Моя девочка Его!
Шрифт:
— Мы сделаем это в твоей квартире, — отвечает, и мое сердце сжимается от волнения и боли.
Я не хотела умирать, лишаться своей прежней жизни, но не видела другого выхода, если Северов говорит, что Арс настолько ужасен. Возможно, позже смогу вернуться обратно и все наладится. Арс забудет меня, потеряет интерес и, кроме того, не будет преследовать!
— А как же моя мама и брат?
— Я позабочусь о них как твой друг, — заверяет.
— А люди, которые живут рядом? Пожар не повредит им? — взволнованно.
Андрей ухмыляется, вновь посмотрев на меня внимательным взглядом.
— С таким настроем: думать обо всех кроме себя — в жизни ничего не добьешься! — бросает.
— Мне нужна только свобода и все! Я не хочу жить и знать, что из-за меня пострадали люди! — настаиваю.
— Хорошо, я позабочусь о том, чтобы в соседних квартирах никого не было. Значит, ты согласна? — уточняет.
— Возможно. Но есть еще одна деталь… — добавляю, нервно заламывая пальцы. Если Андрей берется мне помогать, значит, он должен знать правду, чтобы не подставлять его. — Багиров востребовал меня себе как суррогатную мать… Мы заключили контракт. Он спас моего брата, дал ему сердце, а я должна родить ему ребенка. Контракт заверен документально, с печатью и моей подписью. Это может стать проблемой? Если вдруг он узнает, что я жива…
Эта информация заметно удивляет Северова, но лишь в первые несколько секунд. Затем на его губах появляется легкая ухмылка, которая мне совсем не нравится.
— Так вот в чем дело! — бросает, на мгновение замолкнув. — Хорошая сказка для тебя… Вряд ли он настолько хотел ребенка…
— Он хотел его для своей жены! — объясняю.
— Не-ет! — тянет коварно. — Марина ему, как ненужный груз. Он просто дал слово ее отцу, вот и все…
— Он любит ее, я видела… — настаиваю, но сама была в этом не уверена.
— Ему плевать на нее! Знаешь, сколько у него шлюх? На каждый день новая…
— Тогда зачем ему я? Зачем было это все?
— А вот это и мне интересно, — отвечает хрипло, делая глубокую затяжку. — Есть один выход, которым мы воспользуемся в том случае, если план с твоей смертью не сработает!
Я уже не спрашивала, что это за «выход». Его варианты меня пугали, и на этот раз не ошиблась.
После длительной паузы Северов одарил меня пронзающим взглядом и сообщил:
— Изменим тебе имя… Станешь моей женой, но знай… Ты будешь моей настоящей женой, полностью исполняя свой супружеский долг!
«Если только инсценировка смерти не прокатит», — напоминаю, успокаивая себя этими мыслями.
Покамест мы просто попробуем первый вариант, а потом… Возможно, я просто уеду прочь и все! Мне не нравился Андрей как человек, я видела в нем притворство и ложь, но он мой единственный шанс, а без него я не знала, что делать и как справиться с возникшей ситуацией. Если он защитит мою семью, поможет мне, возможно, все разрешится! В противном случае меня ждет ярость Багирова и угроза умереть от руки его жены! Лучше, когда принимаешь решение сам, и я выбираю менее опасную сторону.
— Изменить имя — отличный вариант, но насчет супружества… Я считаю это лишним, — отвечаю несмело.
— Лишнее это или нет, покажут дальнейшие события! А пока мне нужно что-то от тебя, какая-то вещица, которая не сгорит в огне, — сразу переходит он к делу, и машинально я прикасаюсь к кольцу на среднем пальце, которое досталось мне в память об отце. — Это подойдет, — продолжает Северов, заметив мой жест.
— Это подарок отца…
— Самый лучший подарок отца — твоя жизнь, и я думаю, он будет больше рад, если ты живой и останешься! — бросает, самостоятельно снимая с меня кольцо. Я не могу сдержать слез от боли и огорчения.
Меня вообще вся это ситуация жутко напрягала. Северов не давал мне времени, чтобы как следует подумать, постоянно знал ответы на все мои вопросы или возражения, а еще мне казалось его поведение странным. Зачем ему терять время на меня? Зачем меня спасать? Что-то мне не верится, что это из благодарности за попытку спасения его друга. Разве у него нет дел важнее?
Но меня подкупали его слова и уверенность, а я хотела свободы и просто жить, несмотря на то, что, вспоминая Арса, мое сердце предательски щемило в груди. Я слишком долго была с ним… А он слишком глубоко проник в мою душу… Во всем винила самонакручивание и страх, но все равно где-то глубоко в своем подсознании понимала, что все это совсем не то, что было на самом деле!
— Мои люди отвезут тебя в мой дом. Пока я займусь твоей смертью, будешь ждать меня там. Потом решим, что делать дальше! — говорит Андрей, внимательно наблюдая за моим состоянием. А мне было так плохо… Уже ничего не хотелось, и я не могла понять почему. — Не плач, — вдруг просит Андрей, затушив окурок в пепельнице и приблизившись ко мне. Его рука прикоснулась к моей щеке, большой палец смахнул выступившую слезинку. — Я позабочусь о тебе… У тебя будет много других колец. Все, что пожелаешь…
К чему эти слова? К чему эти прикосновения и взгляд?
Я резко отстранилась, умолчав о том, что крутилось на языке. Мне ничего от него не нужно: никаких колец и прочей ерунды! Кольцо отца было важным… Он дал мне его на своем последнем издыхании и попросил беречь как память о нем.
Я никогда его не снимала! Оно придавало мне силы идти дальше и бороться. А теперь я не знаю, как быть без него дальше…
Северов реагирует на мое отстранение спокойно и, больше не сказав ни слова, уходит прочь. А спустя пару секунд в кабинете появляется все тот же громила и вновь ведет меня к машине. Меня отвозят в загородный дом с кучей охраны и камерами наблюдения. Назад дороги нет…
Дом Северова огромный, двухэтажный в современном, классическом стиле. Ничего лишнего, и я бы сказала… даже мило. Все удобства, все что хочешь: кухарка, уборщица и личная помощница! Каждый встречал меня около входа, вытянувшись, как струна, в один ряд.
— Добрый день! — поздоровались с улыбкой и представились, но я никого не запомнила, настолько была поражена. — Рады приветствовать вас. Андрей Александрович позвонил и уже предупредил о вашем появлении. Мы подготовили комнату. Прошу пройти за мной, — говорила женщина в строгом деловом костюме — помощница.