Чтение онлайн

В конце концов раздается звонок в дверь, и Бриджит внезапно выглядит счастливее, чем я когда-либо ее видела. Она бросается к двери с голодным глазами, как будто это не она съела целую тарелку пасты с соусом “Альфредо” пару часов назад.

– Дай денег на чаевые, Сид. У меня их нет.

Она идеально подходит Уоррену. Абсолютно идеально.

Глава 13

Ридж

Сегодня я впервые приехал в дом Мэгги с той ночи, как мы расстались. Все немного странно, но могло быть и хуже. Уоррен всегда обладал магической способностью доказывать, что он более странный, чем любая ситуация, в которой можно было бы оказаться. И именно это сейчас и происходит. Он только что обыскал морозилку и холодильник Мэгги и теперь стоит на кухне, макая сырые рыбные палочки в шоколадный пудинг.

– Ты ешь ужасные помои, – утверждает Мэгги, открывая посудомоечную машину.

Я сижу на диване Мэгги и наблюдаю за ними. Они смеются, шутят. Мэгги убирается на кухне, а Уоррен все пачкает. Я обращаю внимание на больничный браслет, все еще прикрепленный к запястью Мэгги, и стараюсь не расстраиваться из-за того, что я нахожусь здесь. Но я расстроен. Я раздражен. Если она достаточно здорова, чтобы свалить из больницы и прибраться на кухне, то что я вообще здесь делаю?

Мэгги хватает бумажное полотенце и прикрывает им рот, пока Уоррен несколько раз хлопает ее по спине. В машине я заметил, что она сильно кашляет. Раньше, пока мы встречались, если я замечал у неё кашель, то клал руку ей на спину или грудь, чтобы почувствовать, насколько он силён. Но теперь я больше не могу так делать. Все, что я могу, это спросить ее, все ли с ней в порядке, и верить, что она не преуменьшает состояние своего здоровья.

Этот приступ кашля длится целую минуту. Наверное, сегодня она вообще не надевала жилет, поэтому я встаю и иду в ее спальню. Он лежит в кресле у ее кровати. Я хватаю жилет и генератор, к которому он прикреплен, и иду к дивану, чтобы подключить его в гостиной.

Она должна пользоваться им два-три раза в день, чтобы помочь скоплениям отделяться из ее легких. У больных фиброзом легких происходит утолщение слизи, которая затем вызывает закупорку основных органов дыхания. До того, как были изобретены эти жилеты, больные полагались на помощь других людей, которые похлопывали руками по грудине и спине пациентов несколько раз в день, разбивая тем самым всю мокроту.

Эти жилеты как палочка-выручалочка. Особенно для Мэгги, потому что она живет одна и у нее нет никого, кто мог бы помочь ей в этом. Но она никогда не пользовалась им так часто, как следовало бы, и это было главным яблоком раздора между нами. И думаю, что все по-прежнему так же, поэтому я здесь, подключаю его, собираясь заставить ее надеть жилет.

После того, как я его подключаю, Мэгги хлопает меня по плечу.

– Он не работает.

Я снова смотрю на генератор и включаю его. Ничего не происходит.

– А что с ним не так?

Она пожимает плечами.

– Он перестал работать пару дней назад. Я возьму его в понедельник и обменяю.

В понедельник? Она не может прожить без него все выходные. Особенно, если она уже кашляет так, как сейчас. Я сажусь на диван и пытаюсь понять, что с ним не так. Мэгги возвращается на кухню и что-то говорит Уоррену. По языку его тела и тому, как он смотрит на меня, я догадываюсь, что она что-то сказала обо мне.

– Что она говорит?

Уоррен смотрит на Мэгги.

– Ридж хочет знать, что ты только что сказала.

Мэгги смотрит на меня через плечо и смеется, потом поворачивается ко мне лицом.

– Я сказала, что ты не изменился.

– Да, и ты тоже.

Она выглядит оскорбленной, но, честно говоря, мне плевать. Она всегда пыталась заставить меня чувствовать себя виноватым за то, что я беспокоился о ней. Очевидно, ничего не изменилось, и мое беспокойство все еще раздражает ее.

Мэгги, кажется, разгневана моей реакцией на нее.

– Да, фиброз лёгких остановить практически невозможно.

Я смотрю на нее, удивляясь, почему она в таком дерьмовом настроении. Вероятно, по той же причине, что и я. Мы ведем те же споры, что и всегда, только на этот раз между нами нет отношений, на которые можно было бы опереться и смягчить наши чувства.

Я раздражен тем, что она сбежала из клиники, но теперь, когда она так неблагодарна за то, что мы здесь пытаемся помочь ей, мой гнев начинает расти. Моя девушка плакала, потому что я оставил ее, беспокоясь о нас, а теперь Мэгги ругает – издевается надо мной, хотя я и приехал. Ради нее.

Я не могу сидеть здесь и продолжать этот разговор. Я встаю и отключаю генератор, затем переношу все обратно в спальню. Мэгги и Уоррен могут и дальше есть свою жуткую смесь рыбных палочек и шоколадного пудинга, а я сяду в другой комнате, пытаясь починить жилет, который буквально спасает ей жизнь.

Я еще не дошел до ее комнаты, когда, обернувшись, увидел, что она идет за мной. Я ставлю генератор на стол и сажусь, придвигая стул ближе. Я включаю лампу рядом с креслом. Мэгги все еще стоит в дверях.

– В чем проблема, Ридж?

Я смеюсь, но не потому, что в сегодняшнем вечере есть что-то смешное.

– Что ты ела сегодня утром, прежде чем потеряла сознание из-за низкого уровня сахара в крови?

Глаза Мэгги сужаются. Я спрашиваю ее об этом, потому что она, вероятно, даже не может вспомнить. Черт, она, наверное, вообще не ела.

– Ты хоть проверяла уровень глюкозы с тех пор, как съела половину батончика королевских размеров?

Я вижу, что она вот-вот закричит. Когда она по-настоящему сердится на меня, она показывает жестами и кричит. Раньше это меня заводило. Сейчас я бы все отдал, чтобы иметь возможность наорать на нее в ответ.

– Ты не имеешь права критиковать меня за еду, которую я ем, Ридж. На случай, если ты не помнишь, я больше не твоя девушка.

– Если я не имею права вмешиваться в то, как ты заботишься о себе, тогда почему я здесь? – я встаю и подхожу к ней поближе. – Ты не заботишься о себе и в результате оказываешься в больнице, а потом звонишь Уоррену, плачешь и говоришь, что тебе страшно. Мы бросаем все, чтобы быть рядом, но как только мы добираемся до больницы, вы сваливаешь оттуда, не дождавшись выписки! Прости, но у меня есть дела поважнее, чем бегать за тобой каждый раз, когда ты ведешь себя безответственно!