Мосты, гордыня, фальшь...
Шрифт:
«А что если она просто выманила у меня деньги и исчезла», - закралась ей в голову с опозданием разумная мысль. «Ну, конечно же, как всегда! Моя доверчивость когда – нибудь погубит меня», - корила она себя.
Камила поблагодарила женщину и с замиранием сердца начала двигаться к заветной цели. Она осторожно дернула калитку и она открылась. Двор был пуст, не смотря на то, что трава была не так давно скошена, у девушки, шедшей по аккуратной тропинке к крыльцу, создавалось некое впечатление заброшенности.
– Есть здесь кто - нибудь? – громко крикнула девушка, ответом ей было молчание, подумав, она продолжала пробираться в сторону крыльца. Несколько шатких облупившихся ступеней, как она и ожидала – входная дверь открыта. Лишь только девушка закрыла скрипучую входную дверь, в узком длинном коридоре повис полумрак. Внутри было как – то моторошно. В сердце шевелился вот – вот готовый вырваться наружу страх, ведь Камила прошла в дом к незнакомому человеку, не имея на то основательных причин.
Что это за человек? А не вызовет ли он полицию? А не подстерегает ли ее здесь опасность? Хоровод нестройных мыслей стучал в висках, вызывая по всему телу легкую неконтролируемую дрожь.
«Ну, раз уж пришла нужно искать хозяйку», - успокоила она себя и наобум заглянула в несколько располагавшихся прямо по коридору комнат. Небольшая кухонька с
неприбранной посудой на столе и в раковине, комната, похожая на гостиную с огромным телевизором и полками, полностью уставленными статуэтками. Девушке хотелось рассмотреть их по лучше, но нужно было искать хозяйку. Третья комната оказалась именно той, что нужно. В ней царил творческий беспорядок и полумрак, а посередине разложенной в такой неподходящий час кровати, лежала симпатичная, но чрезмерно худая девушка в теплом махровом халате, не смотря на стоящую за окном жару. Взгляд ее был отсутствующий. Камила прикрыла дверь, громко постучала, а затем только вошла в комнату. Девушка подняла на гостью глаза с чрезмерно тяжелым взглядом серых глаз. Выдержать его нежданная посетительница не смогла, поэтому сразу стушевалась.
– Извините, что без приглашения. Вот, – сказала она, распаковывая сегодняшнее
приобретение и показывая его. – Это Ваша работа?
– Моя, – после небольшой паузы ответила загадочная девушка. На некоторое время в комнате повисло неловкое молчание. Камила уже пожалела, что пришла сюда без приглашения. Она совершенно не знала, что дальше говорить при таких обстоятельствах, но девушка продолжила сама. – Некотoрые строят песочные замки, а я вот, вылепила глиняный.
В голосе этой девушки слышны были нотки сарказма, и нельзя было понять, над кем смеется незнакомка: над ней или над собой.
– Моя мать говорит, что я только что и умею строить замки из песка, – неожиданно пожаловалась Камила и вдруг, слова словно вырвались из нее каким – то неудержимым потоком. В первый раз в жизни девушка поделилась с посторонним человеком своим желанием лепить из глины.
– У Вас это так хорошо получается, все работы сделаны, так как я хотела бы, чтобы получалось у меня.
– Здесь нет ничего сложного, – возразила девушка в махровом халате. – Ты берешь в руки, кусочек глины выкидываешь все посторонние мысли из головы и мнешь его пальцами. Подсознание само подскажет тебе, что нужно делать дальше. Также и в жизни: берем в свои руки судьбу и лепим, одновременно слушая свое подсознание, чтоб не наделать ошибок.
– У Вас это звучит так просто. У меня так просто не получается ни с глиной, ни с жизнью, – в голосе Камилы слышалось сомнение.
– Называй меня просто Рита, – предложила хозяйка дома, и лицо у нее стало сразу доверительное словно, она сняла одну маску и резко поменяла ее на противоположную. Перемена произошла так быстро, что Камила даже не успела удивится. Тяжелый вызывающий взгляд, на каком – то хитром развратном личике сменилось открытым выражением. На лице был отпечаток мудрости человека, много испытавшего в жизни.
– Конечно же, все совершенно не просто, – вещала Маргарита. – Чтобы слушать свое подсознание, нужно выключить все свои чувства и эмоции. А этого можно только научившись смотреть на себя со стороны, когда ты уже совершил ряд бесчисленных ошибок. По крайней мере, у меня это было именно так.
– Как? – немного робко спросила Камила.
– Это долгая история, – девушка поняла, что Рита явно не собирается делится с ней своими тайнами.
На несколько мгновений в доме повисла тишина.
– А ты не боишься жить вот так, с открытыми дверьми? – поинтересовалась Камила.
– Нет, не боюсь. Воровать у меня совершенно нечего.
– Ну а мало ли какие придурки бывают, насильники, например.
– Это они меня боятся должны, – хмыкнула странно девушка, Камила непонимающе посмотрела на нее.
– У меня вирус имунодифицита, – пояснила та.
– Что?
– СПИД иначе. Понимаешь?
У Камилы резко поползли брови вверх, она совершенно не знала, как реагировать на полученную информацию с таким в своей «тепличной» жизни, она не встречалась.
– Да не смотри ты на меня так, это не заразно. Ты уж точно не заразишься.
– Я знаю, как передается СПИД, – не зная, что еще можно сказать.
Воцарилось молчание, девушке было неловко.
– Ладно слушай, – почему – то вдруг решила поделится сокровенным ее новая знакомая.
– Лет в 16, – начала вдруг Рита, – я думала, что жизнь очень длинная и что я в ней обязательно все успею. Я была довольно амбициозна, и думала, что я не такая как все и обязательно должна жить лучше остальных. Но почему я лучше остальных я не знала, и то обстоятельство, что я живу бедно и посредственно, сводило меня с ума. Я не знала, что
мне нравиться, но я точно знала, что мне не нравится: мне не нравилось, как я питаюсь,
одеваюсь, что родители ничего не могут мне позволить, что они не могут мне позволить учится в том заведении, в котором я хочу. Мне не нравилось, что я ни в чем не могу проявить себя. Я бралась за многое, но всегда натыкалась на критику и затем бросала начатое. Я терпеть не могла критику. Я точно знала, что я натура творческая, я так чувствовала.
Порой я себя ассоциировала с Булгаковской Маргаритой, мне хотелось верить в то, что скоро у меня в жизни все изменится. Я любила вколоть желтый цветок в волосы и