Чтение онлайн

Мейт посмотрела на пустой стакан и подняла удивленный взгляд на Ше-Киуно.

– Бальке я дома не держу, – усмехнулся Ани. – Джаф сварить не успел. Вода из-под крана – это все, что я могу предложить.

Мейт взяла стакан и подошла к раковине. Ше-Киуно и Ири молча наблюдали за тем, как девушка открыла кран, набрала полный стакан воды, затем перекрыла воду, повернулась к ним, подняла стакан и очень медленно, не торопясь, глоток за глотком, будто смакуя, выпила. Ше-Киуно тихонько причмокнул губами, чувствуя, что, глядя на Мейт, тоже захотел пить. Мейт взглядом спросила его: «Хочешь?» – и Ани кивнул в ответ. Девушка снова повернулась к раковине, слегка наклонилась, узкое платье обтянуло ее крепкие бедра.

Ше-Киуно уперся руками в землю и выпрямил ноги. Спина и затылок прижались к деревянной стенке.

– Ма-ше тахонас, – почти беззвучно выдохнул Ани.

Ему все же удалось сесть. Хорошо, значит, дело пойдет. Он уже почти у цели.

Старый олух, нашел время любоваться девичьим задом. Хотя если посмотреть на дело с другой стороны – не на зад, а именно на дело, – то даже если бы Ани и не отвлекся на Мейт, шансов выбраться сухим из воды у него практически не оставалось. Да, теперь он понял, для чего Ири была нужна Мейт. Она послужила отмычкой, открывшей дверь квартиры доверчивого дурака Ше-Киуно. Пустил бы Ани в квартиру сального коротышку, заявись он к нему один? Разумеется, нет! В лучшем случае поговорил бы с ним через порог.

Когда в лицо ударила шипящая струя газа, Ше-Киуно автоматически откинулся назад и поднял руку с открытой ладонью, чтобы прикрыть глаза. Табурет под ним пошатнулся, и Ани едва не завалился на пол. Почувствовав, что задыхается, Ше-Киуно рванул воротник майки и, не в силах ничего сказать, уставился выпученными глазами на Ири. Ка-митар стоял на том же месте, что и прежде. Положив папку на угол, он уперся сжатыми кулаками в стол и тянулся вперед, как будто хотел коснуться своим носом кончика носа Ше-Киуно. Взгляд его… Да, теперь у Ани не оставалось никаких сомнений в том, что Ири сумасшедший. Впрочем, это уже не имело значения. Перекошенное судорогой лицо безумного ка-митара стало последним, что зафиксировало меркнущее сознание Ани.

Ше-Киуно провел ладонью по земле и застонал от боли. Если раньше, когда Ани только пришел в себя, он чувствовал, что тело затекло и сковано судорогой, то теперь казалось, будто под кожей рассыпано толченое стекло, – любое самое незначительное движение причиняло мучительную боль. Это не могло быть реакцией на нервно-паралитический газ, что брызнул ему в лицо Ири. Не иначе как ка-митар еще и вколол ему что-то, пока он был без сознания.

Выходит, это было банальное ограбление? Ну, пусть не такое уж банальное по замыслу и исполнению, но по сути – одно дерьмо. Интересно, что они унесли из квартиры? Деньги, рабунов сто пятьдесят в столе – вот и все сбережения ценителя и знатока антиквариата. Должно быть, грабители рассчитывали сорвать более солидный куш.

Так, что произошло, теперь более или менее ясно. Самое время разобраться с тем, где он находится. Судя по тому, что сидит он на земле, парочка грабителей вытащила его на улицу. Спрашивается, зачем? Странно было и то, что, находясь на улице, Ани ничего не слышал. Ни единого звука. Вообще ничего.

Ше-Киуно глубоко и протяжно вздохнул. В груди закололо, и Ани едва удержался, чтобы не закашлять, – тогда бы боль в клочья разорвала его накачанное химией тело. Что ж, хотелось Ани того или нет, нужно было открывать глаза.

Ани попытался приподнять веки, но у него ничего не вышло.

– Как это? – удивленно произнес вслух Ше-Киуно и поднял руку.

Пальцы коснулись плотной матерчатой повязки на лице. Надо же, а ведь он даже не чувствовал ее. Повозившись, Ше-Киуно распустил узел на затылке и стянул повязку с лица. Теперь уже ничто не мешало ему открыть глаза. Что он и сделал. И ничего не увидел. Сначала Ше-Киуно подумал, что глаза не привыкли к сумеречному освещению. Он подождал какое-то время, и, поскольку зрение не восстановилось, Ани пришел к выводу, что это следствие действия наркотиков, которыми его накачали. Все в комплексе – болит голова, тело ломит, кожу будто кипятком обдали, и в довершение всего он потерял зрение. Ани почувствовал страх. Настроение у него и прежде было далеко не радостным, но сейчас он испугался по-настоящему. Если даже вся эта история закончится для него благополучно, перспектива остаться слепцом представлялась удручающей.

