Чтение онлайн

И вот мы в Москве, набились в раздевалку перед игрой со «Спартаком». Да в какую раздевалку! С мраморной плиткой, зеркалами с подсветкой, с кранами, оборудованными сенсорами, с фенами, комплектом полотенец каждому, душами с эффектом массажа и писсуарами таким, что страшно их осквернять своей провинциальной струей. Не раздевалка, а СПА-салон.

И тут до меня дошло преимущество нашей подвальной раздевалки: попадаешь туда — и сразу деморализован. Мы-то привыкли, а вот избалованные гости…

— Товарищеский матч, напоминаю всем и сразу — это хоть и товарищеская игра, все же игра не совсем товарищеская, — вывел меня из раздумий голос Сан Саныча. — Это — соревнование! Ясно вам? И если кто-то слишком устал на недавних тренировках, то лучше ему отдохнуть. А те, кто хотел бы потренироваться с товарищами — пусть идут и тренируются. С товарищами. Мы же должны играть. — Сан Саныч обвел всех взглядом, убедился, что прониклись, повернулся к доске и добавил: — С московским «Спартаком»!

Да уж, последняя неделя тренировок — это ад. Саныч все жилы из нас вытянул, домой мы приходили на четырех костях и сразу падали.

И вот «Титан» играет со «Спартаком»! Да любой мальчишка мечтал играть если не в числе спартачей, то против них — точно!

И Тирликас — молодец. Нет, молодец в квадрате. В кубе!

Никто другой не смог бы договориться о таком товарняке. Матч планировался просто бомбический. Интерес к игре был огромный, и правильно Димидко сказал, что это не тренировочная игра. Даже планировался выезд наших болельщиков, автобусы специальные были зафрахтованы, с активом договорились.

О схеме «Спартака», который уже не первый год пытался наиграть 4–3–3, переходившие при глухой обороне в 5–4–1, нам можно было не разъяснять. Футбол все смотрели, интересовались.

А вот у нас была практически новая команда, которая не сыграла еще ни одного официального матча. Вон, на магнитной доске фишки расставили и каждого обозначили. Это и хорошо: спартачи не знают, чего от нас ждать. И плохо: мы сами не знаем.

Итак, сходу: центр обороны новый. Появилось два новых защитника: прибалт Марк Круминьш и уралец Егор Борода. И в нападении новости. Вроде прижился и хорошо проявил себя на тренировках Сэм. И выходит, у нас привычные 5–3–2, да еще в запасе два скоростных нападающих. То есть можем играть с огромными Рябовым и Саматом, но при необходимости Димидко готов выставить небольших юрких Ведьмака-Видманюка и Цыбу, и это получится совсем другая игра.

Ну и ворота… Это — мое.

— Саня, не спать! — чисто для порядка напомнил Димидко. — Это «Спартак», в конце концов!

— Я не сплю, — парировал я. — Просто смотрю и думаю, какая же офигенная у нас команда!

— Вот! Офигенная. И все вы — офигенные. Так что выйдите на поле и офигенно покажите, что умеете. И повторяю: если что, сразу говорите — заменим. Все же игра товарищеская. Но не тренировочная!

На разминке попробовали поле. У «Спартака» оно теплое, с подогревом. И пусть на дворе легкий морозец, а трава — зеленая, грунт шипы держит, мяч скачет. Все условия для хорошей игры.

Мы потрусили на поле под крики наших немногочисленных болельщиков, я сбавил скорость и помахал им, отмечая, что трибуны высоченные, как бы наклоняющиеся над полем. Словно за границей играешь. И — ни свободного места, мешанина из лиц, рук, красно-белых мельтешащих флажков и флагов.

Народ соскучился по футболу, а у «Спартака» — самые преданные болельщики. Вон сколько их сегодня, орут: «Вперед, Спартак»!

В приметы я не особо верил, а штангу на удачу в начале игры трогал чисто по привычке. Но просто был холодок внутри, казалось, что только на везении вытянем. На моем везении.

Свисток — и пошла игра. Забегали, забегали, заборолись, смешались люди, кони, казахские богатыри. Но после минуты отчаянной борьбы «Спартак» крепко насел на наши ворота.

Есть у них такая фишка — атаковать сразу и быстро забивать.

Прессинг, прессинг, прессинг.

Такое ощущение, что наш центр просто не тянул против московской полузащиты. Очень много потерь и обрезов. Никак не могли успокоиться и войти в ритм. Клыков тупил, Левашов метался, в итоге оба сместились к защите, и Игнат вместе с ними!

Хорошо еще, что традиционно спартаковцы играли низом и в короткую передачу. Держали мяч и водились до последнего. Не били издали, не проверяли вратаря. Давили всей массой под рев стадиона — какая же тут акустика, блин! — продыху не давали.

Легкий снежок остужал разгоряченные лица. От голов шел пар в темное небо.

А мы отбивались.

Но вот спартачи расчертили поле узорами, разыграли на третьего, слепили пару стеночек, и выскочил все же Игнатьев на меня. Хорошо еще, что выскочил с фланга, с острого угла. Но ведь один! Оставили всю защиту за спиной! Вот тут бы ему забивать, но он то ли ногу не подобрал, чтобы прошить меня мощным ударом, то ли споткнулся на своем же стадионе, в итоге ткнул неуверенно в ближний угол.

Взял! Схватил мяч в обнимку, как родного, упал на траву, полежал до свистка. Пять секунд, а дал отдышаться народу.

— Саня! — тонко крикнул Микроб, перекрывая вой трибун. — Дай!

Дал.

Вышла наша фирменная комбинация с пасом вратаря, проходом левого крайнего и навесом в штрафную на здоровенных Рябова и Сэма.

Ну-у-у?.. И где?

А не прошло. Крутая у них полузащита. Как накинулись, как зажали, как отняли — и опять пас за спины.

Кто там справа отстает все время? Левашов, блин, Жеки на тебя нет!

— Да что вы ссыте? — заорал я. — Играем! Димон?! Вот я тебе звездюлей! На лавку…

Опять понесся с угла Игнатьев, но почему-то не ударил — прострелил вдоль ворот. А там уже их правый, который врезал от всей души. Я прыгнул, понимая, что не успеваю закрыть угол, но мяч со звоном отлетел от штанги далеко в поле.

Аж пот меня прошиб. А ведь уже второй голевой. Так, что ли?

И тут как будто чуть пригасили печь, на которой варилась спартаковская каша. Спартачи стали медленнее и спокойнее. Вроде мячом владели больше, больше делали точных пасов, но теперь — все время поперек поля или — своим защитникам.