Чтение онлайн

— Пеппер!

Он прокатал ее имя на языке, лаская его, словно ее саму. Наверное, как любовник, он принадлежит к тому типу мужчин, которые находят радость в поцелуях и нежных ласках. Еще до того, как его взгляд двинулся в заданном направлении, Пеппер поняла, что он предпочитает женщин с высокой и полной грудью.

Одна из льнувших к нему блондинок надула губки, не зная, то ли радоваться появлению Пеппер, то ли сердиться. Сделав вид, будто ее не существует, Пеппер перевела взгляд на длинные мускулистые ноги Карла в теннисных туфлях. Когда она вновь подняла на него глаза, на губах Карла играла откровенно сладострастная улыбка.

— Если хочешь проверить, правильно ли я подписал договор, буду рад посодействовать.

Блондинки захихикали, но Пеппер не переменилась в лице.

— Что проверено, то проверено, — сухо отозвалась Пеппер. — А я хотела удостовериться, что на тебе спонсорские туфли.

Карл Вайнер покраснел, как пойманный за шалостью мальчишка, и Пеппер погладила его по щеке, намеренно, но с осторожностью запуская коготки в нежную плоть.

— Настоящие женщины всегда предпочитают утонченность прямолинейности. Пока ты этого не понял, тебе лучше играть со своими прелестными куколками.

Спонсоры Карла занялись спортивной обувью недавно, и им необходимо было громко заявить о себе. Пеппер вычитала о них в одной из газет и сама пришла к ним, дав повод финансовому директору фирмы думать, будто он может взять над ней верх. Однако она быстро лишила его этой иллюзии, ибо уже работала с несколькими изготовителями теннисной обуви, которые не отказали бы ей в спонсорстве. Еще ни разу Пеппер не позволила своему клиенту принять предложение, не одобренное ею — вот и у этой фирмы было отличное финансовое положение, к тому же ее разработчики смоделировали туфли, которые в скором времени должны были вытеснить все остальные. И все-таки уверенная в себе Пеппер заставила финансового директора Алана Харта принять ее условия.

И сегодня он здесь.

Одно время ему казалось, что уложить Пеппер в постель достаточно просто, и до сих пор он никак не мог прийти в себя из-за своего поражения.

Для невысокой женщины Пеппер двигалась с поразительным великолепием. Когда-то один из мужчин сравнил ее походку с мощной поступью леопарда и одновременно с гипнотическим скольжением змеи. А ведь она ничего нарочно не придумывала. Ее походку выработали многие поколения независимых гордых женщин, живших до нее.

Алан Харт пристально следил за Пеппер, пока она переходила от одной группы приглашенных к другой, и не мог не видеть, как ее присутствие действует на людей. Что касается мужчин, то они тотчас признавали себя побежденными, ибо она пользовалась своей сексуальностью, как хирург — острым скальпелем.

— Интересно, какая она в постели…

Алан обернулся и без тени улыбки сказал подошедшему мужчине:

— Задира.

Тот рассмеялся.

— Это ваш собственный опыт?

Алан не ответил и вновь посмотрел на Пеппер.

Как ей все удается? Как ни из чего удалось построить мультимиллионную империю? Даже для мужчины, не достигшего тридцати лет, такое почти невозможно. А уж для женщины… По ее собственному признанию она получила лишь самые основы общего образования, не говоря об университете…

Алан отлично понимал, что чувствует. Мужчин всегда привлекают женщины типа Пеппер Майденес, особенно если собственная жена вполне довольна ролью зависимой глупышки. Он сделал ей двух детей и дал то материальное положение, о котором мечтает любая женщина. Частенько изменяя ей, он никогда особенно не задумывался об этом, как, не задумываясь, менял рубашку. Но если бы и задумался, то не стал беспокоиться. Из-за любовниц она его не бросит. Слишком многого ей пришлось бы лишиться. К тому же зарабатывать деньги она не умела, а Алан жестко следил, чтобы на руки она получала не больше, чем нужно на булавки. Ему и в голову не могло прийти, что уже три года его жена спит с одним из его ближайших друзей. Он этого не знал, а Пеппер знала.

Она ушла, едва получила то, за чем явилась на прием, — предварительное предложение спонсорства для одного из своих клиентов. Этот мальчик жил пока в нищенском районе Ливерпуля, но в один прекрасный день, по ее предположениям, должен был завоевать золотую медаль на беговой дорожке.

Предварительные переговоры закончились, и теперь начиналась бескомпромиссная борьба, в которой Пеппер не было равных.

На лондонском почтамте машина сортировала письма и, наполняя один мешок за другим, не забыла ни об одном из четырех писем Пеппер.

Начало положено. На шахматной доске реальной жизни фигуры заняли исходное положение.

Первый из четверых получил письмо в субботу в пятнадцать минут десятого утра. Хотя банк Хауэлла по субботам не осуществлял никаких операций, председатель совета директоров Ричард Хауэлл имел обыкновение пару часов проводить в своем офисе, разбирая почту и вникая в, возможно, небольшие недочеты, не замеченные им за неделю.

От Челси, где он жил вдвоем со своей второй женой, до банковской стоянки было всего полчаса езды. Служащий в униформе всегда оказывался на месте, чтобы впустить его. Гарри Роджерс работал в банке с конца Второй мировой войны, на фронтах которой потерял правую руку. В конце года ему предстояло уйти на пенсию, хотя он не очень этого хотел, несмотря на солидную пенсию. Ему нравилось работать у Хауэлла. Хотя бы потому, что он мог похвастаться этим, когда с дружками засиживался по пятницам в «Собаке и утке». Не было человека, не знавшего Хауэлла. Коммерческий банк прославился своим неожиданным расширением и, соответственно, доходностью под руководством Ричарда Хауэлла. В профессиональной прессе его приводили в качестве примера быстрого обогащения, и те корреспонденты, которые прежде называли его «отчаянным» и «счастливчиком», теперь писали, что у этого человека «дьявольски точное провидение финансовой ситуации, новаторское мышление и закалка борца». В последние годы Хауэлл стоял за спиной нескольких самых влиятельных дельцов Сити, и клиенты, которые к ним приходили, уже не покидали их.

Едва перевалив за тридцать, Ричард Хауэлл был так же неуёмен и энергичен, как в тот день, когда впервые переступил порог банка, разве что теперь он стал осторожнее и хитрее.

Его фотографии постоянно появлялись на страницах профессиональных изданий, а по прошествии некоторого времени — в колонках светской жизни популярных газет, которые освещали жизнь знаменитостей. Однако ни один человек, видевший эти фотографии, не узнал бы его на улице, потому что ни одна фотография не могла передать то невероятное внутреннее напряжение, которое отражалось на его лице. Ростом он не отличался, был всего пяти футов десяти дюймов. Прямые темные волосы, которые он стриг без особых изысков, и оливкового цвета кожа выдавали его еврейское происхождение.

Прошло уже довольно много времени с тех пор, как Хауэллсы англизировали свою фамилию и забыли о вере отцов. Они женились на представительницах английской аристократии, иногда даже высшей, но то в одном, то в другом семействе рождался ребенок — вылитый основатель империи Иаков Хауэлл.

У Ричарда Хауэлла было выразительное лицо аскета, но со слабоватым подбородком, зато в глазах насыщенно-синего цвета постоянно горел огонь сжигавшего его честолюбия. Он знал, откуда оно — это стремление бесконечно расширять свои владения. Его отец и дед тоже были честолюбивы, правда, каждый по-своему. К сожалению, отца его честолюбие довело до смерти! И теперь он занял его место.