Чтение онлайн

— Продолжим? — спросил он. — Пересаживаться, наверное, не имеет смысла.

М. с улыбкой глянул на Бонда. Оба подумали об одном и том же. Итак, Дракс хочет сохранить сдачу за собой. Бонд пожал плечами.

— Не возражаю, — разрешил М. — Кажется, эти места приносят нам удачу.

— Пока, — заметил Дракс, приободрившись.

И не без основания, поскольку тут же он и Мейер объявили и сыграли «малый шлем» в пиках, для которого потребовались два фантастических импаса, оба исполненные Драксом после тщательно разыгранного спектакля с долгими колебаниями, вздохами облегчения и возгласами восторга.

— Ты просто бесподобен, Хаггер, — льстиво воскликнул Мейер. — Невероятно, как тебе это удается?

И тогда Бонд решил пустить пробный шар.

— Память, — сказал он.

Дракс резко вздернул голову.

— Что вы хотите этим сказать? — насторожился он. — Какое отношение имеет память к импасам?

— И игровая интуиция, хотел я добавить, — успокоил его Бонд. — Ведь именно эти два качества делают из игрока мастера.

— А-а, — медленно произнес Дракс. — Да, конечно. — Он сдвинул протянутую Бондом колоду. Сдавая, Бонд чувствовал на себе изучающий взгляд противника.

Игра шла довольно ровно. Карты приходили так себе, и никто не хотел рисковать. М. объявил, и успешно, «контру» против Мейера на неосторожной заявке «четыре в пику» и записал призовые, однако на следующей сдаче Дракс сделал железные «три без козыря». Таким образом выигрыш Бонда в первом роббере был компенсирован, н притом с лихвой.

— Кто-нибудь хочет выпить? — спросил М., сдвигая карты для Дракса перед началом третьего роббера. — Джеймс. Еще шампанского. Вторая бутылка всегда лучше первой.

— С удовольствием, — ответил Бонд.

Появился официант. Остальные заказали виски с содовой.

Дракс обернулся к Бонду.

— Не мешало бы немного оживить игру, — предложил он. — Сейчас мы сделаем еще одну сотенку. — Он закончил сдавать, карты аккуратными стопками лежали в центре стола.

Бонд посмотрел на Дракса. Изувеченный глаз отливал краснотой. Другой глаз был холоден, суров и полон презрения. С обеих сторон крупного орлиного носа блестели капельки пота.

«Уж не пронюхал ли он, что его сдача взята под подозрение», — подумал Бонд, но решил оставить Дракса во власти сомнений. Лишившись сотни фунтов. Бонд получил теперь прекрасный повод позже повысить ставку.

— На вашей сдаче? — спросил он с улыбкой. — Ну что ж, — продолжил он, как бы взвешивая шансы на воображаемых весах. — Согласен. — Ему пришла в голову мысль. — Но то же самое я обещаю вам на своей сдаче. С вашего позволения, — прибавил он.

— Хорошо, хорошо, — заторопился Дракс. — Если вам так не терпится отыграться.

— Вы так уверены в своем успехе именно на этой сдаче, — безразлично отмахнулся Бонд, поднимая со стола карты. Карты оказались хуже некуда, и ему ничего не оставалось делать как объявить «контру» в ответ на «один без козыря» Дракса. Однако на партнера Дракса этот блеф не возымел никакого действия. Мейер объявил «два без козыря», и Бонд облегченно вздохнул, когда М., недолго думая, сказал «пас». Дракс не стал поднимать выше «двух без козыря» и благополучно сыграл заявку.

— Благодарю, — сказал с издевкой Дракс и аккуратно записал очки. — Посмотрим, удастся ли вам отыграться.

К вящей досаде Бонда отыграться ему не удалось. Карта по-прежнему шла к Мейеру и Драксу, они сыграли «три в червах» и завершили гейм.

Дракс был доволен собой. Сделав глубокий глоток виски с содовой, он отер лицо пестрым платком.

— Господь помогает сильнейшим, — сказал он, смеясь. — Нужно не только уметь играть, но еще и иметь чем играть. Хватит или еще?

Бонду принесли шампанское, и теперь оно стояло возле него в серебряном ведерке. Рядом, на маленьком столике, стоял наполненный на три четверти бокал. Бонд взял его и, словно желая набраться храбрости, осушил. Затем вновь наполнил.

— Хорошо, — хрипло проговорил он. — Сотня на две следующие раздачи.

И тут же проиграл обе, а вместе с ними и роббер.

Вдруг Бонд понял, что потерял уже почти полторы тысячи фунтов. Он выпил еще бокал.

— Я думаю, будет проще, если в следующем роббере удвоим ставку, — выпалил он. — Вы не против?

Дракс сдал и теперь изучал свои карты. Его губы были влажны предвкушением. Он пристально посмотрел на Бонда, который, казалось, с трудом прикуривал сигарету.

— Идет, — быстро сказал он. — Сто фунтов за сотню и тысячу за роббер. — Дракс понял, что может теперь позволить себе толику спортивного азарта. Вряд ли теперь Бонд найдет в себе силы отказаться от пари. — Однако, похоже, у меня здесь имеется несколько счастливых билетов, — прибавил он. — Вы готовы?

— Да, да, — сказал Бонд, неловко подбирая карты. — Ведь я же сам предложил пари.

— Хорошо, — сказал Дракс удовлетворенно. — У меня — три без козыря.

И сыграл «четыре».

Наконец, к радости Бонда, и ему улыбнулась удача. Он объявил и сыграл «малый шлем» в червах, а в следующую раздачу М. сделал «три без козыря».

С веселой усмешкой Бонд посмотрел на взмокшее от пота лицо противника. Дракс с остервенением вгрызался в ногти.

— Сильнейшие, — сказал, дожимая, Бонд.

Дракс что-то прорычал и углубился в запись.

Бонд бросил взгляд на М.: тот, явно удовлетворенный ходом игры, подносил спичку ко второй за вечер сигаре, что было с его стороны неслыханным потворством собственной слабости.

— Боюсь, этот роббер будет для меня последним, — сказал Бонд. — Мне завтра рано вставать. Надеюсь, вы извините меня.

М. посмотрел на часы.

— Уже за полночь, — сказал он. — Как вы, Мейер?

Мейер, большую часть вечера просидевший безмолвным статистом с видом человека, попавшего в клетку к тиграм, казалось, был рад возможности улизнуть. Ему не терпелось вернуться в свою тихую квартирку в Олбани в общество так успокаивающей нервную систему коллекции баттерсийских табакерок.

— Ничего не имею против, адмирал, — быстро откликнулся он. — А ты, Хаггер? Не пора ли отправиться спать?

Дракс даже не удостоил его ответом. Оторвавшись от записи, он посмотрел на Бонда. Признаки опьянения были налицо. Влажный лоб, прядь черных волос, беспорядочно сбившаяся над правой бровью, хмельной блеск в серо-голубых глазах.

— Баланс-то неважный, — сказал он. — По моим подсчетам, вы выигрываете что-то около двух сотен. Конечно, если вы хотите закончить — это ваше право. Но не устроить ли нам напоследок этакий фейерверк? Утроим ставки в последнем роббере? Пятнадцать и пятнадцать? Историческая схватка. Я начинаю?