Мой сын убийца?
Шрифт:
– Адвокат Фридлянд сказал мне, что два с половиной года назад мистер Шелдон пригласил тебя к себе в контору, чтобы сообщить, что ты – его наследник. Это правда?
– Мне не нужны его деньги, – хмуро ответил Билл.
– Но ты знал?
Вопрос Транта прозвучал как выстрел. Я снова вмешался:
– Билл…
Он не реагировал на меня и смотрел на Транта, как загипнотизированный.
– Я сказал ему, что не дотронусь до его вонючих денег.
– Но ты знал?
– Да.
– Билл, почему ты никогда не говорил мне об этом?! – воскликнул я.
– А зачем? Ведь ничего не случилось. Он сказал, что завещает мне свои деньги, а я отказался. Я не думал, что он будет так упрям.
– Но он это сделал, – настаивал Трант.
Он встал, давая понять, что допрос окончен. Зачем было его продолжать, если он выиграл по всем пунктам?
– Может быть, ты хочешь остаться с отцом? – спросил Трант.
– Да, хочу, – немного подумав, отозвался Билл.
Трант заявил, что я могу не бояться: тут нет подслушивающих устройств. Все ушли, мы с Биллом остались одни. Я сказал ему:
– У меня нет ничего общего с Трантом. Я просто воспользовался случаем повидаться с тобой.
Он молчал.
– Я знаю, что ты не виновен. Меня не интересует, что он выкопал в завещании. Я уверен, что ты не убивал.
– Папа…
– Я не намерен отступать. Я не успокоюсь, пока не докажу, что ты не виновен.
Он слегка пожал плечами.
– Зачем все это, папа? Они уже все решили между собой.
– Нет, так не пойдет.
– Этот адвокат… Он был здесь. Спрашивал меня о разных вещах: обо мне, о матери. Папа, зачем ему все это? Чего он хочет? Или он тоже думает, что я виновен?
– Не знаю, – признался я, – я с ним еще не встречался.
– Все эти вопросы… словно я ненормальный или что-то в этом роде…
– Билл, ты больше ничего не помнишь?
– А что я еще должен помнить?
– Ты не помнишь, в каком кинотеатре был?
– Нет. К чему все это, ведь они мне не верят. Только ты один на моей стороне. – Он уставился на меня умоляющим взглядом.
– Да, я верю тебе, сын.
– Честно говоря, я не надеялся на это.
– Это потому, что я был плохим отцом.
– Нет, папа, ты старался, я сам виноват во всем. Ты видел Жанну?
– Да.
– Она… тебе сказала?
– Что она должна была сказать?
Я напряженно ожидал. Скажет ли он, что возвращался?
– Как она все это переносит? Ведь она не верит, что это я? Что я мог ему ответить?
– Что бы ни случилось, она любит тебя, – ответил я.
– Она не должна меня любить, – вырвалось у него с горечью. – За что она может меня любить? Чем я заслужил ее любовь?
Я вспомнил слова Анни Шелдон: «Так почему ты всегда берешь вину на себя?» Теперь я понял, что мой сын был похож на меня, невзирая на эту напускную агрессивность, он так же неуверен в себе, его так же легко ранить. Не только вокруг Билла, но и вокруг меня затягивалась сеть. И мне стало ясно, что я должен спасти его или погибнуть вместе с ним. Я собрался с мыслями и вспомнил о ключе Жанны. Только Билл знает, где он находится. Я зашептал:
– Жанна рассказала мне о своем ключе, Билл. Если Трант его найдет… Ты понимаешь? Скажи, где он? Я избавлюсь от него.
Он в недоумении смотрел на меня.
– Я не знаю, папа, о каком ключе ты говоришь.
– Ключ от дома Ронни. Он был в сумочке, которую Жанна забыла в Файр Истленд.
Он покачал головой.
– Я ничего не знаю ни о каком ключе. А сумочку я вернул ей.
– И ты не вынимал из нее ключа?
– Я не заглядывал в сумочку и поэтому не знал, что там лежал ключ.
– Билл, ты можешь поклясться, что не знал о ключе?
– Клянусь. Зачем мне лгать тебе?
Он больше не мог сдерживать себя, сделал неуверенный шаг и прижался ко мне.
– Папа, не дай им меня убить!
Меня сейчас волновало только то, что он рядом со мной и нуждается в помощи.
– Все будет хорошо, мой мальчик.
– Папа, я не должен был тебя ненавидеть. Это все из-за матери…
Вошел Трант, а за ним – полицейский.
– Пора прощаться, – сказал Трант. Билл сразу же ушел.
– Теперь вы понимаете, почему я привел вас сюда? Я машинально вслушивался в его слова.
– Чтобы вы не обнадеживали себя зря. Слыхали? Он знал, что наследует большой капитал. Во всем мире не найдется суда, который оправдал бы его. Поверьте мне! Оставьте все как есть, и поступайте, как вам посоветует адвокат!
Этот полицейский меня удивлял. Я должен был благодарить его: он отнесся ко мне с пониманием. Но в то же время он был и одним из врагов, старающихся отнять у меня сына.
– Я еду в город и могу подвезти вас, – предложил Грант. И тут я вновь почувствовал, как ненавижу его. Только ненависть у меня и осталась.
– Идите вы к черту!
Я отвернулся и быстро пошел по улице.
ГЛАВА 18
Домой я добрался на такси. Мне необходимо было связаться с адвокатом Билла, но прежде всего я хотел остаться один и собраться с мыслями.
Лера открыла дверь еще до того, как я успел повернуть ключ в замке. Сейчас она была похожа на мать, защищающую сына перед всем миром.
– Билл не делал этого!
– Конечно, Лера!
Лера и я… два защитника Билла. Когда я проходил через холл в комнату, она сказала:
– Вас ожидает брат, а перед этим приходил какой-то адвокат. Он хотел поговорить с вами, и я позвонила вашему брату.
– Адвокат еще здесь?
– Нет. Ушел несколько минут назад.
Я вошел в комнату. Петер стоял у камина, а Ирис сидела на диване и курила. Возле нее валялись разбросанные газеты.
«Люди искусства, – подумал я с горечью. – Накупили газет, словно речь идет о театральной рецензии». Я знал, что они любят меня, но сейчас предпочел бы, чтобы их здесь не было.
– Добрый день, Жак, – сказал Петер. – Где ты был?