Моя душа
Шрифт:
Лишь об одном так сожалея.
Он был пленён и заколдован,
О, той единственной, одной,
Что так осталась одинокой,
Так и не став его женой.
Он стал видением забвенным,
Лишь памятью пустой.
Теперь о нём напишут -"Пленный",
Потом о нём забудут вновь.
А он король, наследник трона,
Без сердца жил, с другою тая.
В забытых чувствах боль, и снова
О ней он думал умирая.
Аллея чувств…
Сегодня утром лёгкой тенью
Она была, была блаженна.
И вдоль аллей с чужой сиренью
Прошла угрюмо и надменно.
Не озаряя солнце тает,
Уж к вечеру подходит день.
И где она – никто не знает,
И тает временная тень.
Ей улыбнутся люди смело,
А кто-то мимо пробежит.
Где та забавная аллея
Цветов вчерашних колорит.
Она останется лишь в сердце
Того, кто адрес не спросил
Аллеи чувств – открыта дверца
Сиренью белой путь сложив.
Альма
Её глаза темнее ночи,
Как океаны, так полны.
И уши мягкие, ну очень!
Пушисты так, и так нежны.
Она, стесняясь, носик прячет
В подушку, рядышком со мной.
По снегу бегает и скачет
Смешной, кубышкой, озорной.
Она так лапу подаёт,
И смотрит прямо мне в глаза.
Хозяйку сразу узнаёт,
Когда иду издалека.
Она подруга, как иначе?
На свете нет столь идеальней
Чем моя верная собачка
Моя прекрасненькая АЛЬМА!
Аромат травы скошенной
Аромат травы скошенной,
Июльского солнца жар.
Меня все считали брошенной,
Только я сама ушла.
Журчанье ручья хрустального,
Дрожащие ветви берёз.
До чувства, почти идеального,
Чуть-чуть не хватило слёз.
Летнего ветра пение,
Безграничная синяя даль.
От любви осталось лишь тление,
И боль приглушает печаль.
Аромат травы скошенной,
Июльского солнца тепло.
Любовь так пришла непрошеной,
Не звал ведь её никто.
Ароматы цветов пряные,
Звездопадов июльский дождь.
Чувства в клочья рваные,
И тёплая нежная дрожь.
Караваны седых облаков,
И лугов осветлённый пожар.
Все считали мою любовь
Похожей на сказочный дар.
Аромат травы скошенной,
Крыльев взмах не спеша.
Меня все считали брошенной,
Только тогда-Я ушла.
Ах, если бы умели мы прощать
Ах, если бы умели мы прощать,
Каких ошибок мы могли бы избежать.
И не по ком нам было б горевать,
Не зная, как вину свою признать.
Ах, если бы умели мы прощать,
Безропотно и страстно целовать
Тех, кто хотел на нас плевать,
И руки их безвластно так держать.
Ах,если бы умели мы прощать,
И не пришлось бы может воевать
За чувства, что не расковать,
За душу, что не может воскрешать.
К чему теперь усердно рассуждать
Какими мы могли бы стать.
Бескрайне будем мы страдать.
Ах, если бы умели мы прощать.
Бездомница
Красавица, чья беззаконница?
То ли чья-то, а то ли ничья.
Нынче она покойница
От руки одного палача.
Странная встреча запомнится,
Не забудется это свидание.
Нынче она бездомница
И раба…Оттого и молчание.
Белое платье надето
Белое платье надето,
И вокруг чужеродная гладь.
В это гламурное лето
Ты сегодня боишься ступать.
Свечи горят лениво,
Переплетая дни.
Душа так больна и ранима,
Сгорая, дарует сны.
Белое платье надето,
И тянется шлейф за спиной.
Километрами тянется лето
Души мёртвой по глади земной.
Белый парус оживает…
Устало ветер дышит
Сквозь седые паруса.
Кого-то снова ищет,
И вновь теряет навсегда.
Кого-то тайною скрывает,
Кого-то прячет за спиной.
И белый парус оживает
Над гладью с синею волной.
Бежит волна, сменяя краски
На переливы и закаты.
И сквозь ветра безликой масти
Слова звучат уж простовато.
Устало ветер засыпает
Прозрачной тенью над водой.
Один лишь парус подгоняет,
Всё тот безликий и седой.
Бог с тобой
Уйдёшь сегодня тихо,
Ни слова не сказав.
Скандала не будет и крика,
Прочтённых давно в книге глав.
Не обернусь, не заплачу,
Не побегу за тобой.
Если я ничего не значу,
Что же, Бог с тобой.
Не упаду к ногам,
Не буду умолять.
Если не любишь меня,
К чему же заставлять.
Уйдёшь, не позову.