Чтение онлайн

– Ах ты, су..., - заорал главарь.

– Если вы не уберетесь из моих земель, я не буду столь милосердна, и перебью вас сверху как крыс, - срывающимся голосом крикнула я... Откуда им знать, арбалетных стрел у меня осталось всего десять, на всех бандитов точно не хватит...

Мужчина, зажимая рукой плечо, развернул коня и громко матерясь отъехал от замка. За ним потянулась и вся компания... Мы внимательно наблюдали за их перемещениями, оставаясь на стене почти до вечера, трясясь от холода и страха. Бандиты со злости подожгли пару домов. Жалко, конечно, но люди дороже. Мы организовали ночное дежурство на стене, хоть я и предполагала, что стена такой высоты, без соответствующего снаряжения неприступна (а у бандитов его не было точно), все-равно кое-какие опасения были. Банда оставалась в нашей деревне три дня. Но так как ни еды, ни одежды, ни мало-мальски приличных одеял и матрацев там давно не было, задерживаться в холодных, пустых домах мужчины не захотели. Обматерив нас снизу и пообещав еще вернуться и поквитаться, главарь убрался из долины искать более теплого приема. Мы не выходили за ворота еще неделю, закрывшись в замке и сидя тихо, как мышки. Слава богу, что оленина еще не кончилась, с едой пока было нормально, а колодец во дворе замка давал достаточно воды.

После этого события, я поняла одну вещь, стрелять в людей я тоже могу. И если будет нужно убить человека - смогу и это.

Тяжелая зима подходила к концу. Я по прежнему выезжала на охоту, рыская голодным взглядом по окрестностям, привозя то куропатку, то белку, то мешочек орехов. Бог хранил меня, или то были молитвы наших женщин и детей, каждое утро провожавших меня испуганными глазами на промысел. Мы выжили, а это самое главное... Правда моя маленькая свита была похожа больше на приведения, чем на нормальных людей. Я видя похудевшую изможденную Марту часто смеялась "Нам и затягивать корсет не нужно, мы и так шикарно изящны и стройны!"

В конце зимы мы решили уже не сильно экономить и решили проредить запасы варенья, отметив таким образом приход весны. Я пошла в кладовую за джемом, когда увидела в дальнем коридоре Сару, хрупкую угловатую девушку, нашу лучшую портниху. Она испуганно озираясь, поднималась по винтовой лестнице, ведущей в башню в восточном крыле замка. Я, тихо и незаметно последовала за ней. Хорошо, что Сара за собой не закрыла дверь на замок, потому, что зайдя в круглую комнату на башне, я увидела открытое окно и девушку, стоящую на подоконнике. Не думая, на одних инстинктах, я отчаянно прыгнула к ней и ухватила за край платья. Сара уже была наполовину высунутая из окна и балансировала на карнизе, не решаясь сорваться вниз... Я сильно обхватила ее за талию, втаскивая внутрь и упала на пол. Некоторое время я просто тупо лежала, тяжело дыша и пытаясь прийти в себя от пережитого шока.

– А теперь рассказывай, - прохрипела я.

Сара оказалась беременной. Причем отца ребенка она не знала, так как их, в течении двух дней, было пятеро, тех, кто насиловал ее той поздней осенью. Теперь я жалела, что не перестреляла хотя бы часть тех бандитов, когда была такая возможность... Сара рыдала, что теперь ее обесчещенную, с ребенком неизвестно от кого, никто не возьмет замуж, и все будут тыкать в нее пальцем и обзывать падшей женщиной.

– Замолчи, - грозно сказала я, - обещаю, что выгоню из замка любого, кто хоть мельком косо на тебя посмотрит. Ты не в чем не виновата. И ребенок не виноват. Все, кто находятся в моем доме, дадут мне клятву молчать. А чужим скажем, что твой муж погиб на войне, оставив тебя вдовой. И попробуй только еще раз вытворить что-то подобное - прибью сама.
– напоследок грубо заявила я.

Я в тот же вечер поговорила с женщинами, с каждой отдельно. Они все поклялись молчать, так как не только Сара подверглась насилию. Я сказала, что все, что было тогда, нужно забыть и выбросить как ненужный хлам из памяти, и жить дальше. И только от них зависит, какая это будет жизнь.

