Мой идеал
Шрифт:
Шарль Франсуа не верил своим ушам. Неужели она говорила серьезно?
Овладев собой, он ответил:
— Конечно, ты права.
В ответ Николь выдавила улыбку:
— Я только… только не знаю, что следует делать дальше.
— Я тоже. — Он медленно продолжил одеваться. — Ну, видимо, для начала следует связаться с адвокатом.
— С кем? — Она как будто не поняла его. — А, ну да, конечно. Нам потребуется один адвокат?
— Нет, каждому свой, — объяснил Шарль Франсуа вежливым тоном. — Почему бы тебе не взять Роже Бертье?
— А как же ты?
— За меня не беспокойся — я найду кого-нибудь еще. А тебе лучше иметь дело с человеком, которого ты знаешь. — Шарль Франсуа был даже чересчур любезен.
— Да, конечно, но…
Господи, да что это с ней? Какое ей дело до мужа, который скоро станет бывшим? Это его проблемы, в конце концов.
— Например, Марка Мюррея.
— Кого?
— Ты должна помнить его — вы встречались пару раз, когда я учился в адвокатской школе. Он помог мне найти место в жизни.
Помнила ли она? Те времена трудно было забыть. Шарль Франсуа полдня проводил на занятиях и ночами сидел за книгами, а она работала официанткой в бистро. Маленькая обшарпанная квартирка с подтекающими кранами и тонкими, как бумага, стенами в мансарде.
И счастье… счастье быть женой Шарля Франсуа Дюмона. Каждое утро просыпаться рядом с ним и каждую ночь засыпать в его объятиях.
— Николь…
Ее глаза были полны слез. Шарль Франсуа подошел ближе и улыбнулся, погладив ее по щеке.
— Ты думаешь о тех временах, о нашем семейном гнездышке в Латинском квартале?
Николь усмехнулась. Неужели он думает, что ностальгические воспоминания заставят ее броситься в его объятия и поверить, что она для него что-то значит?
А ведь когда-то она действительно была ему самым близким и любимым человеком. Теперь же для него важнее деловые встречи и знакомства, которые «могли бы пригодиться в бизнесе».
— О нашей убогой квартирке с отстающими от стен обоями и соседями, включающими телевизор на полную громкость? Да, такое не забудешь!
Для Шарля Франсуа это стало последней каплей — его терпение лопнуло:
— Я смотрю, процесс пошел.
— О чем это ты?
Улыбка исчезла с его лица.
— Послушай, детка, не строй из себя дурочку. Половина твоих подруг разведены. И получили неплохую компенсацию за «страдания и невзгоды» семейной жизни.
Николь не верила своим ушам, но, мило улыбаясь, ответила:
— Замечательная идея! Надо будет обсудить это с Роже.
— Вот и хорошо. А теперь, если тебе больше нечего сказать, дай мне спокойно одеться в моей комнате.
— В твоей комнате? — Николь пришла в ярость. — «Твоя комната» ждет тебя, мой дорогой почти экс-муженек, в твоем офисе или в одном из отелей, где ночевал чаще, чем дома. Но только не здесь. Уж если, как ты говоришь, «процесс пошел», то дом я тебе ни за что не уступлю.
— Ну уж дудки! — последовало в ответ. Наглый тон Шарля Франсуа окончательно вывел ее из себя:
— А что, думаешь, не смогу?
— Думаю, это будет решать суд, дорогая.
— Уж Роже позаботится об этом! — бросила ему в лицо Николь и направилась к двери.
— Марк тоже знает свое дело! — крикнул он ей вслед.
Она обернулась:
— Надеюсь, что это именно так. Не хочу, чтобы разбирательство затянулось.
Шарль Франсуа шагнул к ней, схватил за плечи и, притянув к себе, сказал:
— Не беспокойся, этого не произойдет по одной простой причине — развода ты не получишь!
Побледнев как полотно, Николь прошептала:
— Но ты ведь только что сказал…
— Я прекрасно помню, что сказал! — Шарль Франсуа отпустил ее, и она выбежала из комнаты.
— Каждое слово, черт возьми! — крикнул он, захлопнув за ней дверь. — Я запомню каждое твое слово!
Шарль Франсуа что есть силы ударил кулаком по стене, но не почувствовал боли — боль была внутри. Обессиленный, он сел на кровать, закрыв лицо руками.
— Я все запомню…
3
Шарль Франсуа толкнул стеклянную дверь главного офиса, расположенного на Ла Мот Пикке Гринель. Катрин, как всегда, сидела за приемной стойкой и пила кофе.
— Доброе утро, месье Дюмон! — воскликнула она с сияющей улыбкой.
Шарль Франсуа пристально посмотрел на нее.
— Уже десятый час — пора заниматься делами. Кофе будешь пить во время перерыва. Ясно?
— Я работаю ну, то есть… — Улыбка мгновенно исчезла с миловидного лица.
Шарль Франсуа прошел мимо девушки к дверям своего кабинета. Секретарша поднялась ему навстречу:
— Здравствуйте, месье Дюмон! Вам звонил месье Росселлини, потом месье Столц. Еще пришли телеграммы от…
— Никаких звонков и бумаг. Меня не беспокоить, хорошо?
Изабель Бомон в недоумении подняла брови:
— Да, конечно, но…
— Никаких «но»! — отрезал Шарль Франсуа и вошел в кабинет, хлопнув за собой дверью.
Он швырнул портфель на стол и выругался, но, немного подумав, открыл дверь.
— Послушайте, Изабель…
— Да, месье, — вежливо отозвалась она, хотя щеки ее все еще пылали.
— Я погорячился, вы уж извините… У меня тут просто — просто что? развод? — просто вчера был тяжелый вечер.