Н 8
Шрифт:
Старый медведеобразный верг не соврал, когда описывал то место не слишком широким, но зато очень и очень длинным, тянущимся километры по обе стороны дороги.
Спускаясь с холма, под крутым углом направляясь к ложбине, что вела к виднеющимися за пригорками хозяйственными постройками, держа наготове автомат, я прислушивался к доносящимся снизу злым крикам и при этом внимательно оглядывал окрестности.
Тут все продумано до мелочей. Включая паутину бетонных изгибающихся дорог, дорожек и тропок. Многие из них давно заросли, но общие очертания проследить можно, чтобы представить, насколько обширным и дорогим было здесь некогда хозяйство обеспечивающее привольное житье зверушкам. Тут должны были трудиться сотни работяг. В том числе и те, кто занимался досугом решивших задержаться и перекусить туристов. Парковка – а ничем другим эта здоровенная бетонная площадка и быть не могла – могла вместить в себя до трех сотен машин. Я это знаю точно, потому что вижу несколько из этих машин – проржавелые уткнувшиеся в бетонку остовы, покрытые скорбной пылью. Они покоятся в том уголке парковки, что обращен к задней части явно служебных помещений. Можно предположить, что эти машины раньше принадлежали служащим. И кто знает по какой причине они остались гнить на стоянке.
За парковкой высился огромный гриб. Под его шляпкой десятки явно намертво закрепленных или даже влитых в пол столов и скамеек. Все это – даже издалека – напомнило мне жилую кляксу родной Окраины. В кляксах собирались усталые после работы гоблины, чтобы потрещать о том и о сем, находясь под приглядом Матери. И я вижу место, где под грибом должно было крепиться как минимум несколько небольших полусфер наблюдения – сейчас там пусто. В нескольких шагах от бывшей жральни расположено что-то вроде здоровенной гладиаторской арены, окруженной трибунами. Там видны остатки разноцветных декораций, какие-то фигуры на бетонных стенах. Еще дальше несколько улочек составленных из стандартных небольших построек не могущих быть ничем кроме как сувенирными лавками. Купи плюшевого слоненка – и поддержи природу, малыш!
А еще я вижу столб… Охренеть насколько высокий стальной столб, целая колонна, что поднимается над стоянкой, зданиями и дорожками. На столбе жирно намалевана отчетливо видимая цифра «2». Мы только что вышли к месту выполнения важнейшего системного задания. Осталось понять, как мне взгромоздить на него полусферу…
Но сначала…
Коротко кивнув ожидающему сигнала Каппе, я сделал еще шаг, опустился на колено и, вдавив спуск, обрушил на идущих по ложбине хренососов пулевой град. Первые несколько подарков я вдолбил в рогатую башку крайне злого на вид миноса в красных доспехах и сетчатым мешком голов за спиной. Замотав башкой, минос сделал несколько прыжков и рухнул, а я перевел огонь в сторону, выколачивая пыль из тупых гоблинов, что удивленно замерли, глядя на наши темные фигуры над их головами. Прежде чем они опомнились, мы выбили девяносто процентов их живой силы. Остатки бросились врассыпную. Пара придурков бросились в лобовую атаку, паля в никуда и оглушительно крича. Их добили дробовиками. Еще троих выковыряли выстрелами из-под повозок, заваленных трупами. Всего три телеги, причем одна в виде клетки с запертыми внутри десятком голых пленников.
Перезарядившись – и прислушавшись к таким же щелчкам и скрежету со всех сторон – я сбежал со склона и широко улыбнулся прижатому к решетке знакомому лицу, обрамленному окровавленными рыжими волосами:
– Умный Твентор. Как ты, ушлепок?
– Господин Оди – натужно улыбнулся Твентор – Я так рад вас видеть!
– Келлий?
– Мертв.
– Сука Петрос?
– Не знаю. Вытащите нас… прошу…
– Само собой – отмахнулся я и вбил пятку в горло хрипящего под ногами жирного ублюдка – Каппа. Выпусти их. И пусть валят к дороге.
– Да, лид!