Снег потихоньку таял, неуверенно и медленно. Весна то наступала днем, растапливая лед и то сдавала свои позиции ночью. Очень хотелось тепла, зелени, солнца. Но настроение все-равно неуклонно ползло вверх.

Как то утром, я услышала звук гонга. Питер, наш маленький дозорный, стукнул в медный таз, это по нашему - к замку приближаются люди. Я, быстро поднялась на стену, сжимая в руках арбалет. Со стороны леса к замку приближался небольшой отряд. Медленно, тяжело ступая по еще высокому снегу. "На бандитов не похожи", - подумала я, разглядывая грязную, оборванную одежду, с остатками военных нашивок и эполет.

Мужчины оказались солдатами, они шли домой. Война закончилась. Наш король заключил перемирие и всех распустил по домам. "А что там с теми спорными островами?" - спросила я. "А черт его знает", - махнули рукой уставшие, измученные мужчины.

Мы накормили их чем смогли, перевязали раны и предложили переночевать. Они с радостью согласились. Утром ко мне подошел их командир, Дольф, и попросил разрешить ему остаться здесь, в замке. Дома все-равно его никто не ждал, своей земли у него не было и возвращаться ему было некуда. Я размышляла лишь мгновенье. И конечно согласилась. Пусть хоть один взрослый сильный мужчина будет в нашем женско-детском мирке.

Радостная новость об окончании войны осчастливила всех. Антонио бесконечно повторял, что вот-вот вернется граф и мы заживем... Чем нам здесь мог помочь граф я не знала, но не стала расстраивать старика...

Я почти забыла свою нелепую, абсурдную свадьбу. Занятая бесконечным выживанием, я не думала ни о чем, кроме своих женщин, детей, добычи еды, защиты нашего дома. Какой еще муж? Он был где то далеко, там, целую жизнь назад, в прошлом сытом благополучном мире, блестящий красавец, блондин с пронзительными синими глазами. От него замирало сердце и мурашки бежали по спине. Моя первая короткая любовь... Для меня он так и остался недосягаемой мечтой, яркой кометой, мгновенно пролетевшей на моем небосклоне и скрывшейся вдали. И что будет, если (точнее когда) он приедет в свой замок я думать не хотела. У меня еще было полно дел. Зима только закончилась и с ней окончательно закончились наши припасы...

Теперь я выезжала не одна. Со мной в лес шел Дольф. И за его широкой спиной мне было спокойнее. Вдвоем у нас получалось лучше. Он загонял дичь, которая с весной по-выползала из своих норок, а я с арбалетом поджидала в засаде. В первый же наш поход мы приволокли двух облезлых зайцев и куропатку. Мужчина порывался сам ходить в лес, но умел обращаться только со шпагой. После того как не смог попасть в тарелку на расстоянии двадцати метров из моего арбалета, я отвергла его идею.

Через замок нескончаемым потоком пошли потрепанные остатки армии нашего короля. Мы даже организовали во дворе выездную столовую, перевязочную и душевые под открытым небом. Выставили несколько столов, сбили скамейки. Весеннее солнышко пригревало, женщины перевязывали раны (на бинты я не задумываясь пустила простыни графини, пылившиеся в комодах), кормили голодных, измученных солдат. Многие уходили, но некоторые, так же как Дольф просили разрешения остаться. Я соглашалась, нам нужны были люди, охранники, землепашцы, работники. Пока все оставшиеся мужчины жили в столовой, по соседству с банкетным залом, там тоже начали топить камин. Дров теперь было предостаточно. Антонио недовольно бурчал, что я привечаю оборванцев, раздаю им одежду, кормлю... Но нам, ох как были нужны, сильные мужские руки. И по прежнему каждый вечер наша увеличившаяся армия садилась в банкетном зале и я читала сказки... И грубые мужчины, солдаты, прошедшие ужас войны, кровь, боль, слушали с раскрытыми ртами о приключениях доблестных рыцарей и всепобеждающей силе любви.