Мямля
Шрифт:
– Плавать не умеешь?
– Умею, но если дно не чувствую, психую.
– Спасательный жилет дам. Не утонешь!
Дав уговорить себя, Лелик напялил жилет, однако не поверив на слово, зашел в нем в воду и, только поболтавшись как поплавок, дал добро.
Азы виндсерфинга повторили урок на горных лыжах: юрист нервничал, падал и, накрытый парусом, уходил под воду, но выбирался и лез на доску снова.
В конец измотавшись, Лелик без сил выполз на берег, и заявил, что ему понравилось, он доволен и обязательно найдет прокат в Сочи.
– Смотри! – он радостно указал на баннер: «Виндсерфинг круче чем sex!» Верно написано! – и я понял, что с сексом у него так же как серфингом.
В следующий раз мы встретились уже осенью.
В октябре лето из Анапы ушло окончательно, задул норд-ост, море остыло, и я гадал, где перекантоваться до Хургады, куда улечу в ноябре.
Лелик часто звонил и, приглашая к себе, обещал люкс, харч в ресторане и водителя если нужно.
Понимая, что вопросов у него накопилось много и спокойно отдохнуть вряд ли получится, я собрался и поехал к нему в «Столицу».
Санаторий, построенный еще до войны с тех пор изменился мало и выглядел стремно. Территория его, зажатая городом со всех сторон, напоминала терренкур с крутыми лестницами и подъемами.
Бывший обкомовский люкс хранил на себе печать времени. Сервант с остатками недобитого хрусталя, ковры, телик «Рекорд», а в вазе на нем розочки из пластмассы В спальне – кровать а-ля Людовик XVI, стоящая здесь, по-видимому, с конца 80-х.
Конец ознакомительного фрагмента.