Чтение онлайн

Тогда его ждет полное разочарование: у моих родителей нет денег, чтобы выкупить меня.

— Так вы поспали? — снова спросил лейтенант.

— Немного, — ответил я, потягиваясь. — Где мы? Что за пустыня там внизу, под нами?

Он повернулся к шкафу, где хранилась еда, словно не слыша вопроса.

— Мы скоро сядем, — сообщил он.

Потом подал завтрак: апельсиновый сок, яблоко и чашку кукурузных хлопьев с молоком. А затем снова скрылся в кабине пилотов.

Я ел хлопья и смотрел вниз, на желтый песок. Из него, словно огромные кости мамонта, торчали белые скалы. Самолет немного снизился, и теперь по песку летела его серая тень. Потом ударился колесами о короткую посадочную полосу между двумя желтыми холмами. Толчок был таким сильным, что у меня из миски выплеснулось молоко.

Я увидел в иллюминаторе длинное низкое оштукатуренное здание аэропорта, а когда катились по взлетно-посадочной полосе, заметил выстроившиеся в ряд зеленые джипы, вооруженных винтовками солдат в коричневой униформе, маленькие группки людей в белых халатах.

Самолет с резким толчком остановился, и меня сильно бросило вперед. В дверях кабины появился лейтенант Генри.

— Прошу извинения за плохую посадку, ваше превосходительство. Посадочная полоса слишком коротка для такого большого самолета.

— Где мы? — сердито спросил я. — Зачем вы привезли меня сюда? И почему все время обращаетесь ко мне «ваше превосходительство»?

— Идемте, — сказал он, снова будто не слыша моего вопроса, и жестом попросил расстегнуть ремень безопасности.

Дверь салона открылась. В самолет хлынул яркий солнечный свет.

— Уверен, что генерал Рамир вам все объяснит.

Я расстегнул застежку пояса безопасности, но с кресла не встал.

— Я похищен? Да?

Лейтенант в первый раз улыбнулся. Его темные глаза весело блеснули, будто я сказал что-то смешное.

— Конечно, нет, — ответил он.

Лейтенант Генри вывел меня на яркий солнечный свет, и горячий сухой воздух опалил мою кожу. Пока мы спускались по металлическим ступенькам трапа, я закрывал ладонью глаза от ослепительного блеска.

Наши ботинки громко стучали по ступенькам трапа. Внизу нас встретили четверо солдат довольно сурового вида. Лейтенант Генри кивнул им, они ответили на приветствие, приложив два пальца к головному убору.

Стоя перед небольшим зданием аэропорта, я увидел толпу людей. Одни были в белых халатах, другие — в камуфляжных костюмах. Были люди и в пестрых рубашках и в таких же пестрых шортах.

Все они что-то приветственно кричали. Многие размахивали зелеными вымпелами. Рядом со зданием аэропорта играл небольшой оркестр.

— И все это ради меня? Это просто какое-то сумасшествие, — пробормотал я еле слышно.

В сопровождении лейтенанта Генри и четырех солдат меня провели через летное поле и подвели к большому черному лимузину, стоявшему в конце посадочной полосы.

Шофер в черной униформе склонился передо мной и открыл заднюю дверь громадного автомобиля. Солдаты тут же расступились.

— Садитесь, ваше превосходительство, — пригласил лейтенант Генри. — Генерал Рамир ждет вас.

Я почему-то колебался. Жаркие лучи солнца падали прямо на меня, но меня бил необъяснимый озноб.

Прилететь за миллионы миль от дома, подумалось мне. Зачем? Почему? И некуда убежать. Негде скрыться.

Пригнув голову, я заглянул в автомобиль. И на кожаном сиденье обнаружил крупного улыбающегося мужчину в полотняном костюме. С приятным загорелым лицом и вьющимися седыми волосами. С остатками темных волос на щеках и подбородке. И яркими темными глазами. Между ног он держал блестящую черную трость. На розоватом пальце правой руки сверкало кольцо с зеленым драгоценным камнем.

Мужчина махнул рукой, приглашая меня занять место рядом с ним.

— Добро пожаловать, ваше превосходительство, — сказал он хриплым голосом.

Я нагнулся к двери.

— Почему вы называете меня «ваше превосходительство»?

Я не мог больше этого выносить и взорвался

от злости и страха.

— Хочу немедленно увидеть родителей’ И я не сяду в автомобиль! Хочу поговорить с матерью и отцом прямо сейчас!

Улыбка генерала Рамира — а это был он — быстро погасла. Глаза померкли, и лицо потемнело.

— Я сожалею, Майкл, — тихо сказал он — Но ваших родителей уже нет в живых.

Я чуть не задохнулся и схватился за дверь лимузина, чтобы устоять на ногах.

— Что? Мои родители?.. Генерал Рамир грустно кивнул.

— Но… они только вчера привезли меня в аэропорт Нью-Йорка, посадили меня в самолет и…

— Вы имеете в виду семью Кларков? Эти люди — не ваши родители, ваше превосходительство, — объяснил генерал Рамир.

— Не мои родители?

— Они должны были сказать вам правду, прежде чем вы сядете в самолет.

Так вот в чем дело, эта записка!.. «Мы не твои родители». Были ли эти слова правдой?

— Но… мне… мне… — Я заикался, все еще держась, для опоры, за дверь лимузина.

— Заходите в машину, — пригласил генерал Рамир. — Я не причиню вам вреда. Вам нечего опасаться, Майкл.

— Залезайте, — повторил лейтенант Генри, кладя твердую руку на мое трясущееся плечо.

Я посмотрел назад, на здание аэропорта. Толпа все еще приветственно кричала. Развевались зеленые вымпелы. Оркестр продолжал играть бравурный марш.

Моя голова начала раскалываться от палящих лучей солнца, и мне показалось, что вот-вот я расплавлюсь от этой жары. Поэтому, глубоко вздохнув, я занял место на красном кожаном сиденье рядом с генералом Рамиром.

Дверь лимузина захлопнулась, и на меня хлынул поток прохладного воздуха от кондиционера.

Я повернулся к генералу Рамиру. Его элегантный костюм сверкал безукоризненной белизной. Генерал по-прежнему крепко сжимал обеими руками блестящую эбонитовую трость. Потом кивнул шоферу, и автомобиль покатился по посадочной полосе. Мимо оркестра и ликующей толпы.