Чтение онлайн

— Тебе к врачу бы, — посоветовал Ковалев, но смолк, потому что открылась дверь, и вошел Денисов.

Поздоровавшись, он вручил мне телефон, я кивнул и сразу же уселся на стул, чтобы написать Сан Санычу Димидко. Но что писать? Что не мог связаться? Это какая ж должна быть причина? Черт!

И не виноват же ведь ни в чем, а ощущение, будто накосячил.

«Сан Саныч, привет. Вчера связаться не смог, приеду — объясню. Вернусь сегодня вечером или завтра — нужно подтянуть хвосты».

Отправив сообщение, написал Витаутовичу:

«Доброе утро, Лев Витаутович! У вас все хорошо? Прилетел вчера, но не мог связаться. Буду завтра или ближе к ночи».

Рядом уселся Денисов, я шепотом поблагодарил его, принялся писать парням. Сперва Микробу — что все у меня отлично. Потом Погосяну. Клыку. Левашову. Гусаку. Ветеранам «Динамо». Белорусам. Возрастным «титанам», перекочевавшим в запас. Сообщения не повторялись, я пытался сделать так, чтобы сообщения отличались.

Увлекшись, не заметил, как тренерская наполнилась, и Марокко поделился, что нас ждет приветственная речь генерала Ахметзянова и раздача слонов в присутствии репортеров центральных каналов. Продлится действо не дольше получаса, после чего начнется пресс-конференция.

Когда он смолк, Ковалев провел инструктаж, что можно говорить, чего нельзя. Можно — правду о матчах, включая нечестное судейство. Нельзя — превозносить Англию, шутить, потому что велика вероятность пошутить тупо, жаловаться друг на друга. И телефоны следует оставить в раздевалке — не дай бог начнут пищать!

В общем, все ясно: надо вести себя корректно.

— Ну что, товарищи, — Ковалев потер руки, — ходу!

Динамовцы поднялись и направились к выходу, я — тоже, но у самой двери меня перехватил Марокко, заглянул в лицо.

— Нерушимый, ты остаешься. Язык твой — враг твой. И наш.

Проходивший мимо Денисов остановился, прислушался к разговору.

— Обещаю не говорить лишнего.

— Ты уже много раз нас подвел. Сперва из-за тебя нам фанаты травлю устроили. Потом в Шотландии натрепал глупостей. Вчера так вообще самого себя превзошел.

— А сегодня будет не так, — отрезал я, и тут в разговор вмешался Денисов:

— Он меня предупреждал. Я предупредил вас, но вы не послушали. Он нужен на пресс-конференции, чтобы расставить все точки. — Денисов встретился взглядом с Марокко и с минуту они играли в гляделки. — Под мою ответственность.

Игорь положил руку мне на плечо и продолжил:

— Если он не придет, будут вопросы, на которые вы не сможете ответить, а его журналисты все равно достанут.

Скривившись, Марокко махнул рукой:

— Ладно. Ему-то все равно, он от нас уходит, а вот с тебя — спрошу!

— По рукам!

Мы поднялись в конференц-зал, где в проходе слева настраивали камеры телевизионщики, проход справа пустовал — видимо, его приготовили для высоких гостей. На месте трибуны полукругом выстроили двенадцать стульев, где стояли таблички с фамилиями — для основного состава и меня. Скраю слева уселся Марокко, справа — Ковалев. На нем были белые брюки, черная рубашка с короткими рукавами, черные туфли и белый галстук. Со шляпой он расстался.

Марокко ерзал и поглядывал на часы. До начала торжественной части оставалось пять минут. Ковалев тоже нервничал, вскочил, закружил по залу и включил кондиционер, потому что духота стояла несусветная — и это основная часть журналистов еще не пришла!

Меня больше волновало, что мне ответили парни и сдержат ли обещание, отпустят ли меня в «Титан». Пусть только попробуют кинуть!

Наконец время пришло, Марокко взял микрофон и проговорил:

— Доброе утро, товарищи! Меня зовут Максим Романович Костенко, я главный тренер московского «Динамо»… — Он рассказал о поездке «Динамо» в Англию в сорок пятом году и добавил: — Как и тогда, команда провела серию товарищеских матчей в Великобритании с теми же соперниками и вчера вернулась с победой, на родине футбола мы выиграли три матча из четырех! И все это — силами наших талантливых футболистов.

Он представил каждого, начиная с Полозенкова, рассказал о позиции и достижениях, а закончил Антоном и мной:

— Помимо Антона Бако, команда была усилена молодым вратарем из михайловского «Титана» Александром Нерушимым. — Я поднялся, обозначая себя, и сразу же сел. — Было бы нечестно умолчать об огромнейшем вкладе Александра в нашу общую победу. Кто-то знает этого молодого человека, потому что следит за стремительным взлетом «Титана», команды, которая в прошлом году из Второй лиги вышла в Первую и теперь движется вверх в турнирной таблице. А кто видит его впервые — запомните. Уверен, что скоро о нем заговорит весь мир. Слово предоставляется начальнику команды Алану Ковалеву.

— Как уже было сказано, матчи в Англии — товарищеские. Имиджевые. Мы играли за границей впервые за десять лет, и все это время на западе говорили, что футбола в СССР нет. А теперь благодаря нашим парням все узнали, что — есть! И мы непременно закрепим эффект, когда поедем в Европу! — Он взял паузу, хлебнул воды и продолжил: — Конечно же, главное спортивное событие не осталось без внимания, и у нас есть почетные гости. Приглашается Олег Самирович Ахметзянов, генерал-майор МВД.

Воцарилась звенящая тишина, я напрягся, глядя, как распахивается дверь и к нам направляется мой давний знакомый, генерал-лев. Теперь он был в форме, с орденами, а львиную гриву спрятал под фуражку. И хоть лет ему было около шестидесяти, передвигался он пластично, словно… лев.

— Доброе утро, товарищи! — поздоровался он голосом Левитана — все замерли, вытянулись, а дальше генерал продолжил в два раза тише голосом бархатным, располагающим к беседе: — Здравствуйте, наши герои-динамовцы! Как каждый гражданин нашей Родины, я смотрел ваши поединки с англичанами с замирающим сердцем, задыхался от возмущения. Вы не ослышались, это были именно поединки, и вы мужественно сражались — не ради себя, вы представляли Советский Союз.

Он приложил руку к груди и склонил голову.

— Спасибо вам от имени всех граждан нашей необъятной Родины!

Вот дела! Мне кажется, или этот одаренный особенно постоянно поглядывает на меня? Пару месяцев назад я хотел его убить, а теперь понимал, что все вышло очень даже неплохо, хорошо не уперся тогда, когда меня призвали.

Ахметзянов продолжил:

— Имею честь озвучить пожелание товарища Горского. Футболисты, которые нанесли сокрушительное поражение англичанам, должны носить офицерское звание. Отныне каждому из присутствующих будет присвоено звание лейтенанта.