С глухим рычанием лежащий ничком минос вдруг дернулся и начал вставать. Удивленно хмыкнув, я глянул на Рэка. Тот с готовностью сбегал к быку, радостно нацелил на его левый глаз стволы дробовика и вжал курки. Рога улетели в кусты, ополовиненный череп рухнул на землю, расплескав остатки мозговой жижи.
– Валите к дороге – повторил я рыжему, что уже вылезал из клетки, прижимая странно изогнутую правую руку к груди – А оттуда к Медвежьему Полю.
– Да… да… и спасибо…
– Прихватите с собой пяток дробовиков, может и ту винтовку взять. Мои помогут с перевязкой.
– Спасибо…
Уже не глядя на рыжего, я задрал голову и посмотрел на медленно спускающуюся повозку с драгоценным грузом.
– Баск?!
– Все в порядке, командир!
– Были сучьи следопыты?
– Шестеро! Разобрались!
– Хорошо. К той дороге! – указал я рукой и зашагал туда же, в то время как мои бойцы занимались делом. Перевязка уцелевших пленников, добивание врага, отрезание их голов, сбор прочих трофеев. Рутина.
А следопыты – я предположил, что основной отряд разбойников, что уничтожил силы чернобородого, не может не заинтересоваться пропажей части своих бойцов, плюс они не могли не услышать бешеную пальбу Белого Гиппо. Они наверняка пошлют гонцов. А те, в свою очередь, найдут место побоища, после чего пойдут по нашим следам, подпрыгивая от удивления. Зная это, я велел своим поставить стальную телегу боком, замаскировать ее и ждать. А когда явятся следопыты…
Значит, минос послал шестерых. Плюс здесь мы завалили стольких, что считать лень.
Минос мертв. Призм мертв. Гиппо мертв. Даже сучий дедушка гвоздарь Мясной Корень тоже сдох.
– Ну, Сэсил… тук-тук тебе в дверь – усмехнулся я, разжевывая четвертинку горькой таблетки и запивая медовой водой.
Прорвавшись через бездорожье, мы вывалились на край бетонной парковки и вдоль служебных зданий рванули к столбу, прикрываясь постройками от пока не начавшегося вражеского огня. Короткими жестами послав Каппу и Тигра на крыши, вытянул с натугой цепь с ключом и швырнул орку. Тот мигом взгромоздился на крышку контейнера, заставив потесниться Баска и Тиграллу. Остальные наши раненые перекочевали на трофейные мясные повозки и катились следом. Пока Рэк с руганью крутил неподатливые гайки, а Баск собирал уже открученное и водил одним из трофейных нечищеных автоматом по сторонам, мы продолжали движение, набирая скорость с каждым метром. Я задавал темп, перейдя на бег.
Я понимал – это последние минуты затишья.
Оставшимся на базе ублюдкам уже стало ясно, что произошло что-то нехорошее. Может даже очень нехорошее. Стрельба рядом, не прибывают свои с добычей и все такое. Но пока они не разобрались. Пока не выдвинули разведчиков, чтобы те глянули и доложили. Вот-вот появятся вражеские гоблины. И этих лупоглазых мы тут же должны встретить как полагается. А мы сука находимся на краю бетонного поля…
Бегущий по крыше мечник шарахнул из дробовика в находящийся с той стороны проход. Ему ответили рыдающим криком, на бетонку рухнуло окровавленное тело. Тигр прыгнул в узкую щель между зданиями, оттуда послышалось его рычанье и чье-то перепуганное жалобное блеяние. Встретился тигр с овцой…
Круто свернув, вынужденно уходя от прикрывающих нас зданий, я жестом приказал пятерым бойцам остаться и прикрыть Каппу с Тигром. Сам же, пропустив повозку с матерящимся гайковертом Рэком, сменил оружие, взявшись за чуток почищенную и пару раз даже опробованную снайперскую винтовку. Хотя… снайперкой эту хрень назвать трудно. Обычный винтарь с приделанной оптикой. Причем приделанной абы как. Тут пристреливать и пристреливать, подкручивать и подкручивать… но кое-куда попасть все же можно.
– Лид! – не отрываясь от работы, крикнул удаляющийся на повозке Рэк.