На костях
Шрифт:
– Понимаю, – отвечала Наташа в ответ, и глаза её сверкали языкам дикого огня так ярко, что даже колдунья испугалась, пусть и не подала виду – но нет у меня ничего более заветного, кроме желания моего быть с Ваней и заиметь с ним дитя расчудесное. Увы, соперница мешает, любит он её. И не хочу я приворожить его, ибо нет у меня иных соперниц. Оскорбила меня Злата, потому смерти её хочу страшной и мучительной. И чтобы перед гибелью слышала она в языках пламени моё имя и мой смех. Убей Злату, убей не жалея, я прошу!
– Хорошо, – вздохнула колдунья, – так тому и быть.
Свершила она ритуал, да отпустила домой. А как Наташа вернулась, то узнала, что в только построенном доме для Вани со Златой случился пожар, и та погибла. Жених в это время спасти любимую не мог, потому как на охоте был. А несчастная в огне погибла.
Самое ужасное, что в утробе у неё ребёнок оказался. Наташа, как об этом узнала, с трудом не подавала виду, что изнутри совесть разрывает, хотя в душе её буря бушевала. Несколько дней ни спать, ни есть не могла, да тихонько слёзы проливала, лишь бы не услышал никто. Тем более что ходили слухи, мол, она подожгла. Но так как в ту ночь Наташа, остановившись по дороге домой, ночевала в соседнем селе, и её многие там видели, любые домыслы на эту тему таковыми и остались.
Вскоре случилось то, о чём она мечтала. Как окончился траур, Иван спустя некоторое время сам к ней пришёл, руки попросил. Наталья, не раздумывая, согласилась. Так они начали жить вместе. Вот только быт их счастливым назвать язык не поворачивался.
Началось всё ещё на свадьбе. В самый разгар праздника услышала Наташа голос, доносившийся будто издали, но в общем шуме пиршества хорошо слышимый. Он постоянно звал её, более ничего не говорил.
Конец ознакомительного фрагмента.