Шрифт:
Annotation
Карина оказывается на митинге. Страшное зрелище, которое, к сожалению, прошлось по нашей стране.
Антонина Заварухина
Антонина Заварухина
Надежда
Девушка застегивала куртку смотря в окно, параллельно проверяя экипировку. За окном шел народ с плакатами. Естественно, это было не согласованно, но разве власть согласовывает что-то с народом. Пришла очередь народа плевать на власть.
Митинг только начался, полиция не успела среагировать. Завязав ботинки, девушка взяла плакат и закрыла квартиру, сбегая по ступенькам она достала телефон.
«Я в самой голове»
Сообщение от Матвея светилось на экране. Выходя из двора, она увидела толпу людей, казалось во всей столице столько нет, девушка развернула плакат и быстро побежала в начало шествия.
— Карина! — знакомый голос позвал впереди.
— Вижу! — девушка подбежала и обняла молодого парня.
Оба были с плакатами, митинг был против власти. За то что бы выпустили человека, Нована. Его посадили за то, что он был против власти.
— Вот потянул тебя черт, — Матвей был недоволен ее решением, он хотел, чтобы она осталась дома, но разве она может, когда тоже хочет изменить эту страну. — Вдруг тебя ударят, рана откроется.
— Тогда будет повод заявить на полицию, — девушка была непреклонна, ее улыбка сияла на лице, она страшно хотела справедливости.
Множество людей шли рядом и позади, насколько все было плохо что собралось так много народу. Все жаловались и теперь все здесь, в попытках бороться за светлое будущее. Где-то там, а нет это свет фар автозаков.
Было много подростков, почти весь народ был с плакатами. Была даже группа ребят с огромным плакатом «СВОБОДУ НАРОДУ», их было человек пять или шесть. Девушке стало смешно с плаката мужчины «ДЯДЯ ВОВА, А ЛЕХА ВЫЙДЕТ?». Это было смело, да и само появление здесь уже являлось смелостью. Многие смотрели из окон, кричали. Некоторые слова поддержки, другие кричали оскорбления.
Впереди показались машины полиции. Страх начал зарождаться, но шествие даже скорость не сбавило. Мужчины в черной форме и щитами стояли неподвижно, люди шли, словно не было щитов. Словно им было все равно.
Девушка обернулось, позади заиграла музыка. Кто-то шел с колонкой, множество людей повторяло слова. Припев загремел громче.
Взять
Попытаться друг друга понять
Перекинуть друг другу мосты
И возделывать вместе сады
Чтобы было где жить и мечтать
И за хвост нашей древней мечты
Мы удержимся, чтоб не упасть
Если главное не растерять
Мы дотянем до нашей весны
Казалось что лопнут барабанные перепонки, Карина и Матвей рвали горло лишь бы достучаться до людей в форме. Те были непреклонны, словно живые статуи они ударили щитами о землю.
Народ продолжал песню, как будто она зазвучала еще громче. Вновь закричали припев. Снова рвались горла, кто-то рядом охрим, но продолжал кричать. Кричать о том, что нужно друг друга понять.
Щиты вновь ударились о землю. На этот раз они сомкнулись в плотную друг к другу, по ту сторону были готовы.
Несколько щитов отодвинулись вышли еще люди в форме с дубинками, вот тут началась бойня. Липкий страх засел в легких девушки, она не останавливалась. Матвей взял ее за руку.
— Пора уходить! — парень прокричал это сквозь гомон толпы.
— Нет, нельзя! — девушка с прежней решимостью подняла плакат еще выше.
Позади переключили музыку, из толпы к людям в форме прорывались ребята в темных куртках с балаклавами на головах.
Это стало решающим, полиция бросилась на людей. Многие пытались убежать, другие как боярыня Морозова кричали о своей вере и что бы другие не сдавались.
Карина с Матвеем потеряли друг друга в толпе. Перед девушкой возникли полицейские, двое крупных мужчин.
— Пройдемте с нами, в отделение проедитесь! — мужчины схватили ее под локти.
— А ну пустите! Вы не имеете право! — Карина извивалась как могла.
Парень из толпы зарядил полицейскому в голову кулаком, они ослабили хватку. Парень уже скрылся, опомнившись Карина затерялась в толпе. Вокруг царил апокалипсис, словно сцепились звери.
Страх окутал девушку, колени дрожали и болел бок. Похоже полиция пока тащила задела, Карина попыталась позвонить другу. Он не отвечал, каковы были гарантии того, что он еще не в автозаке. Что если его кто-то покалечил. Нет, он ведь за народ, его не должны были.
Вдруг резкая боль прошлась справа, перед лицом возник мужчина в форме. Закрутив руки, он повел девушку, не кому было ей помочь.
Когда она пнула его, он пихнул ее коленом в бок. Карина упал на колени в глазах начало темнеть. Что-то теплое потекло по телу. Кровь, рана открылась.
Больно, ужасно больно. Не вдохнуть, каждое движение отдавало болью.
Ее снова потащили и закинули в автозак, он был пуст. Дверь захлопнулась, она пыталась сказать ему о ране, он просто не стал слушать.
Так государство не слушает народ. Все эти фальшивые выбора поправки в конституции, не более чем показуха власти. Мол да вот, вы все выбираете. А на деле все совершенно по-другому.
Девушка лежала на полу, не было сил встать. Из свежей раны текла кровь, так утекала жизнь.