Шредер. — Неплохо бы справиться в других фирмах по прокату машин.

— Ну да, — фыркнул Уомэк. — Себринг, разумеется, наняла шофера, велела отвезти ее в горы и подождать, пока она доковыляет до хижины и вышибет Мэннингу мозги?

Шредер, как ни странно, покраснел. Его круглая свирепая физиономия донельзя напоминала морду побитой собаки. Он опустил глаза и сокрушенно потряс головой:

— Я еще не успел договорить, как понял, что сморозил глупость.

— Идем дальше, — продолжал Маккорд, хотя в уголках рта затаилась улыбка. — У Триш вполне хватит духу выстрелить парню в голову, а потом спокойно помыть посуду на кухне.

— Это вы из личного опыта, лейтенант? — съязвил Шредер.

Сэм втайне обрадовалась, что он задал именно этот вопрос, но старательно сохраняла равнодушное выражение лица в ожидании ответа Маккорда. Но тот коротко засмеялся и, картинно вздрогнув, помотал головой:

— Ну уж нет.

Сэм сразу ему поверила. Жаль только, что она сострила насчет массажа! Но ей извинительно: она не только впервые влюбилась, но и оказалась полностью неподготовленной к тем потрясающим душу ощущениям, пережитым с человеком, под чьим началом она работала.

Она и Мак заключили договор о том, как следует вести себя до окончания дела Мэннинга… но стоило ей войти в его кабинет, как все полетело к чертям. И что хуже всего, она была действительно тронута его доводами в пользу их соглашения. Жаль только, что Мак не спустит ей этого промаха, поэтому она всерьез намеревалась смыться из его кабинета в ту же минуту, как совещание подойдет к концу.

— Как насчет Сибил Хейвуд, астролога? Она достаточно привлекательна, чтобы заинтересовать Мэннинга? — продолжал Мак.

— Да у нее в голове тараканы! — вскричал Шредер. — Прежде чем отвечать на вопросы, она поинтересовалась датой моего рождения, а потом запустила компьютерную программу по моим планетам и еще каким-то чертовым штукам. Назвала это моим гороскопом.

— Так что там? — повторил Маккорд.

Но Шредер, не поняв, вообразил, что его спрашивают о гороскопе.

— Сказала, что молодая женщина, которая близка мне, но не родня, находится в смертельной опасности и спасти ее нельзя. И что я должен понять: эта жизнь — всего лишь остановка на пути к следующей, и мы снова будем вместе.