Шрифт:
«Этот плод графомании я посвящаю Дарье К., без существования которой я бы не написал этот рассказик. Спасибо ей за все (: »
ЧАСТЬ 1
I
Солнце медленно уходило за горизонт, на улице выл ветер, а свет уличного фонаря падал на пыльные окна музыкальной школы, в которой Ирина Викторовна твердила своим ученикам что-то непонятное. Нередко, объясняя ученикам очередную тему, она строила из себя педанта, кем совершенно не являлась.
– Итак, запомните: доминантсептаккорд имеет три обращения, первое строится на седьмой ступени и состоит из… кто помнит?
К наигранному удивлению Ирины Викторовны, никто не смог ответить на этот вопрос.
Человек она была немного странноватый, со своими причудами и необъяснимыми поступками. Такого мнения о ней были все: и ученики, которые каждый раз искали случай к ней подлизаться, и её собственный муж, влиятельный военный генерал маленького городка N. Переехали они сюда из Москвы ещё в начале двадцать первого века, и сразу же, не определившись со своей работой, Ирина Викторовна пошла работать в музыкальную школу. Приняли её сразу, даже не запросив каких-либо документов или диплома о педагогическом образовании, но её это нисколько не смутило.
Сама она одевалась по моде, ходила в своём вечно душном кабинете исключительно в какой-нибудь интересной обуви, будь это босоножки или зимние сапоги с каблуком. Ученики же заседали в бахилах. Большой вопрос у всех вызывала её манера чуть ли не каждый сезон менять свой мобильный телефон на какой получше, но с большой зарплатой мужа она могла себе это позволить. Насчёт внешности она была не сказать некрасива, но и ничего привлекательного в ней не проявлялось. Зато ногти для её возраста были довольно ухожены, да и сама она в принципе выглядела свежо.
До конца урока оставалось минут семь от силы. Возможно, эти семь минут были бы чем-то полезны, но в момент урок закончился, ведь в класс зашла «Новогиреевская Мадонна», «мозг всей школы» и «просто хорошая женщина», директриса Анжела Артёмовна. Как всегда, по одному и тому же жанру, придерживаясь своей социопатии и наплевательскому отношению к вещам, она прошла к столу и тихим, по её мнению, шепотом обратилась к Ирине Викторовне:
– Ирина Викторовна, ну что там по плану?
– Чего? – удивилась Ирина Викторовна, не понимая, чего хочет директор.
– Я говорю, что насчёт нового концерта? – ещё громче сказала директор. – Вы что, забыли?
– Да нет, нет, господи! Как я могла такое забыть? Я все помню!
Ирина Викторовна забыла все к чертям.
– Я писала на почту Джону Леннону с просьбой выступить, но он почему-то отказался. Точнее, никто не ответил.
– Это который из Роллинг Стоунс? – уточнила Ирина Викторовна.
– Вроде бы да. Вот беда, кого же пригласить на концерт? Желательно бы бесплатно.
– Можем попросить Хрюкина из пятой школы выступить, – предложила Ирина Викторовна. – Ну, это конечно не бесплатно, но три бутылки светлого стоит!
– Хрюкина? Этого пьяницу подзаборного?! – негодовала директор. – Помню я его, приходил на «Посвящение в первоклассники». Спил целый коллектив, испоганил рояль и закрутил роман с техничкой! Да ещё и золотая цепочка с моего стола пропала! Мало того, что цепочку стырил – бог с ней, пятьдесят пять рублей ей цена, так он ещё и натоптал в моем кабинете, что та же техничка потребовала доплаты к её зарплате! Видите ли, «лишний сантиметр за шиш я убирать не намерена!»
– Батюшки, да что вы говорите? – горячо выкрикнула Ирина Викторовна. – Это вроде бы не Хрюкин был!
– Да? А кто тогда? По-любому он, мне его воровская морда никогда не нравилась!
– Не знаю, но Хрюкин бы так никогда не сделал, он человек спокойный. Могу предположить, что это Василий Андреич.
– Он? Да не может быть… Хотя, он часто пьёт на рабочем месте…
– Сравнили вы его с ничем! – ещё громче выкрикнула учительница сольфеджио. – Да кто ж не пьёт на рабочем месте? Я смотрю, вы тоже любительница в свободную минуту отхлебнуть пару стаканов темного, да и у меня не простая вода в кружке стоит! Чего теперь, людей наказывать за это? Работа у нас такая, что поделать?
– Вы совершенно правы, Ирина Викторовна. Но то ли дело дебоширство, то ли нормальное поведение в обществе. Сиди себе, дуй на дудке, брякай на своей фортепиане, зачем хаос разводить? Вот теперь и гадай, кто тогда натворил такой беспорядок… Ладно, на педсовете я эту тему возьму за основу… но что с концертом-то?
– Ну я же вам сказала – Хрюкина возьмите!
Анжела Артёмовна постояла секунд пятнадцать, бросила взгляд на стакан с «простой водой» и с тяжелым вздохом ответила:
– Хорошо, но это слишком высокая цена для Хрюкина. Три бутылки светлого? Бутылку самогона – максимум, что он может получить.
– Это даже лучше будет! Я бы на его месте не отказалась. В любом случае, он не очень-то и привередлив.
– Вот и хорошо, после работы найду его номерок… Ах, Ирина Викторовна, заболтали вы меня! Пора бежать, мне бан в чате сняли…
Директриса мигом выбежала из кабинета доигрывать в свою любимую онлайн-игру. А тем временем ученики, что слушали этот базар двух умалишённых мадам, уже хотели идти домой, ведь покинуть этот зоопарк они должны были уже как шесть минут назад.
– Ой, а я вас задержала, – непонятно, с иронией, или с оправданием сказала Ирина Викторовна. – Итак, записываем домашнее задание.
После этой фразы стало ясно, что теперь ученики задержатся, в лучшем случае, еще на пять минут.
II
– Эх, чифирку бы! – протяжно сказал Василий Андреевич, сев в просиженное кресло что стояло в учительской. – Антонина Григорьевна, не сделаете ли одолжение?
– Эх вы! – сказала Антонина Григорьевна, та самая техничка. – Так уж и быть! Во времена моей молодости мой фирменный чифир был у всего села на ушах, знаете ли!