То ли головная боль ослабла, то ли страх придал ему силы и вернул способность мыслить разумно, – Ани сообразил вдруг, что можно попытаться позвать на помощь.

– Эй! – хрипло выдохнул Ше-Киуно.

Получился не крик, а скрежет заржавевшей дверной петли.

Ше-Киуно кашлянул, чтобы прочистить горло, наклонившись, сплюнул между ног, несколько раз резко выдохнул, широко раскрыв рот, и только после этого повторил попытку позвать на помощь.

– Эй! – на этот раз голос прозвучал значительно громче и не в пример увереннее. – Эй, здесь есть кто-нибудь?

Тишина. Ше-Киуно вслушивался в нее так долго и старательно, что непременно бы услышал приближающиеся шаги. Хоп-Стах, куда же его завезли, если он не слышал даже отдаленного шума улицы? Должна же где-то неподалеку проходить улица?…

– Эй! – с отчаянием в голосе закричал Ше-Киуно. – Помогите! Кто-нибудь! – Подумав, он добавил: – У меня в кармане бумажник с деньгами!

Скорее всего ни бумажника, ни денег у него не было. Мало того, что Ани вообще не имел привычки класть бумажник в карман домашней одежды, следовало помнить и о паре грабителей, что, взявшись за дело, наверняка не поленились обыскать и карманы жертвы. Но, принимая во внимание присущую людям алчность, информация о наличии у пострадавшего денег значительно увеличивала шансы на то, что помощь придет. Увы, даже на столь откровенный призыв прийти и обчистить карманы никто не отозвался. Значит, нужно как-то выбираться самому. Ше-Киуно все еще верил в то, что он находится в городе, в каком-то незнакомом районе, в стороне от дорог, где-то на заброшенном пустыре. Нужно только добраться до тех мест, где ходят люди и ездят машины, где ему непременно помогут. Ну так вперед! – подбодрил сам себя Ше-Киуно, оперся рукой о стену и начал подниматься.

Больно было только поначалу. Должно быть, Ани и в самом деле долго пролежал без движения, в неудобном положении, мышцы затекли и болезненно реагировали на любую попытку заставить их работать. С третьей попытки Ше-Киуно все же удалось встать на ноги, но, когда он начал распрямлять согбенную спину, затылок уперся в горизонтальную плоскость, достаточно прочную, чтобы сразу же отказаться от попыток проломить ее головой. Ше-Киуно стоял на полусогнутых ногах, втянув голову в плечи, не в силах понять, что происходит? Где он находится? И еще один вопрос: что было нужно странной парочке, заявившейся к нему в дом под предлогом оценки антиквариата? Версия с ограблением теперь уже казалась Ше-Киуно несостоятельной. По всем неписаным правилам, в основе которых, как водится, лежит элементарный здравый смысл, грабители должны были бросить его на месте преступления. Обчистили квартиру и ушли. Убийство хозяина – тоже возможный, хотя и не самый удачный вариант. Но зачем было тащить его непонятно куда?

Ше-Киуно постучал ладонью по тому, что мешало поднять голову. Деревянная крыша. Или щит какой?… Заложник из него никудышный – ни наличных денег, ни счета в банке, ни родственников, которые могли бы скинуться и заплатить выкуп. Оценкой антиквариата Ше-Киуно занимался от случая к случаю, основным же источником доходов для Ани на протяжении вот уже многих больших циклов оставались деньги, что перечислял на его кредитку таинственный благодетель. Не иначе как тот же самый, кто регулярно, по мере необходимости, снабжал Ани ун-аксом. Началось это давно, задолго до того, как Ше-Киуно переехал на новое место жительства. И, признаться, он уже перестал задавать себе вопрос: откуда берутся деньги и лекарства? Он не находил объяснения происходящему и готов был смириться. Таинственный благодетель? Хорошо, пусть будет так. Чудо? Ани готов был поверить в чудо! В конце концов, что еще ему оставалось? Вызвать са-туратов, чтобы поймать того, кто клал ему в стол лекарство? Ну, для этого нужно окончательно спятить. Или все же признаться самому себе, что сошел с ума? Так нет же, не получалось – деньги и лекарство были реальными. Что, если Ири с Мейт – имена скорее всего не настоящие, но Ше-Киуно мысленно продолжал их так называть, – что, если парочка каким-то образом вышла на след его благодетеля? И теперь они рассчитывают, что он, этот таинственный меценат, заплатит за Ани выкуп? Но если так…