Чтение онлайн

Соколова с удивлением и даже восхищением смотрела на Сергея, пока он мыл в быстром ручье окровавленные руки. Когда у больницы началась стрельба, он помог ей затащить в машину Гонщика и усадить на заднем сиденье рядом с хрипло постанывающим Муромцем. Пока она перевязывала распоротый живот Ильи, Серов подтащил к «Ниве» высокого парня. Женщина подумала, что это его товарищ, но увидела, как, приподняв крышку багажника, Сергей грубо втиснул туда плечистого, и поняла, что ошибается. Ковбой сел за руль. Соколова любила быструю езду, но подобного она еще не испытывала. Стрелка спидометра как бы замерла на цифре сто сорок. Женщина с изумлением поняла, что Сергей знает поселок. Не сбавляя скорости, «Нива» мчалась по каким-то улицам, угрожающе наклоняясь, несколько раз меняла направление. Остановив машину и коротко бросив:

– Я сейчас, – Серов исчез в густой темноте. Вернулся он быстро. И опять сумасшедшая, заставляющая ее не раз вздрагивать и закрывать глаза езда по узким улицам. Минут через двадцать «Нива» выскочила на трассу. Женщина облегченно вздохнула. Скорость прибавилась, но грунтовая широкая дорога была ровной, с довольно плавными поворотами. На заднем сиденье глухо простонал приподнявший голову Гонщик.

– Помассируй ему основание черепа, – переключая скорость, посоветовал Серов. Несколько минут Надежда со знанием дела, разминая, поглаживала шею мычавшему парню. Потом, заметив, что машина свернула с трассы и, подпрыгивая и покачиваясь, подминая кустарник и натужно воя, полезла в сопку, быстро повернулась к Сергею.

– Нам прямо надо!

– Богатырь кровью изойдет, – спокойно отозвался Серов. Остановив машину на небольшой поляне, он с ее помощью вытащил бледного, прерывисто дышащего Муромца. В свете фар, промочив окровавленный бинт коньяком из бутылки, которую протянул Серов, Надя сняла повязку. Чуть ниже пупка, в коротком глубоком разрезе, заплывая кровью, подрагивали внутренности. Подошедший помочь Гонщик, сдавленно промычав, поспешно отошел, и женщина услышала характерный звук рвоты. Надежда вздохнула, вспомнив, как беспомощно обратилась она к присевшему рядом Сергею:

– Я не знаю, что делать.

– Он в сознании, – приподняв набухшие страданием веки, определил Ковбой. Надежда не вмешивалась, когда он осторожно влил Илье в рот немного коньяка. Пока тот, мыча, отхаркивался густой, красной от крови пеной, Серов тщательно протер края раны какой-то жидкостью из небольшого пузырька. А потом… Надя, опытный хирург, была поражена спокойствием и умением Серова. Пока она держала руки раненого, он тонким крючком с медицинскими нитками быстро и, как хирург Надя это признала, качественно зашил распоротый живот Муромца. Узкую колотую рану вверху левой лопатки Ильи женщина обработала коньяком и, приложив найденный в бардачке тампон, заклеила лейкопластырем. С помощью Гонщика устроив Муромца на заднем сиденье, промыв свой инструмент, опять же коньяком, и уложив крючок в небольшую плоскую коробочку, Сергей начал мыть в ручье окровавленные руки.

– Кто он? – услышала женщина тихий голос парня.

– Друг, – просто ответила она.

Вытерев руки носовым платком, Сергей подошел к «Ниве». Открыл крышку багажника и легко выбросил на землю взвывшего от боли плечистого. Возмущенно вскинув голову, Соколова хотела вмешаться. Но ее остановил тихий голос Гонщика:

– Это он Муромца ножом ударил. Их у окна трое было. Надя вспомнила предупреждающий крик за окном и свою схватку с сильной блондинкой.

– В палату какие-то люди в камуфляже вбежали, – посмотрела она на парня. – Один из них за мной гнался. Кто они, ты не знаешь?

Ответить парню не дал мгновенный пронзительный крик боли.

– На вид здоровый, – услышали они недовольный голос идущего Серова.

– Что ты с ним сделал? – вглядываясь в темноту, спросила Соколова.

– Кто такой Шакал? – пропустив ее вопрос мимо ушей, спросил Гонщика Серов.

– Его люди старателей грабят! – неожиданно зло отозвался тот. – И убивают! Сволочи!

– Те трое, с которыми амбал дрался, из команды Шакала, – рассматривая в свете фар какой-то конверт, пробормотал Ковбой.

– Поехали к Маркизе! – заторопился парень. – Она давно за Шакалом охотится!

– Ты Ягодное хорошо знаешь? – остудил его пыл холодный голос Ковбоя.

– Вырос там. А что? – недоуменно повернулся к нему парень.

– Садись назад, – посмотрев на часы, сказал Сергей Надежде. – Поддержишь амбала. Ехать быстро придется.

Гонщик уже сидел за рулем.

«Он умеет убеждать, ничего не объясняя», – посмотрев на спокойное лицо Сергея, подумала Соколова.

– Маркиза, – заглянул в комнату Гончаровой Феликс. – Что с этими делать? – имея в виду захваченных в больнице женщин, спросил он.

– Я с ними потом поговорю, – нетерпеливо отмахнулась та. – Сейчас нужно в Ягодное людей посылать! Надьки до сих пор нет!

– Туда Барон…

– Нет! – закричала Мария. – Он не должен уезжать! Верни его!

Сеньковский шагнул к двери. Потом, остановившись, растерянно обернулся:

– Но он уже уехал.

Метнувшись мимо него к двери. Маркиза громко крикнула:

– Ангел! Едем в Ягодное!

Рослый молодой мужчина в камуфляже, кивнув, бросился к выходу.

Несколько раз требовательно прозвонил дверной звонок. Отложив на журнальный столик книгу в яркой обложке, Зинаида поднялась с дивана. Разгладив смятый халат и поправив волосы, подошла к двери.

– Кто там? – звонко спросила она.

– Мне нужно срочно увидеть Ступина, – раздался за дверью приглушенный мужской голос.

– Это вы, – узнала женщина. Щелкнув ключом, она открыла дверь.

– Позвони ему. Немедленно! – потребовал стоящий на площадке мужчина. – В три я буду у Манекенщицы. Шакал тоже нужен.

– Возле окна двое без сознания и один с проломленной головой, мертвый. У главного входа здоровенный мужик с тремя пулями в груди и одной во лбу, – закончил капитан милиции и, затянувшись, положил окурок в пепельницу.

– А кто лежал в палате, рядом с которой обнаружены эти люди? – спросил его Пепеляев.

– Это послеоперационный блок. Врач сказал, что в нем уже с неделю никого нет.

– Я спрашиваю, кто в ней лежал в последний раз, – раздраженно поправился майор. – И когда?

– Вроде какая-то женщина, – захлопал глазами капитан.