Чтение онлайн

— Какая ерунда... Пегги, — она повернулась к ней, та сидела, уткнувшись в тарелку, — скажи ему, он же должен понять причину. Дело же совсем не в этом.

— Она знает, и знает так же хорошо, как и я, что это ты со своими амурами, это ты путаешься с подонками, потому что он настоящий подонок. А теперь, когда он разбогател, его ничто не остановит. Осмелился притронуться к тебе, и ты это позволила! А теперь еще думает купить этот дом. Он! Он! Я сам слышал, как он говорил.

Она смотрела на него широко раскрыв глаза и тихо промолвила:

— Да ты с ума сошел!

— Нет, я не сумасшедший. Я на днях слышал вас обоих в библиотеке, я не глухой. Я слышал, как он сказал, какие изменения он сделает, когда купит его.

Роберт говорил о доме по соседству с его домом и сказал, что тетя считает, что хорошо бы приобрести его. Сам он не видел резона, потому что их дом достаточно просторный, а на новый домик придется истратить массу денег, чтобы превратить его в комфортабельное жилье. Дейв, вероятно, все это подслушал, и его больной мозг перевернул услышанное так, как будто Роберт говорил об их доме. О, боже мой, боже мой! Что еще? Что еще?

А то, что прозвучало еще, заставило ее встревожиться. Вот что он сказал:

— Ну, ладно, он сегодня получит по заслугам, уж мастер Стенли позаботится. Он собирается заявить на него в полицию за нападение на него.

— Он этого не может сделать.

— Не может? Он не может? У него все лицо в синяках. Какие еще нужны доказательства? А он офицер, а ты знаешь, что бывает за нападение на офицера? Хотел бы я увидеть, как он будет болтаться.

Услышав такое, она позабыла все, что думала о сохранении достоинства, и крикнула ему:

— Какое же ты неблагодарное существо. А что касается виселицы, ты, видимо, забыл, что он спас тебя от нее? А что, если он все расскажет в полиции? Ты об этом подумал?

Судя по выражению его лица, он об этом не думал, и это еще раз доказало Агнес, что он и в самом деле душевнобольной. Но Пегги поняла, она встала из-за стола, подошла к мужу и сказала:

— Сядь-ка, угомонись. Ну, угомонись же ты.

— Угомонись! Угомонись, говоришь? — Он отпихнул ее от себя. — А этот ублюдок придет сюда и будет тут хозяином? — Пегги повернулась и посмотрела на Агнес, и видно было, что она понимает, что произошло с ее мужем.

На мгновение Агнес почувствовала к нему огромную жалость. Но это чувство тут же сменилось страхом — он стал опасен. А если он начнет буйствовать? В доме ни души. Блума ни вчера, ни сегодня не было, он лежал с простудой. Еще совсем недавно для нее не имело значения, пришел на работу кто-то из работников по хозяйству или нет — ведь был Роберт, а он, казалось, умел делать все. Он был ее опорой. А теперь не на кого положиться. А почему не остался Стенли? Ведь мог бы. В его басню о дежурстве она не верила. Он наверняка сейчас у Каннингхэмов... А может быть, и нет. Возможно, он вообразил, будто она не осуществит своей угрозы. Наверное, перед уходом сказал что-то Дейву, иначе с чего бы Дейву говорить, что Роберта ждет тюрьма?

Она повернулась и почти выбежала из кухни, уже в коридоре она услышала, как Дейв Уотерз крикнул ей вдогонку:

— Ты погубила этот дом.

В холле она остановилась, прижала руку к голове, спрашивая себя, что она должна сделать. Но ответ у нее был готов уже давно, до того, как она задалась этим вопросом, и она взбежала наверх по лестнице, остановилась возле комнаты Милли, распахнула дверь и подозвала к себе Руфи.

— Я отлучусь часа на два, — прошептала она. — Присмотришь за ней, хорошо?

— Ну, конечно, — кивнула Руфи и спросила: — Что-нибудь случилось, мисс?

— Ой, Руфи, не спрашивай, столько всего. Твой отец...

Руфи кивнула и тоже шепотом проговорила:

— Мне кажется, у него не все в порядке с головой. Он настроился против Роберта. Я попыталась сказать, что он все выдумывает. Беда в том, — она мотнула головой назад, — что мисс Милли очень к нему привязалась, я имею в виду Роберта. Все с того и началось. С вами все в порядке, мисс, вы уверены?

— Да, Руфи, да. Только присмотри за ней, ладно? И если твой отец придет сюда, я бы не стала его пускать. А если тебе понадобится выйти, запри дверь.

— Хорошо, мисс, хорошо. И, знаете что, мисс, — она движением руки остановила Агнес, — я хочу сказать, что бы вы не делали, я вас не осуждаю. Они ничего не понимают. Люди стареют, и у них закисают умы, они забывают, что и сами были молодыми.

Агнес сжала ее руку и побежала в свою комнату. Насколько легче, когда знаешь, что кто-то на твоей стороне, что кто-то понимает тебя.

Она быстро переоделась, но шляпки не надела, просто повязала голову шерстяным шарфом и быстро направилась к выходу.

Выходя, она не заметила, как в холл заглянул Уотерз, но даже если бы и заметила, то не придала бы этому никакого значения.

Увидев ее одетой для улицы и догадываясь, куда она собралась, Дейв потерял последнее чувство реальности, словно у него в голове оборвались все ниточки, на которых держится разум.

Она миновала сады, потом повернула на тропинку через лес, по которой Роберт первый раз пришел к дому. Вечерний воздух покалывал лицо, она задыхалась от быстрой ходьбы, но когда вышла на дорогу, то пустилась бежать и не останавливалась, пока не увидела в отдалении колеблющийся приближающийся к ней свет. Когда он стал совсем близко, она различила, что это фонарь, прикрепленный сбоку телеги. Поравнявшись с ней, возница удивленно уставился на нее и окликнул:

— Добрый вечер.

— Добрый вечер. — Ее ответ прозвучал, как кваканье лягушки, и она постаралась отвернуться так, чтобы, обгоняя, он не разглядел ее лица.

Следующая встреча заставила ее понервничать, но не напугала. На дороге ей встретилось человек пять-шесть шахтеров, возвращавшихся домой после смены. В том месте дорога сузилась, и один из них поднес к ее лицу фонарь.

— Ха-ха, это кто это здесь? Девочка гуляет одна. Немецкая шпионка, да?

Мужчины весело расхохотались, и говоривший осмелел: