Чтение онлайн

— А кто еще мог провезти гранатомет в Парагвай, кроме меня, — засмеялась женщина, — тогда Мануэль дал нам задание провезти в страну оружие для уничтожения диктатора. И участвовала я не в убийстве, а в справедливой казни диктатора. Можешь считать, что я немного отомстила и за твою погибшую семью.

— Может, это действительно был сомосовец, — подумав, ответил Бернардо, — но только странный сомосовец, садист какой-то.

— Кажется, дождь кончается, — высунула из беседки руку Инес.

— Кажется, да, — согласился Бернардо, — когда мы едем в Гавану?

— Через два дня, — подумав, ответила Инес, — у меня здесь небольшое дело. Кроме того, нужно нормально все подготовить. У меня в Гаване много прекрасных друзей.

Они и не думали, что во время этого дождя среди деревьев находился еще один человек, внимательно следивший за ними. Он не мог слышать их разговора, для этого он стоял слишком далеко. Но он видел их жесты, из взгляды, их прогулку. Это был Альфредо Баррос. И в его взгляде не было ревности или почти не было ревности. В его взгляде было любопытство.

Как только дождь несколько стих и оба «супруга» покинули беседку, направляясь к дому, Альфредо, выждав еще немного, поспешил к запасному выходу из сада, ключи от которого были только у него и у сеньоры Инес Контрерас.

Выйдя наружу, он поспешил к небольшому двухэтажному дому, стоявшему недалеко от большого дома. На первом этаже в одной из комнат его нетерпеливо ждал водитель машины, обычно перевозивший необходимые продукты из города на асиенду.

— Передай в Гавану, — сообщил Альфредо, — пока ничего выяснить не удалось. Буду информировать и дальше.

Водитель, кивнув головой, быстро выбежал из дома. Альфредо прошел в свою комнату и начал быстро раздеваться, чтобы переодеться в чистое белье. В этот момент из-за двери высунулась чья-то рука.

— В чем дело? — повернулся Альфредо. Он был в одних брюках. И тогда прозвучал выстрел. Альфредо успел заметить стрелявшего и удивился. И это было последнее удивление в его жизни. Стрелявший подошел ближе и сделал еще один выстрел, прямо в упор.

В последние дни были все время перебои с электричеством. Когда в очередной раз погас свет, он, негромко выругавшись, включил стоявшую на столе лампу автономного питания и принялся изучать очередное донесение.

«Наверно, опять авария, — подсознательно подумал он, — линии просто не выдерживают подобного напряжения». Вошла девушка-секретарь.

— Вам принести еще одну лампу? — спросила она.

— Нет, спасибо, ты не звонила, не спрашивала, что там случилось?

— Они говорят, что авария, но обещали скоро дать свет. Будут включать резервную линию.

— Хорошо. Позови ко мне Рамона и потом никого ко мне не пускай. Как здоровье отца?

— Врачи говорят, что будет лучше. Но пока никаких изменений.

— Если понадобится какое-нибудь лекарство, скажи мне.

Девушка благодарно кивнула и вышла. Хозяин кабинета неслышно вздохнул. Много лет назад, еще до рождения этой девушки, они вместе с ее отцом воевали в горах, делили одно одеяло на двоих. Тогда им обоим было по восемнадцать лет. С тех пор прошло уже более тридцати пяти лет, но он по-прежнему чувствовал себя молодым, готовым идти в горы в любой момент.

А вот его старый товарищ, кажется, резко сдал. Врачи считают, что у него практически нет шансов. Правда, по просьбе больного, об этом не говорят его дочери. Несчастная девочка надеется на лучшее.

Дверь мягко открылась, и в кабинет вошел Рамон.

— Вызывали? — спросил начальник отдела. Он сам выдвинул Рамона на эту ответственную должность. Несмотря на относительную молодость, Рамону было всего сорок два года, он успел уже побывать в составе интербригады в Анголе и отработать несколько лет в представительстве Кубы в ООН. По устоявшейся практике, под прикрытием дипломатических паспортов в этом представительстве работали кубинские разведчики. В шестидесятые годы в ЦРУ почти ежегодно планировали операции по физическому устранению Фиделя Кастро и свержению существующего режима на острове. Тогда приходилось работать в очень трудных, нелегких условиях.

Правда, тогда было и несколько легче. За их спиной всегда стояла самая мощная и самая многочисленная разведка мира — советская. Но теперь только приходится вспоминать об этих временах.

— Садись, Рамон, — предложил он. В кабинете начальника ДГИ было просторнее, чем в других комнатах. И светлее. Лампа у него стояла особенная, привезенная из Германии.

— Как у нас дела по твоим подопечным?

— Пока ничего, Альфредо передал через связного из Лос-Мочиса, что пока ничего установить не удалось.

— Не нравится мне это дело, — нахмурился руководитель ДГИ.

— Вы же знаете, товарищ Хосе, что мы держим это дело под своим особым контролем. С первого дня мы не выпускаем их из виду.

— Давайте еще раз проанализируем ситуацию, — предложил хозяин кабинета.

— Мы получили сообщение от нашего агента в ЦРУ, что русские готовят какую-то операцию с участием кубинцев. И почти сразу российское посольство предложило находящемуся на пенсии Мануэлю Вальесу прибыть в их страну якобы для лечения. Такое совпадение нас удивило, и мы решили взять под контроль передвижения Вальеса. Как мы и предполагали, ни в какой санаторий Мануэль не поехал. Видимо, решил вспомнить свои старые связи.

— Вы точно проверяли? Может, он поехал в другой сана-, торий?

— Он жил в Москве и через несколько дней улетел в Испанию. Вы же знаете, в ПРУ на него заведено целое досье. Они засекли его в Мадриде, и наш источник подтвердил, что Мануэль Вальес действительно был в Испании. Он встречался с женой своего погибшего племянника Рауля Вальеса — Инес Контрерас. Наш агент «Гвардеец» видел их встречу.

— «Гвардеец» — это Альфредо Баррос, — уточнил руководитель ДГИ.

— Да, это он. Очень исполнительный и точный человек. После встречи с Мануэлем неожиданно появляется супруг Инес Контрерас, некий Гильермо Урбьета. Мы все точно проверяли — такого человека просто не существует. Он никогда не жил в Гватемале и, судя по всем данным, является российским разведчиком.