Чтение онлайн

Оба остановились, не доходя несколько иралов до трона, и вытянулись по стойке «смирно»; Брим отдал честь. Мустафа смотрел на него с неприкрытым любопытством, чуть улыбаясь. Он пошевелил усом, нахмурился, кивнул, снова улыбнулся и издал ряд звуков, более всего напомнивших Бриму сипение возбужденной псевдочерепахи с Ксантуна.

— Его Величество, равно как и его подданные, счастлив приветствовать вас на Флюванне, — перевел Салташ.

Брим задумался на мгновение.

— Будьте добры, передайте Его Величеству, что для меня и моего экипажа высокая честь пользоваться его гостеприимством.

Салташ улыбнулся, в свою очередь забурчал и зашипел, потом замолчал.

Мустафа довольно кивнул в ответ, потом испустил новую очередь невоспроизводимых звукосочетаний, на этот раз с совершенно серьезным лицом.

— Его Величеству известно, что «Звездный огонь», возможно, лучшее боевое судно в известной Вселенной, — перевел дипломат. — Он спрашивает, согласны ли вы с этим.

Брим улыбнулся и посмотрел Набобу прямо в глаза.

— Скажите Мустафе, что он может положиться на этот корабль, на его экипаж, а также на все суда этого типа, что сойдут со стапелей следом за этим.

Салташ начал было переводить, но Мустафа вдруг поднял руку, требуя тишины, и в свою очередь посмотрел на Брима в упор.

— Поскольку есть вероятность того, что мне действительно придется положиться во всем на «Звездный огонь», — произнес он на чистом, хотя и не без родорианского акцента авалонском, — мне хотелось бы выслушать ваше личное мнение о том, что именно в этом корабле заставляет вас отзываться о нем так высоко.

— Ваше Величество, — вдруг перебил его абсолютно сбитый с толку Салташ. — Я и не знал… Мустафа нахмурился.

— Равно как и большинство ваших, Салташ, высокомерных сослуживцев из дипкорпуса, — усмехнулся он. — Впрочем, принц Онрад гарантировал мне, что вам можно доверять.

Брови Салташа поползли вверх.

— Я очень польщен. Ваше Величество… Мустафа кивнул и снова повернулся к Бриму:

— Раз мы разобрались с этим, вернемся к моему вопросу, коммандер: что именно в этом столь необычном корабле заставляет вас верить в его боевые качества?

Брим открыл рот, чтобы отвечать, но Мустафа снова поднял руку.

— И еще одно, мой карескрийский друг, — произнес он. — У меня имеются абсолютно все данные по «Звездному огню», какие счел возможным передать Шеррингтон, плюс официальные характеристики вашего бедного попавшего под власть КМГС Адмиралтейства. — Он ухмыльнулся. — У меня имеется и более секретная информация, переданная нам за последние месяцы моим старым приятелем Бакстером Колхауном. Поэтому я неплохо осведомлен о корабле и его выдающихся способностях. Сейчас же я хотел бы услышать от вас, как вы сами… так сказать, «ощущаете» те уникальные качества, которые так удачно сочетает «Звездный огонь». Действительно ли он боевой корабль, коммандер, или это просто невероятно красивая игрушка? — Он улыбнулся. — Ну, как это бывает у женщин: ослепительная внешность при полном отсутствии ума.

Брим подумал немного, прежде чем ответить. Да, этот Набоб вовсе не декоративная фигура. В свое время он явно командовал звездолетом… а может, и не одним. Ну что ж, это даже облегчает задачу.

— Начать с того, Ваше Величество, что «Звездный огонь» идеально слушается руля — во всех отношениях…

Он подробно описал свои ощущения при управлении кораблем: четкость выполнения команд, запас мощности, фантастические разгонные характеристики — все то наслаждение, которое испытываешь, ведя практически безупречную машину. Он описал ту степень слияния человека с механизмом, при которой экипаж может сосредоточиться на выполнении боевой задачи, почти не думая о самом корабле. Он рассказал о новой системе охлаждения, установленной на Гиммас-Хефдоне, о невиданной мощи залпа установленной на борту батареи разлагателей. И на протяжении всего рассказа Мустафа слушал — не так, как обыкновенно слушают монархи, с плохо скрытой скукой в глазах, но с искренним, почти детским любопытством, — не перебив его ни разу.

Когда Брим наконец умолк. Набоб улыбнулся.

— Не так уж плохо, а? — спросил он.

— Вовсе не плохо. Ваше Величество, — заверил его Брим.

Набоб задумался, потом кивнул Салташу.

— Оставьте нас ненадолго вдвоем, друг мой, — повелел он.

Салташ поклонился и отступил назад.

— Ладно, Брим, — продолжал Набоб вполголоса. — Раз уж на то пошло, вы вполне заслужили право знать, что своим докладом развеяли мои последние сомнения. Дадим нашему общему приятелю Драммонду еще несколько дней на усушку и утруску, но вас можно информировать уже сейчас. Вы убедили меня так, как не убедило бы ни одно письмо во всей Галактике — я принимаю предложение принца Онрада. Не пройдет и недели по нашему времени, как союз будет заключен. — Он снова улыбнулся. — Zin ilegs'oh! — произнес он.

— Kud lubs'oh, Ваше Величество! — отвечал Брим, улыбнувшись в ответ. Отдав честь, он шагнул назад с ковра, и аудиенция на этом закончилась.

Когда Брим вернулся на борт «Звездного огня», корабль гудел как потревоженный улей: весь экипаж приглашался во дворец Мустафы на празднование Дней Заборева. Пока Брим беседовал с Набобом, королевские гонцы уже доставили приглашения, одно в офицерскую кают-компанию, другое — рядовому составу. Офицеры приглашались на «Большой Банкет и сопутствующий этому парадный бал», матросы и мичманы — на карнавал в дворцовом парке.

— Кстати, там будет не только наша команда, — возбужденно сообщила Труссо. — Они послали приглашения всем правительственным судам, — что стоят сейчас в порту, — включая облачников.

— Похоже, здесь серьезно относятся к праздникам, — с улыбкой заметил Брим, потягивая горячий кф'кесс. — И когда у них это историческое событие?

— Завтра вечером, — ответила Труссо, и в ее глазах мелькнуло на мгновение мечтательное выражение. — Я договорилась насчет вахты, так что буду там.

— Вот и замечательно, старпом, — вздохнул Брим. — Может, мне даже удастся пригласить вас на танец-другой.

Последние слова вырвались у него сами собой, удивив его не меньше, чем Труссо.

Его старшая помощница улыбнулась — чуть искоса, ибо тоже, судя по всему, не ожидала этого.

— Я бы с удовольствием, шкипер, — вздохнула она, слегка нахмурившись, — но, боюсь, меня уже ангажировали. Бейяж сам заглянул вместе с гонцом, и… ну…

Брим почувствовал, что щеки его пылают от досады.

— Ну что ж, не повезло, — произнес он, постаравшись как можно убедительнее изобразить на лице беззаботную улыбку. — Местным всегда принадлежит право первого выбора.