Моя девочка Его!
Шрифт:
— Это был развод, — вдруг добавляет Андрей. — Я просто хотел узнать, насколько ты важна для него и на что он пойдет ради тебя.
— Это бред! — бросаю, не сдерживая нервного смешка. Какая там важность! Арс просто хочет вернуть свою игрушку!
— Нет, не бред. Поскольку изначально он был готов подписать документы и отдать свою долю… Но потом начал свою игру…
— Одной фирмой меньше, одной больше! Почему бы и нет! — язвлю, понимая, что несколько процентов ничего не изменят в жизни Багирова. Он достаточно богат, чтобы сделать немного глупых обменов.
— Если бы… Багиров никогда не берется за дело, которое не имеет смысла. Сейчас он воюет за фирму отца, акции которой он распродал в тот момент, когда Арс был за границей. Дело принципов, родственное начало — это многое значит для него.
От его слов в груди стало как-то тесно. Сердце с болью сжалось. Неужели Арс готов был отказаться от своей доли, отдать то, что когда-то принадлежало ему и было столь важным… ради меня?!
Мне было трудно в это поверить… Легче думать о том, что фирма его отца все же не настолько ему важна. Но все равно эта информация зацепила меня, посеяв сомнения.
«Ничего не изменится! Это ничего не решает!» — мысленно давала себе указания, не позволяя возрождаться в своей голове всяким глупым убеждениям. Тем более сделка ведь не состоялась, подпись он не поставил!
— Так почему не завершил начатое, если был так близок? — спрашиваю осторожно. Мне хотелось знать, что произошло дальше.
— Зачем малость, когда можно добиться большего? — следует с ухмылкой. — Тем более я нашел другой выход получить больше акций интересующей меня фирмы. Нас ведь трое крупных владельцев! — напоминает, и я вспоминаю о третьем акционере, который имел больше двадцати процентов.
— Что ты думаешь делать?
— Завтра у меня встреча с Жировым. Он назначил ее сам, предложив покупку акций на выгодных условиях. Ты поедешь со мной на встречу как моя жена. Если сделка состоится и я получу эти проценты, то в моем распоряжении будет больше акций, а значит я стану лидером. Остальным или придется продать мне свою долю, или идти под моим правлением, а поскольку Багиров на это точно не согласится, ему останется только отказаться от фирмы. Но тогда уже я предложу ему самые ужасные условия и сумму… Он окажется в минусах и потерпит свое первое поражение. А этого он не любит.
Я слушаю все молча, но в голове у меня целый сумбур из мыслей. Ненависть — большая сила, и мне, наверное, этого никогда не понять. Я бы осудила Андрея за его девятилетнюю вражду, но сама знаю, что от этого не так легко избавиться. Просто, когда нет того, кто бы тебя остановил или навел на путь истинный, трудно взять себя в руки. Девять лет Андрей горел этой местью, ведь сестра была важна для него, и, с одной стороны, я понимала его. Но с другой стороны… Там Арс. А я почему-то еще надеялась, что в истории со смертью Яны он не играет ключевую роль. Мне не хотелось его оправдывать в своих глазах, искать другие ответы, правду, но ничего не могла поделать с этим. И это самое ужасное в моем состоянии…
Глава 17
Ну вот! Я опять попала в очередную неприятность! Страх быть вновь порабощенной, закрытой в неволе, в руках еще одного негодяя подтолкнул меня на ужасную авантюру. Месть Багирову… Нужно ли мне это? Изначально я согласилась на это сугубо для своей безопасности. А потом, когда узнала степень ненависти Северова к Багирову, мне захотелось быть в курсе его планов, узнать всю историю и то, что грозит Арсу. Просто так… Для себя. Не больше. К счастью, Андрей не умеет читать мысли и не может почувствовать мое состояние, поскольку сразу бы раскусил меня.
Иногда инстинкт самосохранения заставляет делать необдуманные поступки, и мой случай именно тот. Я согласилась на его условия спонтанно, потому что догадывалась, что меня ждало бы, если бы отказалась. Ведь помнила о его угрозе моей семьей. Я помнила о его постоянной лжи… Самостоятельной игре. И даже о том, что он ублюдок.
Северов оставил меня, как только убедился, что я приняла правила игры и полностью на его стороне. По-другому и быть не может, ведь он был свидетелем нашей встречи с Багировым, видел, как сильно его боюсь и ненавижу. А я уже и не знала, кто из них хуже. По мере того, как узнавала Северова, мне казалось, что он сущее зло, которое еще не полностью себя раскрыло. А Арс… Его поступки злят, но то, что он дал мне выбор, все же подкупило меня.
В офисе, когда мы смотрели друг другу в глаза, я видела в нем что-то подобное на раскаяние, желание действительно все изменить, объясниться, начать с начала, но… Блин, каждый раз, когда в мое подсознание приходило это понимание, перед глазами сразу возникало искореженное от злости лицо Марины, а присохший, тоненький рубец от пореза на шее до сих пор пощипывал от боли, когда я поворачивала голову то влево, то вправо.
Ничего не будет… Раскаяние, желание все исправить и прочее ничего не изменят. Он женат, из другой вселенной, к которой я не принадлежу. Об этом нужно помнить. Всегда.
Мысленно давая себе наставления, все равно тянусь рукой под подушку и нащупываю телефон. Как только обхватываю его пальчиками, он начинает вибрировать, сообщая о еще одном входящем смс. Безопасно ли читать его в спальне? После найденной камеры уже было не так спокойно, поэтому, слегка приподняв подушку, читаю сообщение, закрывая обзор со всех сторон:
«Северов не тот, кому можно доверять. Я не буду спрашивать, о чем вы говорили, поскольку знаю, что ты мне не скажешь. Просто будь осторожна».
Его слова дают мне понять, что слежка за мной продолжается. Он не слышит меня, но видит точно. Уже легче, но все равно злит. Возможно, в комнате есть не только камеры Северова, но и Багирова.
Нервно оглянувшись по сторонам, решаю не рисковать и вновь прячу телефон под подушку. Как только это делаю, приходит еще одно смс:
«Не волнуйся, Северов видит шаблоны с твоим перемещением, которые периодически меняются. То, что сейчас происходит в твоей спальне, известно только мне», — якобы успокаивает он.