Чтение онлайн

И, согнувшись, Арам Михайлович пошел вперед. За ним последовали мальчики.

Не успев сделать и нескольких шагов, они остановились: ход раздваивался.

– Куда же нам идти? – задумался Арам Михайлович.

– Пойдем наугад – направо, – предложил Камо.

Учитель молча повернул направо.

Ход был низкий, и двигаться вперед им приходилось то на четвереньках, то ползком.

Проход мало-помалу светлел. Еще несколько шагов – и они вышли в новую пещеру.

Ребята не смогли сдержать восторженных восклицаний.

На краю пещеры, над пропастью, сидели две громадные птицы. Это были горные орлы – беркуты, самые крупные и сильные в семье орлов. У них были белые перья с темно-бурой «оборкой» на концах крыльев и черной – на хвосте. Мохнатые ноги были словно в штанах, тоже темно-бурых. Услышав приближение людей, орлы, тяжело расправив крылья, поднялись и слетели в ущелье.

В одном из углов пещеры, на выступе стены, лежали охапки хвороста. Из них, вытягивая горбоносые, на мохнатых шеях головы, выглядывали два орленка. Изумление и испуг отражались в их круглых темно-карих глазах.

– Гнездо орла, – прошептал Камо.

– Что же они не улетают? – спросил Грикор.

– Птенцы… Наверно, еще не могут.

– Постели, постели! Целая горка из тюфяков и одеял! – вскрикнул Камо.

Он бросился туда, но учитель удержал его.

– Не трогайте! – взволнованно крикнул он.

Руки у Арама Михайловича дрожали, а глаза горели необычайным блеском: находка, очевидно, была исключительно важной.

– Не трогайте! – повторил он.

В течение нескольких мгновений учитель стоял неподвижно. Казалось, он боялся, что малейшее движение сразу же нарушит порядок, столетия царящий в этой пещере.

«Горка» состояла из тюфяков, одеял, пестротканых покрывал, цветастых ковров. На земле перед ней был разостлан большой, толстый войлок, покрытый сверху ковром, а на ковре лежали подушки и мутаки [10] . Века назад на этом ковре сидели, по-восточному поджав ноги и облокотившись на мутаку. На ней сохранилось даже углубление.

Посреди пещеры Арам Михайлович нашел следы очага в нем остались зола, угли и кусок обгоревшего бревна, конец которого, выступавший из пещеры, и был виден снизу, из ущелья. Потолок и стены пещеры почернели от дыма.

– И здесь шашлык жарили, – мечтательно пробормотал Грикор, разглядывая очаг. – А шашлык запивали вином, да еще, поглядите, из какой кружки… Ну нет, после этого не называйте меня больше обжорой!

И в самом деле, кружкой, вероятно, пользовались великаны – такой она была громадной. Кружка эта была полна пестрых, блестящих бус.

– Ого, да это они оставили для Асмик! – обрадовался Грикор.

– И как это ты находишь самые интересные вещи! – не без зависти сказал Камо.

– Идите-ка сюда, ребята, – позвал учитель. – Посмотрите на эти кинжалы, большие-пребольшие, грубые. Их ковали местные кузнецы. Вот даже следы, оставленные молотом. Делали эти мечи наскоро, как попало, наверно тогда, когда уже шли сражения…

– Ох, поглядите-ка! – показал Грикор на какой-то предмет, весьма отдаленно напоминавший пистолет.

Это была широкогорлая короткая трубка с деревянной ручкой.

Глаза учителя загорелись:

– Дай сюда!.. Подумать только – пистолет, первое огнестрельное оружие!.. Армяне научились пользоваться им у арабов.

В то время как учитель был еще занят разглядыванием найденных предметов, Камо и Грикор подошли к гнезду орла. Выступ, на котором находилось гнездо, был довольно высокий. Камо, став у стены, сказал Грикору:

– Влезь мне на спину и попробуй достать из гнезда птенца.

– Укусит… Зачем нам орленок?

– Для уголка живой природы. Будем держать в клетке.

Грикор влез на плечи Камо и сунул руку в гнездо. Орленок раздраженно взглянул на мальчика и пребольно ударил его своим кривым клювом. Грикор взвыл и скатился вниз.

– Ой, укусил! – кричал он и тряс пальцем, залитым кровью.

– Эх, мужчина! Ну, становись, я влезу. Выдержишь меня?

– С трудом: больно тяжел ты. Да уж лучше твою тяжесть выдержать, чем от этих крылатых разбойников страдать.

Камо влез на спину Грикору, накинул шапку на орленка, схватил его и соскочил на землю. Крепко зажав крылья и клюв птицы, он начал разглядывать ее. Птенец орла был величиной с добрую курицу. Перья у него были такие же, как и у матери, но более светлого оттенка. Белыми были и «штаны».

Не успел Камо как следует рассмотреть птенца, как раздался сильный свист и в пещеру, словно буря, ворвалась орлица. Своими мощными крыльями она ударила Грикора и сбила его с ног. Камо успел отскочить в глубину пещеры, не выпуская, однако, из рук взятого в плен птенца. А учитель, размахивая какой-то заржавленной саблей, бросился на орлицу, клевавшую Грикора.

– Ой, съела, съела она меня! – вопил Грикор, уткнувшись лицом в землю, хотя орлица уже оставила его и вылетела из пещеры.

Теперь она в тревоге носилась у входа, а птенцы, высунув голову из гнезда, отчаянно пищали, по-видимому упрашивая мать не оставлять их без защиты.

Камо так закутал в куртку захваченного им орленка, что тот и голоса подать не мог, и орлица, не зная, что один из ее детенышей в плену, больше не нападала на людей.

– Ну, как дела? – смеясь, спросил Камо у Грикора.