Н -3
Шрифт:
– Свободен до дальнейших указаний – кивнул я.
Нимфа отыскала среди пластиковых ведомостей и отчетов небольшой колокольчик и коротко позвонила. Звук просто чудесный… и колокольчик выглядит очень дорого… очень по… эльфийски…
Вошедшей зеленой гейше не пришлось задавать вопросов – ей навстречу размашисто шагал сгорающий от нетерпения Рэк. Я же тихо спросил Баска:
– А ты чего?
– Не – твердо и спокойно ответил слепой зомби – Не надо.
Его голова едва заметно повернулась к Йорке. Я заметил. И нимфа однозначно заметила – на ее губах появилась легкая понимающая усмешка.
– А что сам командир? – спросила Копула – Чресла не лопаются, гоблин? Грамм сто хорошей выпивки, податливая послушная девочка мечтающая выполнить любой твой каприз… А всего один грамм нашей фирменной смеси вдохнет новые силы в твоего переставшего гарцевать скакуна… ну или неспешного пони…
– Грамм сто выпью – с готовностью согласился я – Еще рыбы было бы неплохо. А чресла в кресле. И им нормально.
– Предложила бы и мальчиков. Отдельно и вперемешку с девочками. Но ведь вижу – ты самец старомодный.
– Старомодный – кивнул я – Самому от себя тошно – в такие ведь прогрессивные времена живу. Но упорной тошнотворностью обеими лапами держусь за сияющее женское лоно. Баск… у вас с Йоркой увольнение. Отдыхайте. Я вас сам найду…
– В роскошной тринадцатой фиолетовой комнате – тут же добавила Копула, бросив на зомби короткий взгляд – Рыбу можете прихватить с собой и вас уже дожидаются напитки и самая настоящая большая мягкая кровать.
– Спасибо – коротко сказал поднявшийся зомби и безошибочно устремился на шум жарящейся рыбы.
Вскоре в покоях нас осталось четверо. Четверо живых и один мертвый. Я, нимфа Копула, мулат Элл, бьющаяся новая рыбина и застывший в клею дохлый извращенец. А нет… рыбина уже не бьется…
– Я сварю тебе суп из рыбьих голов. Будет остро. Жидкий огонь. Я постараюсь изо всех сил, бвана – не скрывая насмешки, оповестил меня мулат, опуская на плиту подобие глубокого котелка.
– Я тоже люблю слово бвана – усмехнулся я в ответ.
С благодарностью принял от нимфы наполовину полный янтарной жидкости фужер. Пригубил – обалденно. Крепко и горько. Уделил должное внимание фужеру – конической формы, длинная толстая ножка, массивное круглое основание. Элитной вещью бы не назвал. Где-то в глубоко в голове есть четкое осознание, что в жизни приходилось видеть куда более дорогую посуду. Но для здешних мест это несомненно предмет роскоши.
Роскоши… роскошной…
Нимфа сказала «в роскошной тринадцатой фиолетовой». Совпадение? Или показывает свою осведомленность?
Отхлебнув еще, покрутил головой по сторонам и спросил напрямую:
– Где?
– Кто?
– Внутреннее кольцо защиты. Любимый повар не успеет меня остановить даже игстрелом. Ты крутым бойцом не выглядишь. Так кто тебя прикрывает от наглого гоблина Оди?
– Не понимаю, о чем, гоблин.
– Еще раз солжешь столь явно – и наши добрые деловые отношения закончатся не начавшись. Я сожру супчик верного мулата, выпью с ним на брудершафт и свалю отсюда. Ну или сдохну в попытке.
– Не стоит так сразу выпускать коготки, милый – промурлыкала Копула – Ну что ты за мудак такой? Однажды котик может поплатиться за свою агрессивность и неумение вести хитрую беседу. Может я просто капризничаю и не хочу говорить? Я ведь девочка. А ты сразу такой весь из себя обиженный… весь такой ощетинившийся… Будь чуточку умнее – нимфа постучала ногтем по крышке, прикрывающей черепную фистулу – Напротив тебя не тролль сидит.
– Там прямо дыра? – поинтересовался я, глядя на фиолетовую хреновину.
– Нет. Сначала что-то вроде эластичной красной мембраны.
– Искусственной?
– Агась… именно искусственной. Тебя это удивляет? Много видел вокруг природного?
– Разве что рыбу и плуксов.
– Точно подмечено. Будешь спрашивать откуда рыба?
– Зачем мне это? Вопрос только в том откуда мальки – изначальное поколение. А так ясно, что вырастили сами. Искусственный – снова это слово – пруд создать несложно. Кормить пищевыми брикетами, следить за температурой и чистотой воды, поставить аэратор, обучить методом тыка и тюка пару трудолюбивых гоблинов, обеспечить охрану личного прудика, назвать каждую рыбку собственным именем и регулярно наведываться туда с умным видом для проверки личного рыбного стада. Ну и прогуляться заодно по стальному бережку, представляя, что бредешь по песочку…
– У тебя дерьмовый характер – заключила Копула и сделала большой глоток – От таких как ты рано или поздно избавляются. Не потому что ты можешь предать. Нет. Просто, потому что надоедает терпеть такого мудака.
– Всегда ценил откровенное мнение – признался я – Так что? Полусфера бдит за безопасностью первой леди Дренажтауна? Ну и за поваром заодно присматривает…
Я демонстративно смотрел на потолок – в центре висел большой светящийся шар. Довольно хорошо вписавшийся светильник. Функциональное украшение. Разве что размеры великоваты – как раз чтобы вместить среднюю полусферу наблюдения, несущую за стальным бортом пару игольников.
– Да – легко признала Копула – Мамочка приглядывает за мной. Она же сказала мне, что тебя можно не бояться. Ты верный и старательный. Мамочка сказала мне не бояться.
– Откуда у системы такая забота о блудной старушке? Дашь ответ?
– Я бесплатно не даю.
– А на платной основе? – заинтересованно подался я вперед – Как раз в чреслах зачесалось. Сколько за час?
Гулко захохотал мулат. Задумчиво изучившая меня нимфа, встала, сходила за бутылкой. Налила себе, плеснула меня, оставив бутылку на столике, ткнула в меня пальцем:
– У меня есть для тебя награда, гоблин. Она не слишком велика. Сочтем авансом за голову Понта, ладушки, милый?
– Я же сказал – так и так его убью.
– Ты хоть спроси, что за награда.
Вздохнув, вопросительно уставился на нимфу. Чуть помедлив, Копула широко улыбнулась и трижды позвонила в колокольчик. Едва затих третий чудесный звук, двери распахнулись и два голых амбала в прозрачных дождевиках затащили внутрь неистово бьющийся сверток. Уронили груз на пол, поклонились нимфе и вышли вон. Мычащий сверток продолжал трепыхаться на полу прямо как вытащенная из воды рыбина.