Чтение онлайн

То, что так деликатно называл исследовательский кластер Искинов биологическим материалом, не могу сказать, что так уж прям сильно меня поразило, ещё по прежней жизни, как же она кажется далёкой, хотя для меня это буквально вчера, я заснул в своей машине, а сегодня уже проснулся у чёрта на куличках. Наши высоколобые учёные тоже никогда не гнушались опыты над людьми ставить, большая часть экспериментов конечно тайных, зато при полной поддержке государства. Могу только представить, что творится во всех этих закрытых ведомственных лабораториях за высокими заборами, в настоящее время каждая крупная страна имеет свои скелеты в шкафу.

Да что там говорить, даже в средневековье что творилось, когда студенты, изучающие анатомию, выкапывали трупы по ночам на кладбище, для своих исследований, люди средневековья, конечно же, были против, чтоб тревожили покой умерших, на могилках появились оградки, а вокруг кладбищ заборы, но это не помогало. А студентам при поимке на горячем, хорошо доставалось от благодарных родственников. Тогда и возникли тайные студенческие братства, так как деятельность науки не всегда одобряется обществом.

Вызывают недоумение это повальное трупов потрошение, даже сегодня, когда чуть ли не обязательно, всех в морге потрошат после смерти. Не всё думаю там, так просто. И химическое и биологическое оружие понятно же, что на ком-то испытывали его, прежде чем военные его поставили на вооружение.

Но всё равно я как-то раньше думал, что для этого либо закоренелых преступников используют, либо может на добровольцах или кошках прежде испытывают, а тут получается и мою тушку коснулось. Одно дело рассуждать теоретически и совсем другое дело, когда касается тебя лично. Ведь фактически это меня похитили, если бы не пираты, напавшие и повредившие яхту, быть мне следующим биологическим материалом для опытов, мне так же поставили бы нейросеть, зафиксировали результаты и утилизировали, какая-то нерадостна перспектива.

– Искин скажи мне, - была ли такая острая необходимость, после извлечения нейросети, утилизировать биологический материал?

Академик ответил мне, не задумываясь, - это делалось согласно прямого распоряжению вашего отца, данные процедуры были использованы для соблюдения секретности.

Моралистом особым вроде никогда не был, но как мне кажется, если эти объекты были в состоянии медикаментозного сна, вполне было достаточно установить нейросеть, проверить и зафиксировать результат, так и не выводя из этого состояния. Да даже если и выводя, мало ли каких слухов в народе бродит о секретных экспериментах любого правительства. Можно даже как компенсацию, сеть потом пациенту какую крутую поставить и высадить его тушку где-то, на любой планете. Пусть потом рассказывает журналистам, если сам дурак, что пришельцы его похитили и проводили анальное зондирование. А в Содружестве думаю, любой человек, если обнаружит, что пара месяц из памяти выпали, зато появилась дорогая нейросеть в голове, молчать будет как партизан на допросе.

Мне ведь надо подумать и оценить эту возникшую ситуацию и с другой стороны, я тоже планирую как-то продвигать свою компанию, раз уж досталось такое сокровище, не факт, что мои будущие методы будут лучше.

– Уточни, пожалуйста, Искин, - а в других исследовательских лабораториях Нейросети тоже такая практика. Мне важно узнать это политика компании или тут на станции, частный случай, исключение.

– Нет, - получил я ответ мгновенно, - в других исследовательских лабораториях компании, перспективные нейросети, как правило, предлагают только добровольцам, с высокими показателями интеллекта. Но не имеющих достаточное количество собственных средств, для установки высокоуровневых нейросетей. С ними заключается контракт, где отдельной строкой оговаривается, что это экспериментальная сеть, с нейросети добровольцев получают периодически расширенные данные, через регулярные обследования анализируется прирост показателей. Так как риск практически отсутствует, это более чем выгодное предложение, желающих отказаться от установки экспериментальных образцов, не встречается. Для почти всех участвующих в испытаниях установки тестируемых нейросетей оказались очень хорошим подспорьем в старте своей карьеры, давая ещё в начале жизни лучшие по сравнению со средним показателем по Содружеству, условия.

– Я понял тебя Искин, - давай вернёмся к этому разговору попозже, решил я, - напомни примерно через неделю, мне надо переварить эту информацию. Пока шашкой махать не тянет, следует вначале разобраться, как оно всё работает. Ломать, то оно конечно не строить, но эта хорошо налаженная система пока работает, и как я вижу, приносит неплохие прибыли.

Следующее помещение, где продолжилась моя экскурсия, оказалось отдельной лабораторией занимающееся имплантатами. Каждое поколение нейросетей имело на одну свободную петлю больше, петли позволяющие подключать дополнительные модули, усиливающие какой-то определённый параметр, имплантат на интеллект облегчал обработку массивов данных, имплантат на память хранение информации, был имплантат на скорость реакции, даже на ПСИ защиту было несколько видов имплантатов и на усиление ПСИ способностей.

– Если я правильно тебя Искин понимаю, то сейчас семья Самиэль в империи Аграф производит установку для желающих 12-го поколения нейросетей, а в Центральных мирах Содружества в продаже пока доступны только сети 11 поколение.

Искин согласился с моими рассуждениями.

– Да Селариэль, - сказал он, - информация верная, в исследовательской лаборатории, где мы были до этого, в разработке находятся испытательные нейросети 12 поколения, мной уже достигнут, значительный прогресс и оптимизация по некоторым показателям для этих образцов до 3%.

– Давай пока прервём экскурсию, что-то кушать захотелось, но перед этим проводи меня до личной лаборатории моего отца, гляну, что там есть, у меня ведь открыт туда допуск, - уточнил я.

– По праву полного владения вы получили полный допуск, - подтвердил Искин, - но той в лаборатории своя система безопасности, мне не подчиняющаяся, вам надо будет подтвердить свою идентичность и право доступа самостоятельно.

– Веди, - согласился я.

Снова длинные коридоры, нужен внутренний транспорт какой-нибудь, отдать, что ли приказ Искину поискать на складе и расконсервировать, подумал я, - чтоб по станции быстрее перемещаться, а то за день этих километров немало получается, я наматываю, туда, сюда бродя по станции.

Вход в лабораторию оказался после шлюза, соединяющего станцию Аграфов и станцию Джоре.

Двери открылись, потом закрылись за моей спиной, и ничего-то собственно тут в этой лаборатории и не было. Передо мной оказалось небольшое помещение, пара медицинских капсул, капсула реаниматора, капсула кибердоктора, в углу как потом я уже узнал, стоял утилизатор для отходов, несколько меддроидов не подключённых к общей сети станции, парочка ремонтных дроидов и робот уборщик неподвижно застыли возле стены.

После закрытия двери прошелестел голос.

– Вас приветствует личный Искин, сделанный по спецзаказу для семьи Самиэль, подтвердите свой допуск. Выдвинулась какая-то панель с изображение руки, куда как я понял надо её, руку приложить, тот же шелестящий голос стал равнодушно отсчитывать оставшееся небольшое время до самоуничтожения. Двери так и не подумали открываться, чтоб отступить из лаборатории, делать нечего, приложил руку, что-то легонько кольнуло палец.

– Тот же голос опять прошелестел, - приветствую вас Селариэль, - генетический код подтверждён, ваш допуск в лабораторию подтверждён и затих.