Чтение онлайн

– Все? – спросил Логан.

– Все. Что мне ответить… – юнец натолкнулся на взгляд Динки и замолчал.

Логан покрутил головой, словно у него вдруг занемела шея. Повернулся к Анджею.

– Скажи, что извинения приняты… нет, подожди! Скажу иначе. Дословно передать сумеешь?

– У меня отличная память.

– Тогда запоминай. Досточтимый и глубокоуважаемый, щедрейший и храбрейший, обласканный морем и небом, дорогой друг наш Йозеф! Иди к черту. Точка. Запомнил? Подпись: Логан Вайль.

– Как ты его? По гороскопу. – Логан хмыкнул. Огляделся. – У тебя курить можно?

– Друзьям – можно.

– Значит, меня ты своим другом не считаешь? Нет? Или я что-то неправильно понимаю?

Динка подумала.

– Ладно уж, кури, – смилостивилась она. – Насчет извинений – было здорово! Только мальчика жаль. Бедненький.

– Ты его, между прочим, первая зацепила, – заметил Логан. – У кашалотов – если, конечно, тебе интересно – зубы, а не китовый ус.

– Правда?

– Правда. В его возрасте это важно.

– А в твоем?

Логан склонил голову набок, посмотрел на Динку искоса. Глаза его смеялись.

– В моем важно уже немного другое.

– Угу, – сказала Динка. – Розы пачкой. Штук тридцать.

– Тридцать – это на похороны, – возразил он совершенно серьезно. – Девушкам обычно нравится, чтобы роз было на одну больше. Или на одну меньше… В общем, нечетное количество.

Динке потребовалось целая минута, чтобы понять, насколько Логан её бесит.

– Ты! – выдохнула она. – Ты!

Невероятно просто.

Логан улыбнулся и промолчал. Динка взбеленилась:

– И вообще, в честь чего ты принимаешь посетителей в моей квартире?!

– Опять кашалотик твой приходил, – сказала Динка.

– Зачем?

– Чай пил и жаловался. Никто его, бедненького не любит, никто не жалеет…

– А ты, значит, любишь и жалеешь? – Логан хмыкнул.

– А почему нет? Мальчик симпатичный…

– Только нудный.

– Ага, – согласилась Динка. – Спасу нет. И все баранки слопал. Закашалотил в момент… Слушай, Логан, а какое тебе вообще дело до моей личной жизни?

– Слушай, а чего они все к тебе ходят?

– А я у них, видишь ли, пророк, – сказал Логан. – Ну, не библейский, конечно… а как бы объяснить? – он приподнялся на локте, на Динкином голом животике очертил пальцем небольшой овал. Динка захихикала. – Вот представь: ты живешь в маленькой долине, окруженной горами. А здесь, – он нарисовал второй овал, побольше. – Здесь огромное водохранилище. Его хватит, чтобы затопить долину, и еще останется. Единственное, что этому препятствует – плотина. – Логан провел линию. – Видишь?

Динка представила: вода ревет, бьется о бетонную перегородку. А внизу…

– Ты, значит, плотина?

– К счастью, не вся. – Логан покачал головой. – Но, увы, я – самое слабое место в этой плотине. Эдакая усталость металла. Понимаешь?

– Не совсем, – Динка почувствовала, как по спине поползли мурашки. – То есть, ты вроде вредителя?

– Ну, зачем же. Как раз наоборот. Я ма-а-аленькая такая затычка, – пробасил Логан. Динка захихикала. – Ерундовина такая, что и не видно. Но напор воды настолько силен, что выдерни меня – и плотина разрушится в считанные минуты.

Он сказал это настолько просто, что Динке стало страшно.

– Как же так?

– Я и сам не знаю. Стечение обстоятельств.

– То есть, если ты умрешь…

– …ничего не будет, – закончил Логан. – Такая вот фишка.

– К-как? – не поняла Динка.

Логан вздохнул.

– Только я сам могу выдернуть пробку. Если захочу, конечно. Потому они ко мне и ходят. Убивать-то меня бесполезно.

– А… – у Динки пересохло в горле. – А уговорить?

Логан посмотрел на нее каким-то странным, изучающим взглядом.

– Курить хочу, – сказал наконец. – Теоретически? Да, можно.

– Вы знаете, что теперь будет, Логан. Мне бы не хотелось этого. Честное слово, не хотелось. – Голиков поднялся. – Вы мне даже нравитесь, господин Вайль.

– Дина, господин Голиков уходит.

Однако тот обернулся на пороге.

– Пророчество гласит, что пятьдесят седьмой из рода синих китов станет причиной падения Стены, – сказал он. – Вы – пятьдесят седьмой, Логан.

– Ну и что?

– А то, что мне плевать на пророчество, господин Вайль. Вы мне верите?

Логан медленно затянулся. Синий дым висел в воздухе.

– Я вам верю, господин Голиков, – сказал Логан. Выпустил дым уголком рта. – Только разве это что-нибудь меняет – ваше неверие и моя вера в ваше неверие? А? Как думаете?

– Ничего, – согласился Голиков. – Ничего не меняет. Потому что Йозеф Скшетуский верит. И остальные тоже…

– У него такие глаза странные, – сказала Динка, проводив гостя.

– Глубокие, словно дыры в черепе?

– Ага. Смотреть страшно.

– У некоторых из нас так бывает. Это… не очень хороший признак.

– Да уж наверное. – Динка хмыкнула. – И что это означает?

Логан поморщился.

– Как-нибудь в следующий раз расскажу. Договорились? Не слишком приятная тема.

– Люди-киты. По преданиям: сначала были люди-киты, потом люди-ящерицы… это, надо понимать, динозавры… потом теперешние люди. То есть, никакой мистики, если подумать. Обычная эволюция.

– Э? – Динка подперла щеку ладонью. – А как же магия?

– На самом деле, очень просто. Вот скажем, я вешу килограммов восемьдесят. Сколько, по-твоему, весит кит?